Я + он

Глава 2

Утро следующего дня, точнее пять утра мы все успешно просыпаем. Оно и не удивительно, ведь вчера после пляжа, измученные дорогой и раскладыванием вещей, сразу отрубились, даже не поставив будильники. И судя по тому, что проснулись мы где-то в двенадцать, Мария достучаться до нас не смогла.

– София, – голос отца, его кашель, после сигарет, будит и меня и маму, — Наташа! Проспали яхту, черт побери, – слышу, как папа набирает номер и говорит, – Мария, да. Мы проспали, измученные были. Ага. Вечером? А кто выходит вечером в море на яхте? Так? Ладно, - мы с мамой уже потягиваясь смотрим на него и телефон в руках, ожидая, что скажет.

– Все сейчас заняты. Поедем к яхте вечером. Где-то в семь. Поэтому, сейчас у нас день валяния на пляже.

* * *

День действительно проходит на пляже. Мама валяется на шезлонге, а мы с папой на песочке, протянув ноги к морю, которое легкими волнами лижет ступни. На наше счастье и удовольствие пляж пустой. А еще на удивление. Сезон все-таки уже начался. Но папа говорит, что у этого отеля цены совсем не демократичные, поэтому так.

В шесть мы ужинаем, я хватаю легкую спортивную сумку куда складываю крем, спреи для волос, резинки, шпильки, нижнее белье, несколько сарафанов для фотосессии на яхте, и самое главное, кроме конечно очков и шляпки, купальники. У меня их много, все разные: цельные и раздельные, черные и голубые, даже розовый есть, с рисунками пальм, оборками, тонкими бретельками, кружевами. Несколько дней назад мы просто скупили весь магазин.

Далее мы садимся в автомобиль Марии, обычное рено семейного типа и проезжаем частные дома, территории, соревнуясь с электричкой кто быстрее под лучами красного солнца. Когда добираемся до пирса папа удовлетворенно осматривает яхты, две из которых нашего отеля. Хозяйка, Мария, ведущая нас к одной из белых яхт, рассказывает что-то папе об управлении, связи с берегом и остальном, о чем мне слушать совсем не интересно. Мы с мамой идем сзади, как вдруг понимаю, что кое-что забыла взять.

– Мам, – шепчу ей на ухо, – у меня закончились тампоны, ты брала?

– Что? Нет. София! – укоризненно, – Как о таком можно забыть в момент когда у тебя эти дни?

– Вот так, мама!

– Мария, извините, – мама подбегает к женщине и коротко, судя по жестикуляции рассказывает о моей ситуации. Потом возвращается ко мне и инструктирует где находится магазин, – София, давай я пойду с тобой, а то еще потеряешься?

– Мам, ты же мне все рассказала, для чего это?

Папа прощается в этот момент с Марией, оплачивая аренду яхты, и видя, как пытаюсь вырваться от мамы решительно идет к нам.

– Наташа, а ну отпусти Софию. Она взрослая. Солнышко мы подождем тебя на яхте, да?

– Да, – благодарно смотрю на папу и, вырвав руку из маминой, беру деньги из ее рук и иду по пирсу, глазами сканируя территорию. Мамина внимательность и опека – прекрасно, но я уже устала от нее, поэтому с нетерпением жду когда уеду в Киев учиться.

Пока нахожу магазин, покупаю влажные салфетки, на всякий случай, и три пачки тампонов, – тоже на всякий случай – солнце прячется за серые облака, довольно быстро и даже неожиданно заслонили голубой цвет неба. Возвращаясь к яхтам понимаю, что немного заблудилась, поэтому приходится спрашивать дорогу у людей, а они здесь редкость. На пирс выхожу только тогда, когда темень стоит вокруг: выколи глаз. Наверное нужно сказать папе, что ночью лучше не выходить в море, вдруг надвигается буря или что-то подобное? Да и темно уже, и страшно! Шагаю по бетонному пирсу всматриваясь в ряд белоснежных яхт, ища ту, где написано « Мария», вот только, как на зло, светит один фонарь и толку от него ноль. Прохожу туда-сюда, в надежде услышать звук голосов родителей, но вокруг так тихо, что я слышу только шум собственных шагов. Наконец, минут через десять моего блуждания слышу шум с одной яхты, поэтому иду к ней, прижимая к себе небольшую сумку. В другой руке держу небольшую спортивную сумку с одеждой проклиная саму себя, что не отдала ее папе.

Захожу по лестнице на яхту с которой раздавался шум, спускаюсь по лестнице вниз, и оказываюсь в помещении похожем к кафе: красные стены, деревянный стол, вокруг которого красный мягкий диван с разбросанными подушками и пледами. На стенах висят канаты, веревки и какие-то молоточки, сильно не приглядываюсь, да и не могу – здесь полумрак. Прохожу по узкому коридорчику и останавливаюсь в похожем похожем, хоть и без стола, помещении, но с несколькими дверями. Из одной слышен легкий женский смех, мужской шепот, а затем звуки очень похожи на то, когда у людей интимный момент. Я не то чтобы осуждаю маму и папу, они еще молодые и все такое, но разве трудно было подождать часок, чтобы придя, я не слушала вот это? Краснею и толкаю дверь напротив их каюты. Это тоже каюта: большая кровать, шкаф, собственная ванная комната, что очень здорово, стол журнальный, и окошко. Все обшито бархатной тканью, только зеленой, темной, как водоросли.

Кладу вещи на пол и падаю на кровать, вдруг поняв, что все эти блуждания вымотали меня не на шутку.



Стефания Лин

Отредактировано: 11.09.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться