Хватит быть сильной, детка!

Глава 11.

ДИНА

Это было второе утро Дины в квартире Тараса Сергеевича. Она проснулась гораздо позже, чем собиралась.  Глянула на экран смартфона – половина десятого.  С трудом поднялась с дивана. Тело, в котором все еще жила простуда, ныло и болело. Глаза слезились. Горло саднило, хоть и не так отчаянно, как вчера.

Дина почти на автомате выбрала из списка вызовов Янкин номер. Напротив него уже светилось с десяток красных стрелочек  неотвеченых вызовы. Долго слушала гудки. Трубку снова никто не взял.

Да что же с ней стряслось-то?! Может, все-таки набрать маму? Нет, опасно. Он обязательно проверит ее мобильный. В смысле, уже проверял. И, наверняка, сделает это снова. У того, кто преследовал  Дину, было достаточно упорства, чтобы  дождаться, когда она расслабиться и потеряет осторожность.

Ах, если бы рассказанная вчера история была правдой! В смысле правдой-то она, конечно, была, но не всей, не полной. Поэтому Дине оставалось только надеется, что Тарас Сергеевич не будет наводить справки, а Янка скоро сама  выйдет на связь.

В комнату заглянул Мужик. Уставился на Дину с напряженным ожиданием во взгляде.

- С тобой гуляли? – она  не узнала своего голоса. Так должна была разговаривать побитая жизнью проститутка, которая выкуривает по пачке сигарет в день.

Пес начал перебирать лапами на месте, что очевидно означало: не гуляли.

- Понял, не дурак, - вздохнула Дина.

Судя по всему, Тарас и Геннадий ушли очень рано. Про собаку никто не вспомнил, что не удивительно – вчера мужчины долго сидели на кухне. Светлана уехала почти сразу после того, как всплыло имя Ангелины Мазур, а они проговорили часов до трех утра. Лежа на диванчике в библиотеке, Дина не могла различить, о чем именно шла речь, но догадывалась – о человеке, совершившим три убийства. Кто он? Какое отношение имеет к несчастной Геле? Зачем все это затеял?

Тем временем сама Дина исследовала мемориальную страничку Ангелины. Насчитала двадцать три фотографии. На самых ранних умершей было от силы лет двенадцать. Если учесть, что соцсети появились гораздо позже, создатель аккаунта должен был иметь доступ к семейному альбому. Иначе где он мог раздобыть детские снимки Ангелины? Выходит, либо родственник, либо… одноклассник? Или родственники одноклассника? В любом случае кто-то из ближнего круга.

Дина обратила внимание, что под каждой из фотографий набралось не менее  пяти сотен лайков. При этом у аккаунта было всего шестнадцать друзей. Понадобилось минут двадцать, чтобы выяснить, откуда берутся посетители. Они переходили  из групп, где публиковались ссылки на страницы погибших людей.

Смысл существования  подобных сообществ осталось для девушки загадкой. Их ленты целиком состояли из прижизненных фотографий покойных и краткой информации о дате и причине смерти. Причем подписчиков у групп хватало –  в каждой было от пятидесяти до ста пятидесяти тысяч человек. Что их привлекало? Нездоровый интерес к усопшим? Или, быть может, обратная сторона страха собственной смерти? Кто знает.  

Дина подметила один любопытный факт. Все, чьи аккаунты попадали в ленту подобных «агрегаторов смерти», отправились на тот свет относительно недавно. Не больше года назад. Чего нельзя было сказать об Ангелине. С момента ее гибели прошло одиннадцать лет, однако фотографии девушки регулярно появлялась как минимум в трех главных пабликах с мертвыми людьми.

И что это значит?

Только то, что кто-то этим целенаправленно занимается. Не реже раза в две недели размещает в сообществах ссылки на аккаунт Мазур. Вероятно, за деньги. То есть очень хочет, чтобы Ангелину, скончавшуюся в 2007-м году, продолжали помнить. Пусть даже как одну из сотен тысяч сетевых призраков.

Дине так и не удалось рассказать Тарасу Сергеевичу о своем открытии. Ночью ее незаметно сморил сон, а утром в квартире никого уже не было. Впрочем, последнее девушку не сильно расстроило. Она знала, чем заняться в отсутствии хозяина жилья.

Ключи от квартиры нашлись на кухонном столе. Две штуки  – желтый и серый. Первый большой, увесистый, как от гаража, второй – самый обычный, сантиметров семь в дину. Ключи крепились к металлическому колечку. Перед тем, как отправится на прогулку с Мужиком, Дина сунула их в карман.  Заодно убедилась, что связка ключей Елизаветы Субботиной там же, где и вчера – во втором кармане джинс.

- Идем, - сказала Дина пританцовывающему вокруг чиху, - Наведаемся в гости.

Они спустились на лифте на первый этаж, миновали пост Валентины Андреевны и очутились в ухоженном дворе элитного жилого комплекса. Снаружи оказалось пасмурно. Летнее небо – безупречно чистое всю минувшую неделю – сейчас было затянуто серыми тучами. Суда по духоте, к обеду должен был хлынуть дождь.

Прежде чем идти к тетиному дому, Дина позволила Мужику поплутать среди росших в палисаднике кустов шиповника. Пес с гордым видом прогулялся по двору и, наконец, замер на месте, показывая, что утренняя программа выполнена. Теперь можно двигаться туда, куда нужно Дине.

Спустя минут десять девушка и белая собачка входили в подъезд пятиэтажки, где жила Елизавета Субботина. Лифта в доме не было, поэтому пришлось подниматься пешком. Примерно на уровне третьего этажа Дину охватила паника. Что ждет ее в квартире? А вдруг у тети Лизы случился сердечный приступ, и она много дней пролежала беспомощная? Или еще хуже - на нее напали грабители, вынесли ценные вещи, а саму избили и бросили умирать в запертой квартире. Дине хватало воображения, чтобы представить с десяток жутких картин. Поэтому, когда она приблизилась к нужной двери, ее руки потели, а сердце колотилось так, что не было слышно звука собственных шагов.

Ключ без проблем повернулся в замочной скважине. Темный коридор встретил застоявшимся запахом художественной мастерской. Несмотря на то, что большую часть времени Елизавета Субботина работала на компьютере, иногда она все же брала в руки кисти и мастихин. Поэтому ее квартира была насквозь пропитана ароматами масляной краски, ацетона и дерева.