Хроники Галактики Туманность Андромеды

Размер шрифта: - +

Часть IX Один лишь раз сады цветут.

Десятый хранитель.

 

Дурманом сладким веяло, когда цвели сады

Когда однажды вечером, в любви признался ты

Дурманом сладким веяло, от слова твоего

Поверила, поверила, и больше ничего

 

Один раз в год сады цветут

Весну любви, один раз ждут

Всего один лишь только раз

Цветут сады, в душе у нас

Один лишь раз, один лишь раз

 

И платье шилось белое, когда цвели сады

Ну что же тут поделаешь, другую встретил ты.

Красивая и смелая, дорогу перешла

Черешней скороспелою, любовь ее была

 

Анна Герман

 

Кхандрома Дампа или как он сказал себя называть Кхандром, оказался весьма незаурядной личностью. Достаточно щепетильной и глубоко искренним, он бросался помогать буквально всем, кто в этом нуждался, но более всего Лие, что злило Петера. Кхандром почему-то решил, что Лие тяжелее всего в этом путешествии и стал оберегать её и помогать больше всех других. Совершенно несклонный к конфликтам в разговоре умел ловко ставить противника на место, да ещё и так что ему становилось стыдно. От его появления прекратились жаркие споры, он был настоящий миротворец. Свел на нет обиды, недопонимание и всегда дарил всем свою обезоруживающую улыбку.

Ахар не мог сложить о нем мнения толком, Кхандром был несколько юрок и неуловим, но при этом с большим открытым и искренним почтением относился к нему, не так как Джафар до полного почитания, а просто, потому что уважал и принимал. При этом откликался на любую его просьбу, но не как раб на своего хозяина, а как деликатный и вдумчивый сотрудник на просьбу начальника, при этом резко разграничая, работу и личное отношение к нему. Это Ахара ставило в тупик, он никак не мог понять, как же относится к такому как Кхандром. Ругать его вроде бы не за что, но и на симпатию он как-то и не претендует. Нейтрально тоже нельзя, получается игнорирование. По крайней мере, Ахара очень заинтересовал Кхандром, одна его деликатность чего стоит, а уж такая проникновенно искренняя радушная улыбка, не наигранная, без всякой лести. Можно сказать Ахар так и остался настороже.

Вахе же очень импонировал Кхандром, с ним как почти ни с кем он мог найти общий язык, но из-за врожденного недоверия не старался сближаться с ним. Хотя лжи в Кхандроме было столько же, сколько соли в сахаре, хотя он и был по натуре скорее интровертом, но при этом был достаточно открытым и как-то по-свойски деловитым. Но больше всего, наверное, Вахе нравилось то, что он не просто всех выслушивал и старался вдуматься, но и помочь на деле, что было неоценимо. Так и хотелось назвать его заботливым папочкой или мамочкой, ведь он был готов носиться буквально со всеми, забывая о себе. Другое дело, что он был, по сути, домашним человеком, тяготел к тому, чтобы много и долго не ходить, а по возможности спокойно сидеть и размышлять о чем-нибудь.

Джафар склонялся к тому, что у них много общего и столько же много разного. Джафар что-то оставлял для себя и экономил, а Кхандром во всем отдавал себя до упора. Беседы у них не получалось. Джафар взывал к логике, Кхандром к чувствам. Этот разговор напоминал разговор воды и огня, когда они вроде похожи, говорят об одном и том же почти одинаково, только, каждый со своей спецификой. Если Джафар пытался спорить с Кхандромом о чем-то, то тот все переворачивал и приводил к консенсусу. Одно Джафар понял, ругаться с ним не получится ни при каких обстоятельствах, он не понимает, что есть скандал.

А вот Лия легко нашла с Кхандромом общий язык. Как-то очень лаконично у них все выходило, часто они сидели на камнях вдалеке от всех и просто беседовали, и Петер не дергался почему-то, относился спокойно, не видел в нём соперника. Они с Лией могли долго долго беседовать, никому не было понятно что они обсуждают, о чем секретничают так долго, даже Джафару стало интересно, как никак коммуникабельность девушки пришлась ему и по душе и по тем беседам, что у них время от времени происходили. Они казались со стороны чудаковатыми заговорщиками, но самое главное было видно, что они получают такое же удовольствие, как и Хигаре с Ахаром.

Стало даже заметно, как все поделились почти по трое. Ахар был близок с Джафаром и Хигаре. Ваха с Генри и Францем. А Лия была ведущей с Петером и Кхандромом с учетом, что Петер, как ни старался, не мог понять Кхандрома или найти с ним хотя бы какой-то общий язык. В отличие от того же Джафара, который как-то спокойно интересовался делами Хигаре. Очень необычные выходили тройки. Ахар, Джафар и Хигаре были явными законодателями-исполнителями и надсмотрщиками. Ваха, Генри и Франц явно двигали в сторону логиков аналитиков. А Лия, Петер и Кхандром судорожными стратегами расчетчиками. Хотя это было так со стороны, так было явно, но то скрытое, что оставалось, они ещё не знали и сами.

Как уже говорилось, Петеру было явно трудно с Кхандромом, активный Петер не понимал покоя Кхандрома. Петеру и так в принципе не нравились спокойные, но выдержанные и молчаливые даже слегка раздражали его. Он не понимал, что в нем нашла Лия, в этом спокойном тактичном человеке. Весьма непосредственным, но не необузданном. Философ-монах, интроверт интуит. В отличие от него экстраверта логика рвущегося вперед. Но как бы там ни было, общались они нормально, зато Петер ловил себя на мысли, что Кхандром очень скользкий типчик, он как пытается его подзадевать, спора не выходит, он буквально все сводит к разумному компромиссу. Для Петера это выглядело несколько подозрительно, но доброта и радушие нового друга не порождали в нем агрессии.



Алина Серова Проза ру

Отредактировано: 21.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться