Я думала меня будут преследовать сны…
Кошмары…
Или затянет бессонница…
Хоть что-то…
Но утомленный организм словно впал в кому. Я проснулась в той же позе, что и заснула — притянув колени к груди и обхватив их обеими руками.
Превозмогая боль в затекших от неудобной позы мышцах, я оперлась на согнутые руки и села. Стащила тело с кровати и, одернув скомканную у груди пижаму, кое как зашла в ванную и застыла, страшась поднять голову и посмотреть в зеркало.
Не знаю, чего я боялась, но увидела…
Покрасневшее, обветренное на холодном ветру лицо, на котором беспощадно стянуло кожу. Красные, с лопнувшими сосудами глаза, темные огромные круги под ними. Опухшие, покрытые мелкими трещинками губы с засохшими следами крови. Взлохмаченные волосы, сбившиеся во время сна. И следы…
На шее, возле уха, на ключице…
Пока едва заметные, но уже проступающие на коже следы от поцелуев, которые через несколько часов превратятся в уродливые синяки.
Тошнота, подступившая к горлу, перекрыла воздух. Я сглотнула её. Включила в душе воду. И, не отрывая от отражения глаз, медленно стянула одежду. А потом застыла.
Они были повсюду.
Отпечатки.
Четкие, различимые…
Следы от пальцев лежали на талии, у ребер, на запястьях и предплечьях. Липкой паутиной распространялись по телу.
Они очерчивали мое тело, обрисовывая его изгибы и отвратительными пятнами раскрашивали бледную кожу.
Любовь — она такая?
Казалось, что нет.
Но тогда почему я позволила любить себя такой любовью?..