Хроники Каторги: Цой жив

ГЛАВА 15

Лес выглядел загадочно и устрашающе. Что удивительно, — отсутствовали малейшие звуки, неустанно сопровождавшие Каторгу; ни тебе стрекота, ни пения птиц, ничего, — немой лес, безмолвная тишина. Анна вслушивалась, наслаждаясь покоем, с упоением оглядывала деревья.

— В твое время такого не было, Милаха? — спросил Лис, заметив восторг, с которым Анна наблюдала живописность окружающей природы.

— Били красивие места, поражавшие своим великолепием, но очень мало, и я, уви, так и не нашла времени отправиться и насладиться ими.

— Чем вы занимались?

— Будущим, — с брезгливым отвращением ответила девушка, — все ради прекрасного будущего. Только о ниом и говорили, а ещио о наследии грядущим поколениям, а сами тянули соки из Земли, разрушая фундамент этого самого будущего.

— И ради чего?

Пожала плечами:

— Нефть, алмази, уголь... Истощали всио, до чего могли дотянуться. Будущие поколения? Наследие? Какая разница? Тебя там не будет, не тебе отвечать и страдать за совершенние ошибки, неутолимую жажду порабощения. Хотели навечно вписать имена в историю. Знаете хоть одно?

— Не-а.

— Нет.

— И вот результат, — произнесла Анна, будто проведя финальную черту под родом человеческим.

— Так-так-так, все, Милаха, прекращай, — протараторив, отмахнулся Лис. — Тебя послушать, жить не хочется, — перевел притворно озадаченный взгляд на искателя: — Цой, может ну их, а? Пусть и дальше лежат, я не выдержу, если все, как один будут рассказывать о том, как все плохо. Мы зачахнем и сдохнем…

— Тихо, — осадил Цой, всматриваясь в гущу леса.

Впереди меж деревьев в редких лучиках солнца что-то поблескивало — паутина.

Подобрались ближе, Анна заметила нити, рознившиеся в толщине; какие-то едва уловимые глазом, какие-то толщиной с пальцы рук. Искатель велел собраться и, что бы ни случилось, не касаться волокон, норовящих опутать, спеленать и оставить недвижимым трофеем на радость паукам или пауканам, — именно так твари именовались в Монструме.

Медленно шли дальше.

Анна предельно сосредоточено двигалась за спиной Цоя, положив руку ему на плечо. Лис замыкал группу. Наверху увидела жертв, плотно запеленованых в серо-белые нити паутины. Людей среди них нет; каторжники не частые гости в пауканском лесу. Сколько не пыталась, так и не заметила ни одного паукана. Цой насчитал шестерых, но не указал на них Анне; могла ужаснуться и, перепугавшись, навлечь беду. Пауканы самцы с человека размером, самки вдвое больше, все черные, как один, четыре пары ног покрыты волосиками, позволявшие хищнику с безупречной точностью определять источник звука, но главное оружие охоты — ловчая сеть, задень паутину и в мгновение ока привлечешь паукана. Миновали лес, не потревожив его обитателей.

Как и обещал искатель, к полудню вышли к руинам городка и достигли убежища. Остатки многочисленных коттеджей, усадьбы; когда-то здесь обитали люди, занимавшие высшие цепочки потребления, зажиточные граждане. Уцелевшие стены, причудливо кованые лестничные перила, торчавшие из них, отбитые куски ярко-красной черепицы, мрамор, ставни — даже охваченные джунглями не утратили былого лоска. Подтвердило догадку само убежище искателя, вход в которое надежно замаскирован всяческими растениями. Название компании Shelter Tec, построившей тысячи подобных убежищ, сотни Резерваций и восстановившей не один десяток бункеров, созданных на случай войны, красовалось на выпуклой крышке люка. Надпись поблекла, но осталась читаемой; не соврали, заверяя, что благодаря их технологиям человек переживет конец света и любую войну, которую объявит себе человечество. Пережили не все. Лис, увидев надпись, наконец, вспомнил: точно так же начиналась маркировка на неприступной стене, обнаруженной в Казематах.

Потянув за рычаги и отвернув затвор, Цой с усилием открыл входной люк, расположенный вровень с поверхностью земли. Пропустил вперед Лиса, затем Анну и только после, оглядевшись, спустился сам.

Поначалу было темно, но Лис, достав банку со светлячками, исправил недоразумение. Лестница, по которой спустились, чуть покосилась, стены возведенные из стали, каменной кладки, бута, бетона и бутобетона, остались неприступными. Муж Анны собирался заказать строительство подобного бункера, но, когда благодаря ей, его утвердили в программу HOPE, нужда в убежище отпала. Как же она ненавидела себя за принятые решения, — зачем просила, на что надеялась? Нужно было оставить скотину умирать в обезумевшем мире, и пусть бы расплачивался за содеянное.

Бункер, называемый искателем убежищем, стоил шесть с половиной миллионов криптов до Инцидента, а после цена выросла втрое и спрос не спадал. Последняя соломинка для людей, охваченных паникой перед рухнувшей с небес угрозой. Начались спекуляции, быстро появились шелтереселлеры, желавшие перепродать купленный бункер втридорога; белые воротнички, строгие галстуки, затянутые до хруста шейных позвонков с пеной у рта предлагали последний билет в безопасное будущее; борьба за место под солнцем сменилась борьбой за место под землей. Многие попали бесплатно, — погибнув.

Несказанно свезло и сурвивалистам, которые готовились к апокалипсису десятилетиями и целыми поколениями; их инвестиции сполна окупились. Многие, предав семейное дело, продали укрепленные дома в отдаленных глубинках, собственноручно возведенные бункеры вместе с картами тайников заготовленной провизии, а вырученные деньги спустили на развлечения, проведя последние месяцы хозяевами жизни в мире, сгинувшем в хаосе.

Владельцы бункера, занимаемого искателем, жили в достатке. Построен с размахом, Анна видела чертежи, планировку. Цилиндр площадью тридцать квадратных метров, разделен на четыре отсека: жилые каюты с кроватями, кухня-столовая, санузел и рабочая зона; мастерская для переработки урожая, утилизации несъедобной биомассы, системами доочистки воды и воздуха. Оставшиеся три, недоступные жильцу, отходили растениям и автономным техническим отделениям. Не лукавили, говоря о сроке эксплуатации до тысячи лет без техобслуживания. Только жильцы так и не успели въехать, а может, давно умерли, но Цою это совершенно не мешало.