Художники

I. 2-1

Часть 2.

 

Глава 1.

 

- Ну и как вам хоромы? – посмеиваясь собственной шутке, чтобы гостю было уютнее, произнес я, промокая губы в красное вино.

К ночи чувствительность языка притупилась, поэтому определить, что налил мне Анкольд в этот раз, я затруднился.

Еремир, кивая, оглядел комнату немного… оборзевши. Это чувство мне понравилось.

- Мне следует быть довольным, и я доволен, - произнес мальчишка, жмурясь от крепкого вина.

Надо же, оно ему крепко. А ведь сколько разницы между нами? Едва ли пять лет.

Я поставил кубок на столешницу.

- Рад, что вам нравится, принц. Если что-то нужно, вы всегда знаете, что стеснятся нежелательно. Позовите кого-нибудь из слуг – они быстро выполнят вашу просьбу.

- Если моя просьба выполнима, - хихикнул Еремир, отпивая еще больше вина.

Мальчишка…

- Нет ничего невыполнимого, Еремир. В моем царстве – это так.

Принц посмотрел на меня поверх кубка, и я заметил по глазам, что он готов.

- Тогда можно мне увидеться с принцессой?

Я рассмеялся.

- Моя племянница находится за гранью всего выполнимого и невыполнимого в том числе. Так что эту просьбу я отклоню.

- Я хочу хоть раз ее увидеть.

- У вас будет время на балу, до свадьбы, - улыбнулся я и поднялся с места. – Спокойной ночи, принц Еремир.

- И вам, высочество!

Закрывая дверь, я не преминул слегка поморщиться. Ох уж это прозвище.

- Зальд. Зальд, - пальцами подозвал стражника, охраняющего покои принца – и теперь почему-то шатающегося без дела? – Спустя двадцать минут пропусти сюда служку.

- Но принц будет спать, ваше величество!

- Не будет, - я махнул рукой, и он поклонился. Чтобы принц спал, когда я ему приведу такую «служку»?..

В моих покоях уже были две девушки.

- Вы сегодня устали, ваше величество? – мурлыкнула одна.

- Устал, - я устроился головой у нее на коленях. – Столько господ в одном месте – кто не утомится?

- Мы снимем с вас усталость, ваше величество, - сказала другая с черными пышными кудрями и придвинулась ближе.

Я заглянул в ее глаза. Страх.

Как это замечательно.

 

 

Тех, кто знает, как разговаривать с окружающими, всегда ожидает дивный мир. Все твои желания, исходя из этого возможности – надо знать только, как убеждать и что говорить…

Вольх знал, как говорить.

Правитель Зенсиса – не полноправный правитель, регент, до вступления в право своей племянницы – он широко улыбался людям, он всегда знал, что отвечать на их просьбы. И что требовать взамен. Восхитительно было – править. Это чувство можно сравнить с бургундским напитком, который, при правильном смешении с кое-какими другими ингредиентами, дает потрясающий пьянящий результат.

Когда зима скатывала свои покрывала, убирала лапы с промерзших улиц, в лесах оставляя еще следы, у принцессы Демиды должен был случиться славный праздник – ей исполнялось восемнадцать. И к этому празднику Вольх готовился.

До совершеннолетия оставалось не больше трех недель. К этому времени приглашения были разосланы, а в королевском дворце уже гостили трое почетных господ. Им Вольх стремился уделить больше всего внимания. Богатые столы, музыка, вино – и качественное обслуживание. Вольх был уверен, что когда-нибудь не только император Хитанта, страны, граничащей с Зенсисом по северо-восточной части, уступит соблазнительным формам служек, которые имелись у Вольха в достатке – наследство от родителя. Конечно, с императрицей Далании, ныне вдовствующей, приходилось повозиться, но Вольх и сам надеялся отхватить себе часть – хотя больше это относилось к императорским землям, нежели к тому, что скрывала за собой показная женская неприступность. Еще одним гостем его дома был принц Вященский – мальчонка, помолвленный с принцессой Демидушкой, ни дня не мог прожить, чтобы не попросить встречи с ней. Правитель, улыбаясь принцу, велел девушке сидеть в комнате – еду ей принесут, слуги развлекут разговорами, но видеться с неугомонным Еремиром ей совсем не обязательно. Пусть его развлекают служки.

Единственное, что беспокоило Вольха, почти каждый день и по нескольку раз – это положение вдовствующей императрицы – ее собственному сыну недавно исполнилось четыре года. Это могло бы стать проблемой. Хотя вполне решаемой.

 

 

Рульда очень волновалась, когда впервые вступала в эти стены. Кто об этом мог бы мечтать? Уж точно не она. Как может сиротка, вскормленная теплом неродной ей бабки, мечтать когда-нибудь, что окажется она в самом дворце! Уж точно история про принцессу. Она сама как принцесса. Наверное. Теперь.

Как она попала на кухню? Все это казалось таким далеким, что девушка и не помнила. Ей очень велико было платье, цвет не нравился – был коричневым, будто темная жижа, ботинки тоже были велики – но разве это стоит, чтобы возмущаться? Рульда видела, как девочки, что работают тут дольше, ходят в более элегантных одеждах. И цвет у них – бежевый, более мягкий. Когда-нибудь она дослужится до такого, и тоже будет носить одежду, которая будет ей по вкусу.

А пока вкус надо было дарить другим.

Повариха на нее прикрикнула.

- Тебя где учили?! Думаешь, господа будут есть твою стряпню?

Рульда очень боялась и очень не понимала – как она уже может – готовить? Она думала, что будет мыть посуду, как говорили ей все, кто служил у знатных господ – она познакомилась с многими милыми девушками, когда искала работу. И ей было обещано притрагиваться к еде на кухне только после года труда на ней. И тут – такая удача? Его высочество допускал к готовке даже таких людей, как она. Конечно, еду дегустаторы буду пробовать – в этом нет сомнений. Но у Рульды щеки загорались от такой чести. Она только на картинках видела сказки, а тут – в сказку попала сама.



Ольга Лебедь

Отредактировано: 23.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться