Хроники Фальсы

Размер шрифта: - +

Глава тридцать девятая. Варрон. Верховный маг гильдии научно-технического чародейства.

Бой был пройден как еще одна лишняя ступень бытия. Мне не в привычку чувствовать себя воином, я обычный техномаг, рожденный творить искусство и воплощать идею в нечто ощутимое. Размышлений на грядущую жизнь было более чем предостаточно, а над головой уже царила темная ночь, поэтому я решил убраться отсюда восвояси.
Бросив последний взгляд на творящуюся вокруг разруху, больше напоминающую усыпальницу жертв прокрустова ложа, расположившуюся прямо под открытым небом, я сделал первый шаг по направлению к мистическому лесу. В его чащобе по-прежнему ждут моего решения относительно судьбы крылатой тьмы. Даже в собственных мыслях я боюсь мельком пролистнуть ее имя, словно что-то во мне вновь может вспыхнуть и сжечь изнутри, сжечь дотла. Кроме того, до очерти напуганная Лаконика должна была рвануть назад, под родной кров, а там уж конечно ее встретил отряд согильдийцев, заковал в цепи и намертво прикрутил их свободные концы к кирпичной стене. Это все, что волновало меня в этот момент – момент, преисполненный боли и растерянности пятилетнего ребенка.
Пробираясь по обломкам Геммы, я сбросил с себя обгоревшую мантию. Казалось, от нее на мили вокруг разносился прогорклый, едкий запах дыма, как сломанные часы переносивший меня в прерванный момент жарки на открытом костре. Мне удалось поступить так же и с сапогами, стянув целехонькие с одного из трупов. Мои припеклись к голеням и никак не хотели отрываться добровольно, потому я присел на камень и дернул их. Из показавшихся ран как-то совсем лениво засочилась кровь, собираясь в русла новоиспеченных шрамов и стекая к щиколоткам. Потуже замотав концы штанин вокруг ног, я по очереди натянул оба брезентовых ботинка. Выбирать было особо не из чего, так как гномью обувку мне вряд ли удалось бы натянуть на свои великанские ступни, а из сероглазых на поле «честного» боя полегло всего двое, причем в абсолютно одинаковом обмундировании. Я искренне поклонился лежащему подле меня врагу, испытывая огромную благодарность за дарованный атрибут передвижения по пыльным каменоломням. Конечно же, в ответ ничего не произошло. Я поднялся, несколько раз перебросил вес с ноги на ногу, проверяя удобность обновки, а потом, сплюнув в сторону, быстрым шагом направился к склону.
-Эй, Вакхррон! Мьы не скхазали самохо кглавного! – послышался исковерканный голос Тайни где-то далеко позади меня, но я только прибавил в скорости, надеясь, что никто не бросится вдогонку. Отчего? Я ни за что не хотел видеть укоряющих взглядов этих коротышек, в раз лишившихся такого количества «своих», и без того не славившихся многочисленностью рода.
И на самом деле, никто не кинулся догонять меня, более того – всем было плевать. Оказавшись у края сваленных в груду камней, я обернулся: темные фигуры малоросликов тяжело передвигались на фоне ночного неба, подтягивая за собой тушки раненых. «Все будет хорошо», - прошептал я себе под нос и начал долгий спуск. Чаще всего я просто скатывался на своих двоих до более-менее крупного и устойчивого булыжника, служившего опорой; пару раз пролетел кубарем, получая синяки под ребра. Но все это было таким малозначимым, что оставалось только подняться и немыслящей амебой брести дальше, разве что не сбавляя темп. В голове крутилась вакуумная пустота, и она не только уносила по своему течению зарождающиеся мысли, но и всасывала в себя окружение и проплывающие мимо образы. Желтое поле с высохшей травой, далекий силуэт горного хребта, за которым до самого Края мира пролегали снега, приближающаяся кромка леса с изломанными в агонии страха деревьями. Вспомнилась присказка о живых составляющих леса – виварборах, – которые могли говорить друг с другом, а иногда даже петь нестройным хором шелестящих на ветру голосов.
Очнулся я в полной темноте. Глаза никак не хотели привыкать и я то и дело спотыкался о хватающиеся за ступни травинки. Кустарник остервенело ударял в бока, разрывая в лохмотья тунику из дорогой эльфийской пряжи, а сошедшие с ума деревья с хлещущим звуком били меня по спине и груди, но боли не было. Нервные окончания словно тоже ушли куда-то глубоко внутрь, спрятавшись за более устойчивыми тканями организма. Никаких ориентиров, да и вообще не видно ни зги, только едва уловимые звуки эйфоричной тишины пытались наставить заблудшего техномага на верный путь. Я как слепой щенок тыкался в уродливую кору деревьев, нередко получая по шее хлесткий удар ветвей и расцарапывая лицо о шероховатую поверхность. Сучья вплетались в волосы, одергивая меня назад, но я поднимался, с силой вырывая не только сам гербарий, но и частичный скальп. Ветра не было, но стекающая на лицо кровь засыхала в мгновение ока, порой слепляя ресницы и попадая в ушные раковины, что еще больше мешало продвигаться вперед, к цели.
Холод пробирался над опустевшей землей, нырял под одежду, стягивая кожу в целый отряд мурашек. Я содрогнулся, впервые за время пути почувствовав хоть что-то, малейший проблеск присутствия жизни в этом избитом теле. Шумный когда-то лес все больше напоминал заброшенную могилу, ту самую, за которой никто не ухаживал и к которой никто никогда не приходил. За деревьями забрезжил далекий огонек, привнесший свою толику тепла в мое окаменелое сердце, и я, как завидевшая дом лошадь, перешел на трусцу. Света едва хватало на то, чтобы я его не потерял, не говоря уже об освещении. Каждый неровно лежащий камешек тормозил меня, будто специально не давая достичь конечной цели. Но с каждым шагом пламя становилось все больше и ярче, впрыскивая лишние порции воздуха в мою носоглотку. 
Череда кровожадных растений закончилась, открывая знакомую полянку. Неба по-прежнему не было видно, только радужный спектр, куполом обрамляющий это странное местечко. Пепел плотно устилал прожженную насквозь почву и после пережитых часов непроглядного мрака напоминал грязный снег. Я вывалился на окраину круга и хордой попытался достичь огня, на фоне которого четко вырисовывались человеческие силуэты. Свалившись на четвереньки, я попробовал окликнуть кого-нибудь из техномагов, но слова застревали в горле, как будто состояли из чего-то твердого. Голова кружилась, я не мог вспомнить когда в последний раз ел или пил. От этой мысли все внутренности разом запросились наружу, выворачивая меня наизнанку изжелта-зеленой желчью. Повалившись на спину, я уставился в туманный свод, переливающийся всеми цветами радуги. И он тянул меня в сон, оседая где-то в глубине зрения. Все вокруг становилось ярче, белее, пока совсем не ослепило долгосрочной вспышкой.
-Улетай! – неожиданно для самого себя возопил я, раздирая гланды. По нарастающей поднимался гул, что-то треснуло и с характерным звоном стекла ошметками посыпалось на землю и на меня, вонзаясь в кожу тысячами точеных игл. Я извивался, как дождевой червь на осушенной почве, загоняя иголки еще глубже. Но не это важно – стараясь перекричать шум, я с мольбой в голосе просил ее улететь и через несколько мгновений мне вторил звук сильных взмахов, разрезающих воздух напополам. 
Оправившись от накатившей волны ужаса, я прислушался. Все стихло. Люди разговаривали, хотя больше похоже на перекличку. Вдалеке прощебетали птицы. Через несколько минут я осознал, насколько здесь все ожило: зажужжали пчелы, безбоязно пролетев прямо над моим ухом; бабочки трепетали крылышками на ветру; сверчки тихонечко стрекотали в траве, провожая ночь. Тепло засочилось сначала по рукам, переходя к плечам и ключицам, объяли мою грудь, и все стало казаться таким правильным, что я готов был уйти на пенсию, как и мечтал!
Несколько пар ног стучало о мягкую траву, позвякивая осколками непонятно чего и, похоже, приближались ко мне, в стремлении нарушить идиллию. Говоря знакомыми голосами, они ощупывали каждый сантиметр моего тела.
-Что случилось?
-Варрон, вы в порядке?
-Сэр, что с вами?
Я глубоко вдохнул. Воздух был как никогда чист, примешивались ароматы цветущей яблони и жасмина. Под рукой лежало что-то невероятно мягкое, больше похожее на пуховую перину. Сама жизнь кружилась вокруг меня на подушечках пальцев!
-Все в порядке, - спокойно ответил я.
-Но ваши глаза! – в стиле классического дежавю ахнул Эльварус, только в этот раз я ответил совсем по-другому.
-Нет зелени эльфийских лесов? – с усмешкой спросил я. - Все верно. Я ничего не вижу.



Елена Ласт-Сумерка

Отредактировано: 06.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться