Я надела очки цвета неба

Размер шрифта: - +

XII

С чувством лёгкого волнения я ожидала письмо от Ника с последним заданием. За этот относительно короткий период времени многое изменилось в моей жизни, она стала светлее и интереснее. Казалось бы, новый образ жизни, принципы работы, настроение должны были способствовать желаемому материнству, исполнению того заветного желания, которое горело в моём сердце с тех самых пор, когда я, однажды вечером в одиночестве решила разобраться в себе, своих достижениях, желаниях, целях. Увы. Выполненных заданий оказалось недостаточно. Чего-то не хватало ещё…

1 августа я получила письмо от Ника. Читаю: «Миленочка, моя дорогая! Следующий шаг к достижению цели будет трудный. И, возможно, ты даже будешь злиться, узнав содержание пятого, последнего, задания. Тем не менее. Ты обещала довериться. Итак, в течение всего месяца тебе предстоит быть уступчивой в отношениях с мужем, покладистой. Это касается как глобальных вопросов, так и бытовых мелочей. Для того чтобы помочь справиться с заданием, я организовал тебе встречу с близкой мне женщиной. Её зовут Вера Ивановна. Она позвонит тебе завтра. Будь умницей!»

«Хм, это что-то. Николай ударил меня ниже пояса» — подумала я. Никогда не считала полезным во всём уступать мужчине. Чаще всего, если не всегда, это приводит к зазнайству и волюнтаризму. Женщина должна быть с характером, иметь своё мнение и возможность отстаивать его. Иначе — погибнет под гнётом физически сильного пола. Таковы были мои убеждения. Но, несмотря на внутреннее несогласие с заданием, я, тем не менее, не ставила под сомнение его выполнение. Была абсолютная уверенность в пользе для меня этого испытания, как, собственно, всех предыдущих. Волновал другой вопрос: как мой муж отреагирует на мою уступчивость, непонятно откуда взятую. «Ладно, как будет», — подумала я и занялась подготовкой тезисов для участия в конференции.

— Дорогая, — послышался из спальни голос Арсения, отсыпавшегося после тяжелого рабочего дня накануне.

— Да, родной.

— Я жуть как проголодался. Что у нас есть перекусить?

— Есть творожная запеканка, колбаса и сыр для бутерброда…

— Это хорошо. А кашу овсяную приготовишь, со сливочным маслом? Пожалуйста!

Пауза. Обычно в ситуациях, когда я работала дома, мне достаточно было сообщить об этом супругу и предложить ему перекусить тем, что приготовлено. Но теперь мой обычный поступок считался крамольным. Отказать Арсению я не могла. «Если муж хочет, чтобы я сварила кашу, значит, так тому и быть», — мысленно заключила я и ответила:

— Конечно, сварю, милый!

— Ура!

В течение дня Арсений постоянно отвлекал меня от дел просьбами, какими-то срочными вопросами. По какому бы поводу он ко мне не обращался, я бросала своё занятие и принималась выполнять просьбу, отвечать на вопросы, не выказывая недовольства тем, что бесцеремонное поведение супруга отвлекает меня от работы, которая может быть и не срочная, но важная и требует концентрации внимания. Я терпеливо слушала его и соглашалась. Чем ближе к вечеру, тем больше просьб. Не иначе, как мой муж издевался надо мной и испытывал терпение. Не тут-то было — я контролировала эмоции, утешая себя мыслью, что на следующий день рано утром Арсений уйдет на работу, а я смогу плодотворно поработать.

Ужин прошёл в немоте. Мне приходилось молчать, так как боялась выплеска гнева от дёргания меня в течения дня по поводу и без такового, супруг же — увлёкся футбольным матчем. Я убрала со стола посуду, заварила чай и предложила мужу десерт. Не дав ответа, Арсений неожиданно выключил телевизор, в упор посмотрел на меня, положил руки на стол и в строгой родительской манере заговорил со мной:

— Милена, а что происходит? Ты сегодня на себя совершенно не похожа, покладистая такая. Ни разу не выказала неудовольствия, хоть я тебя нарочно отвлекал от дел и работы. Чтобы я ни сказал, соглашалась. И сейчас сидишь молча, будто в рот воды набрала. Где твоё щебетание? Где возражения по поводу просмотра мной футбола за совместным ужином? Я бы понял, если бы у меня был день рождения, ну или там другой праздник, и ты решила сделать мне своеобразный подарок. Нет, мне, конечно, приятно угождение, но оно весьма подозрительно. Что случилось, радость моя?

Вопросы казались уместными. Такое поведение, действительно, было не типично для меня.

— Ничего не случилось. Просто хорошее настроение. Ты так долго был в командировке! Я соскучилась. Вдвойне рада, что своим поведением доставила тебе удовольствие. — Единственное, что нашла я сказать. Не знаю, как Арсений, он промолчал, угрюмо посмотрев на меня, но как по мне, так фальшь была на лицо. Как-то наигранно получилось. Рассказать же правду я не решилась.

Мне не давало уснуть ощущение раболепства и услужливости, и раздирало на части от одной только мысли, что придётся придерживаться такой линии поведения целый месяц. «Тридцать один день мне нужно сдерживать гнев и молчать, когда будет воплощаться в нашем доме идеал патриархальной семьи!» — мысленно возмущалась я. Я начала представлять, как любимый человек превращается в мужа-монстра и эксплуататора, издевающегося надо мной…



Мари Стю

Отредактировано: 09.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться