Я бы научил тебя летать...

12 февраля 2016 года//2

* * * * *

Весь похорон я провела, будто в тумане. Полдня находилась лишь в объятиях Владислава и искренне была благодарна ему за эту поддержку. Даже не знаю, что было бы со мной, если бы не он. Это он меня поймал, когда я начала терять сознание возле Любоша. Я понимала, что самому Владу очень сложно пережить потерю друга, поэтому вдвоем нам было легче. По крайней мере, мне так казалось…

Меня не отпустили домой, когда его гроб засыпали землей. Меня вообще никуда не отпускали и крепко держали. Когда за руку, когда за плечи… Мама и папа Люба относились ко мне так, будто я была не просто другом для их сына, а как сказал Яр — возлюбленной.

Поздним вечером, когда я уже успела попрощаться со всеми и вместе со Славой выйти с квартиры, нас окликнул Яр. В его руках был бежевый плюшевый мишка и конверт.

- Насть, подожди… — с недоумением взглянула на Ярослава. — Малышка, обещай, что ты не будешь делать глупости. Мы все знаем, кем для тебя был Любош, и как сильно ты нуждаешься в нём… — его подбородок задрожал, и он всхлипнул, но не расплакался. — Впрочем, как и мы все… Знай, что ты не одинока. У тебя есть я, Катя, Влад… Мы никогда не оставим тебя, ведь даже вы так и не начали встречаться, не значит, что вы не были близки, и не любили друг друга, — дрожащими руками он протянул мне игрушку и конверт. — Держи, это тебе. Я не имею права оставить это у себя.

— Что это? — я просто не могла понять, что это за игрушка и зачем она мне в такой день. — Яр, не надо…

— Насть, — понимая, как Ярославу сложно говорить, продолжил его слова Влад. — Это твоя игрушка. Это мы с Любом ее купили. Он собирался подарить этого медвежонка тебе послезавтра…

От его слов у меня все оборвалось внутри. Любош хотел подарить мне что-то на День Влюбленных?!

— А конверт это письмо, — проглотив комок в горле продолжил Слава. — После попытки суицида Любош немного крышей поехал, и всем своим близким каждые полгода писал письма на случай собственной кончины. Почему он это делал, мы не понимали, но знали, о том, что Люб их пишет. Он просто через некоторое время их выбрасывал, и писал по новой, объясняя это тем, что у предыдущих истёк срок годности…

— Господи… — я закрыла ладошкой рот, понимая, что боюсь читать то, что в конверте.

— Настя, — Яр казалось снова успокоился. — Я тебя никуда не отпущу, пока ты не пообещаешь, что не натворишь глупостей, что будешь жить ради него. Ведь он там, — парень указал пальцем на потолок. — И дальше продолжит присматривать за тобой.

В какой-то степени он был прав, ведь как бы больно мне сейчас не было, натворив глупостей, я все равно не смогу его вернуть. Покончив жизнь самоубийством рядом тоже не окажусь, ведь ему место в рае, а мне там не будет места. Остается лишь пытаться жить без него. Вот только как это сделать не понимала…

— Я обещаю…

— Иди, Настюшка, я тебя обниму…

Игрушка и конверт в мгновение ока оказались в руках у Влада, а я сама утонула в объятиях Любомира старшего. Как жаль, что это не сон…