Хроники Модернистана

Размер шрифта: - +

Глава 12. Про Баке и шаблоны

Как Баке генпрокурора на ковер вызывал...

Баке рвал и метал с самого утра. На орехи досталось всем без исключения. Будто они белки какие, а не великие и достопочтенные чиновники Модернистана. А все из-за чего? Точнее — из-за кого? Из-за какой-то накрашенной крали, работающей в прокуратуре страны и отвечающей за подготовку ответов на обращения.
Сейчас на ковре у Баке был сам генеральный прокурор. Ор в кабинете стоял такой, что его слышно было не только в приемной почтенного Баке, но и даже в столовой, притулившейся в конце коридора.
- Жаке! Как? Ответь мне! Как так получилось? - брызгал слюной Баке. - Почему твои подчиненные не проверяют текст ответа на обращение перед отправкой получателю? Почему они себе позволяют называть просителя Пупейкин-Шалупейкин, а просительниц — Пупкина-Шалупкина? Что за отношение к народу? К электорату? Да как мы теперь людям в глаза будем смотреть? А нашему Солнцеликому императору, да пошлют ему Высшие долгие лета! Тебе что, Жаке, жить надоело? Или карьера уже не мила?
Генпрокурор стоял молча, понурив голову, перебирая в уме свод правил из Кодекса госслужащих Модернистана. Впрочем, правил было не так уж и много — всего три.
Первое из них гласило «Император всегда прав! Второе - «Император прав даже тогда, когда ты считаешь, что он не прав». Третье правило тоже было весьма лаконичным: «Нельзя никогда ни при каких обстоятельствах перебивать Баке, тем более, если он не в духе».
Дойдя мысленно до третьего правила, генпрокурор стал его проговаривать про себя, как мантру, терпеливо ожидая, пока Баке выговорится.
Наконец он выдохся и плюхнулся — потный и красный — в свое дорогущее кресло. Открыл верхний ящик стола, вытащил оттуда бутылку виски, плеснул в стакан и выпил одним махом.
- Ну? Что ты молчишь? - устало обронил Баке, вытирая рот тыльной стороной ладони.
- Баке, есть косяк! Признаю! - обреченно произнес генпрокурор.
- Еще бы ты не признавал! - стал опять заводиться Баке. - Нет ну надо же! Пупейкин-Шалупейкин!
- Это ошибка Баке! Банальная человеческая ошибка. У нас есть шаблон ответов на обращения. Там вместо прочерка написано Пупкина-Шалупкина. Написали специально, чтобы эта краля не забывала вписывать туда Ф.И.О. адресата.
- Какие интересные у вас шаблоны! Небось и на ответы в другие госорганы тоже шаблоны есть?
- Есть! - на автомате ответил гепрокурор.
- И позволь тебя спросить, какие прозвища там вписаны вместо Ф.И.О.
Генпрокурор почувствовал себя зверем, загнанным в угол. Любая его фраза сейчас грозила масштабным апокалипсисом для карьеры. Поэтому он благоразумно предпочел промолчать. Ну не говорить же в самом деле, что в шаблонах ответа на запросы Баке вместо прочерка написано «г-н Доставалкин», а в шаблонах ответов министрам — общее «Кровососы Прихлебалкины». И такая картина была во всех госорганах, насколько знал генпрокурор. Он даже знал, что в чужих шаблонах на его запросы стоит обращение «Откат Вымогательский». Но не кидаться же, в самом деле, на колег с кулаками из-за этого.
- Баке, есть косяк! Признаю! - снова обреченно произнес генпрокурор.
- Мне кажется или ты повторяешься? - стукнул по столу кулаком Баке.
- Есть косяк! Признаю! - сдавленно произнес генпрокурор.
Память услужливо напомнила о том, как его отчитывал в пятом классе директор школы, заставший будущего генпрокурора за «ручным трудом» в учительском туалете. Вдохновением для ручного труда служила фотография учительницы по начальной военной подготовке — дебелой и толстой, с жирными лоснящимися волосами, покинувшей армию в должности прапорщицы. Имя той учительницы генпрокурор уже давно позабыл, а вот то чувство стыда, которое он испытал, когда директор его отчитывал, никуда не делось и сейчас у него было чувство стойкого дежавю.
- Я исправлюсь, господин директор! Обещаю! Я больше не буду мастурбировать на учительницу! - в полной прострации произнес генпрокурор.
- Чтоооо? - Баке аж поперхнулся очередной порцией вискаря. - Что???
- А? Простите, Баке, это жара на меня так действует. Несу всякий бред… Не обращайте внимание!
- Короче, Жаке. Чтобы никаких больше Пупкиных-Шалупкиных. Ты меня понял? Прояви креатив! У тебя же светлая голова! Ну не знаю. Может, Херова-Мохерова, или Штучкина-Дрючкина! Ну это так — к примеру. Конечно, надо что-то более подходящее. Марья Ивановна, там!
- О, точно! Ее звали Марья Ивановна! - просветлел лицом генпрокурор, вспомнив, наконец, имя учительницы по начальной военной подготовке.
- Ты сейчас о чем вообще? - не понял Баке.
- Да.. я так… просто… Жара… Не обращайте внимания.
- Надеюсь мы с тобой поняли друг друга?!
- Конечно, Баке. Все понял. Но ведь они все — все наши граждане — реально Шалупкины, Шалупайкины и так далее… - расплакался генпрокурор.
- Да знаю я… Мне самому эти Шалупкины вот где сидят! но есть ЭТИКЕТ, есть Кодекс Гослужащего Авторитарного Модернистана. КГАМ, если ты забыл! И нам надо терпеть. Работа у нас такая, - попытался приободрить подчиненного Баке.
- Понял, Баке. Все понял!
- Ну тогда свободен. И смотри у меня! Больше так не балуй!
Генпрокурор попятился, аккуратно приоткрыл своей пятой точкой входную дверь и поклонился на прощание почтенному Баке.
- Ну что? - спросил его тут же подскочивший помощник. - Уволил?
- Нет, обошлось! - улыбнулся генпрокурор.
- Поздравляю! - фальшиво улыбнулся в ответ его помощник и подумал про себя, что еще не поздно отменить бронь в ресторане по случаю его назначения генпрокурором.



Руслан Бахтигареев

Отредактировано: 17.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться