Я - хищная. Трудный ребенок

Font size: - +

Глава 27. Война

Глава 27. Война

 

Июнь выдался на удивление прохладным. Дождливым, хмурым и задумчивым. Низкое небо моросило дождем или дремало в обрамлении сизых облаков. Мне на радость. Жила наполнялась кеном, бессилие постепенно отступало, ладони чесались, и я наслаждалась временным подъемом. Во всяком случае, я думала, что он временный. Кен колдуна никуда не делся, а ощущение опустошенности я запомнила надолго.

С моего балкончика открывался прекрасный вид на лужайку перед домом, и я сидела в кресле-качалке с книгой в руках. Но она была закрыта, так как я смотрела вниз.

На траве Влад тренировал Диму. Показывал какие-то недоступные мне приемы битвы, касался ладоней и что-то настойчиво объяснял. Дима вдумчиво слушал и сосредоточенно кивал, а затем раз за разом пытался повторить показанные приемы. Выходило, видимо, плохо, мальчик психовал, топал ногами, а затем с усиленным рвением продолжал тренировку. Упорный. Похож на отца.

Я поймала себя на том, что улыбаюсь. Залюбовалась даже. Никогда не видела таких проявлений отцовских чувств от Влада — с Кирой он был совершенно другим, возможно, потому что дочь вернулась к нам уже взрослой. А еще она девочка. С сыновьями у мужчин иные отношения, девочкам не понять. Что-то чисто мужское, необъяснимое, глубокое.

Мне нравился такой Влад. Домашний, заботливый, теплый и какой-то близкий. Пусть не мне. Мне все равно не светит, а понаблюдать было приятно.

Прошло три недели с ярких событий в Венгене. Три недели смутных мыслей и погребенных надежд. Время, которое я дала себе посомневаться. А потом убедилась в правильности принятого решения.

Чувства — это еще не все. Даже сильные. Даже проверенные на прочность. Есть преграды, которые не преодолеть. И хотя я прекрасно общалась с Ирой, не могла представить себя частью их семьи. Наверное, некоторые традиции нельзя навязать в сознательном возрасте.

Впрочем, я мало задумывалась об этом. Больше размышляла об охотниках, их планах и наших перспективах. Казалось странным то, что они хотят истребить нас всех. Что за смысл тогда будет в их существовании? Откуда они будут получать силу? Ведь убийство хищного делает охотника сильнее. Не думаю, что они стремятся к процветанию расы ясновидцев. Особенно древние.

Я общалась с древними охотниками, кажется, их вообще не интересует то, что происходит с индивидами, на которых не снизошла благодать.

От смутных размышлений меня отвлекла Юля. Из комнаты она выходила редко, почти ни с кем не разговаривала, и было, видно, что женщина находится в глубокой депрессии. Темные круги и мешки под глазами кричали о проблемах со сном, подавленность — о тревогах и переживаниях.

Страшно, наверное, когда твой ребенок хищный, а ты нет. И ты никак не можешь повлиять на его судьбу. Не можешь защитить, увезти, спрятать. Можешь лишь наблюдать и бояться.

Юля плакала и кричала на Диму, хватала за руку и пыталась увести, но мальчик брыкался, вырывался и бежал обратно к отцу. Она плакала все сильнее, причитала, затем присела рядом с ним и начала что-то шептать на ухо, обнимать, пока Влад не поднял ее с земли и не отвел в сторону. Там он что-то ей проникновенно говорил, и постепенно женщина успокаивалась и лишь слегка всхлипывала.

Стукнула дверь, и я обернулась. Глеб подошел к комоду и открыл верхний ящик. Увидев меня, иронично улыбнулся:

– Смотришь концерт внизу?

– Что там происходит? – нахмурилась я.

– Юля хочет увезти сына. Но Димон посвященный, увозить нельзя.

– С атли ему теперь безопаснее, – согласилась я. – Что ты делаешь?

– Вещи собираю. Съеду к альва, заодно и за Майей присмотрю.

Я вздохнула. Несмотря на то, что мы с Глебом общались почти как раньше, и поговорить с ним я могла обо всем, трещина в наших отношениях никуда не делась, чем бы я ее ни замазывала.

И вот он съезжает. Я буду совсем одна здесь, в этой комнате, в доме, заполненном людьми.

Впрочем, странно, что он не съехал раньше. Все равно ведь ночами пропадал где-то и неизвестно, спал ли вообще. Я лежала и смотрела в потолок, пока усталость не брала свое. А утром, когда Глеб возвращался, делала вид, что все в порядке.

– Тебе необязательно... съезжать, – пробормотала я и снова вышла на балкончик. Лужайка опустела, только Юля все еще всхлипывала на крыльце, а Рита обнимала ее за плечи.

Успокаивает. Толку только? Если придут охотники, ей нужно быть готовой к тому, что...

Если бы я могла ударить, как раньше! Как на поединке или тогда с Рихаром. Я закрыла глаза, сосредоточилась. Ощутила концентрацию кена в жиле, попробовала подвести его к ладоням. Получилось. Даже голова не закружилась. Словно я каждый день это делаю.

Что со мной происходит вообще? То я чуть ли не истощенная, то жила наполнена кеном. Правда, былой мощи как не бывало. Но может, оно и к лучшему.

– Странно будет, если я останусь. – Глеб вышел вслед за мной, вытащил сигарету и подкурил. – Ты мой друг, и чтобы ты им оставалась и дальше, мне лучше съехать.

Я кивнула и расслабилась. Кен из вен перетекал обратно в жилу, оставляя в теле приятное тепло. Небо полыхнуло молнией, а через несколько секунд раскатисто громыхнуло. Сорвались первые теплые капли — крупные, оставляющие аляповатые следы на гладкой плитке подъездного пути.

– Тренируешься? – Глеб кивнул на мои сжатые кулаки.

– Мне лучше, – поделилась я. – Действительно лучше. Кен прибывает, как ни странно. Но его мало. В прошлый раз на Достоевского я не смогла даже отбиться, а ведь охотник был молодой.

– Избавляться тебе нужно от этого дерьма, – посоветовал Глеб. – И побыстрее. Хочешь, отдай Теплову.

– Вот тогда Влад точно меня прибьет. А если я спрошу, не позволит. Все же эта сила пока у атли. Знать бы, как ее применить.



Ксюша Ангел

Edited: 01.10.2015

Add to Library


Complain




Books language: