Я + он

Глава 18

— София, вернись в университет. — Спокойный, но напряженный голос декана звучит рядом.

— Его забрали ...— Едва шепчу. Я в отчаянии.

— София, мне нужно с тобой поговорить. Один на один. Поэтому пошли в кабинет.

Декан берет меня под локоть и затягивает в холл университета. Не отпуская ведет в свой кабинет, усаживает на стул за столом, и даже делает чай. Я все это вижу, понимаю, но не воспринимаю. Будто кто-то выключил все вокруг и я стала простым наблюдателем немого драматического кино.

— София, хочу узнать, что случилось. Максим напал на Назара Руденко. Третьекурсника. Отличника. Но понимаешь в чем дело...

— Назар учится в нашем университете? — Удивленно поднимаю на Николая Сергеевича глаза. Вот это новость. Ужасная и даже страшная — для меня.

— Конечно. Факультет финансов. Его отец начальник отдела одного из ведущих банков, поэтому можешь себе представить, что ждет Максима.

— Ну да. — Саркастически отвечаю. — Мои же родители всего лишь частные предприниматели, а его ...

— Я думаю не целесообразно в данный момент высказываться таким образом. Назар в больнице в довольно тяжелом состоянии. Для Максима все это может закончиться не просто штрафом ...

— Тюрьма?— Сдавленно шепчу.

— Да. Поэтому я хочу, чтобы ты мне объяснила, почему Максим напал на Назара?

Пока Николай Сергеевич внимательно сканирует меня взглядом в моей голове все словно просыпается от немоты. Миллионы мыслей пульсируют в голове и я пытаюсь понять можно ли рассказать все. Стоит ли? Защитит ли это Максима?

— Назар изнасиловал меня. Орально. — Говорю. Красная краска заливает лицо мгновенно. — Макс же узнал об этом. Он забирал меня , после того, как ваш Руденко выбросил меня на помойку, заставив сделать...подобное, и я все ему рассказала. Максим решил отомстить. И знаете что? Я жалею, что этого не сделала сама!

Лицо декана становится бледным. Он ошеломленно рассматривает меня, а в глазах застывает боль. 

— Это правда? София, когда это случилось?

— В ночь с субботы на воскресенье. И если нужно я буду свидетельствовать в суде против вашего крутого Руденко!

— Нужно сообщить об этом. Ты должна обратиться в полицию. Возможно это как-то поможет Белоусу Максиму, ведь в данный момент он обвиняется в нападении и нанесении ушибов и телесных повреждений...

— А как я докажу этот факт? Здесь, извините меня, к гинекологу не сходишь!
— Это стоит сделать в любом случае, София. Поверь, я знаю, что Назар такой. Возможно если дело наберет огласки, то девушки которые тоже от него пострадали, смогут подтвердить твои слова и сами напишут на него заявления.

— Дело в том, что большинство этих девушек так платили за его угощение. Я хотела заплатить сама, но он отказывался. Откуда мне было знать, что он просто хотел получить плату иначе? Да и разве важно это?

— Да. Все это важно. Очень важно. Забирай куртку в гардеробе, мы едем в полицию.

— А какая вам разница, что будет с Максом? - Не реагирую на его слова и беготню по кабинету.

— Он мой племянник. Давай София. Быстро!

Встаю из-за стола, выхожу из кабинета и направляюсь к гардеробу. Удивление быстро приходит и сменяется пониманием. Теперь понятно почему Николай Сергеевич так сильно занимается этим, почему хочет попробовать воспользоваться мной: чтобы оправдать действия Макса. Мне не жалко. Если все это действительно поможет, буду только рада, потому что он не заслуживает подобного. Только Назар заслуживает.

Накидываю куртку, кутаюсь в шарф и под сильным ветром, который дует так ,словно желает разрушить все на пути, несмотря на темное небо, жду декана.

— Поехали.

Мы садимся в машину декана и срываемся с места как сумасшедшие. Машина мчится вперед, обгоняя остальных. К счастью пробок в такое время почти нет, ведь все уже на работе или на учебе. Через полчаса останавливаемся рядом с участком полиции, в которое, по словам Николая Сергеевича, привезли Макса. Проходим по коридору вперед, поворачиваем в довольно тусклый коридор и входим в кабинет без стука.

— Добрый день.— Декан обращается к следователю, который сидит за столом. Рядом с ним, сбоку на стульчике, сидит Макс. И клянусь, при виде нас его лицо с веселого становится мрачным. — Этот парень мой студент. Думаю пока все разговоры должны быть прекращены. Нам нужно вызвать адвоката.

— Мы же не в Америке. —Дерзко отвечает следователь. —Тем более мы уже начали допрос.

— А теперь прекращайте. Согласно ст. 59 Конституции, каждый имеет право на правовую помощь и является свободным в выборе защитника своих прав. Вы ознакомили его со своими правами перед допросом?

— Уважаемый, ваш студент совершил умышленное ущерб гражданину Руденко. Согласно ...

— Согласно Конституции, вы не сообщили о вызове в участок полиции и не дали Максиму Белоусу обратиться за правовой помощью к адвокату. — Отрезает Николай Сергеевич, пока я удивленно хлопаю глазами. — А еще, согласно разделу VIIIст4 Уголовного Кодекса, этот человек — указывает на Макса — не подлежит уголовной ответственности, так как из-за сильного душевного волнения, вызванного общественно опасным посягательством на эту девушку, не смог оценить соответствие причиненного им вреда опасности посягательства. А теперь мы хотим дать показания об изнасиловании Назаром Руденко Софии Ярецкой, студентки университета * * * первого курса, факультет Психологии.

Следователь нагло улыбается, поняв, что с Максом договорить в частной обстановке, без адвоката, не дадут и взмахом руки указывает ему освободить стульчик для меня.

— Госпожа Софии Ярецкая, вам действительно есть что рассказать? —Следователь сканирует меня внимательным взглядом, словно сомневается в правдивости будущего рассказа.
— Да. — Сажусь на стульчик. Макс встает позади меня, кладет руки на плечи и склонившись быстро шепчет на ухо.

— Не нужно этого делать ради меня, Софи. Я знал, что делал и ни капли не раскаиваюсь за причиненный вред уроду.

— Я тоже знаю, что делаю.

Следователь дает лист бумаги. Пока я записываю все события, включая Олю, ночной клуб и Назара, он записывает мои данные, имена родителей, место жительства. Скептический взгляд на буквы на бумаге ясно говорят, что человек явно не доволен обстоятельствами, которые сложились на данный момент, но я рада, что возможно действительно смогу наказать Назара еще больше, чем уже есть, и очистить имя Макса.

Передаю лист мужчине и встаю со стула. Он окидывает заявление взглядом и смотрит на меня.

— То есть после того, как вас выгнали из машины, вы позвонили гражданину Белоусу и рассказали ему обо всем?

— Да.

— Почему сразу не обратились в полицию?

— Как будущий психотерапевт могу сказать, что для начала мне нужно было осознать масштабность этого действа. — Трудно глотаю. — Я не могла скоординировать свои действия, тем более, что было стыдно в этом признаваться даже самой себе.

— Ладно. Пока свободны. А вы, — обращается к декану и Максу, — должны прийти ко мне с адвокатом.


Мы не прощаемся. С паузой, что повисла между нами тремя, уходим из отделения полиции. Декан отвозит меня в общежитие, а сам едет с Максом на встречу к адвокату с которым успел договориться по телефону в дороге.

Остаток дня проходит вяло, скучно и одновременно в волнениях. Мне страшно. Боюсь того, что может произойти с Максимом. Отец Назара начальник главного управления банка, следовательно, имеет какие-то влиятельные связи, тем более учитывая то, что все это происходит в столице. А кто родители Макса? Смогут ли помочь?

Телефонный звонок вытягивает из размышлений. С удивлением замечаю, что за окном уже темно.

—Софка, — Олин голос звучит бодро, а вот мне ее слышать совсем не хочется. Из-за нее все это произошло.— Ты где пропала?

— Я в комнате. —Сухо отвечаю.

— Почему твоего парня забрала полиция?

— А тебе какая разница? — Сычу. — Ты пригласила меня в ночной клуб и даже словом не обмолвилась, что за вонючее вино нужно платить сексуальными услугами. А я все глупая думала, чего же этот Назар не хочет, чтобы рассчиталась за выпивку, чего предложил подвезти, когда не смогла вызвать такси! - Голос срывается на крик. Я не могу больше держать это в себе!

— Я думала, что ты знала. Неужели не в курсе, какую оплату любят ребята?

— Но я так не плачу за счета! Я могу сама купить себе вино! Понимаешь?


О, ну я рада, что твои родители крутые и шлют тебе много денег! Мне же, чтобы одеться в нормальные вещи и сходить куда-то, нужно платить так. Могла ему просто не давать, вот и все. Так нет, делаешь из себя нещастную! Тем более Назар давно тебя заметил!

А теперь я рада, что мой телефон автоматически записывает все разговоры. Сейчас у меня есть хоть какие-то прямые доказательства того, что произошло.

— То есть, давно заметил?

— Ты ему понравилась. Но не обращала внимания. Это он попросил позвать тебя в клуб.

— Он ?? Для чего?

—Пфф, а ты не понимаешь? Трахнуть тебя хотел! — Смеется Оля.

— Оль, он заставил ... меня делать то, чего я не хотела.

— Отсосать что ли? Пф, и что? Знаешь сколько раз я делала это?

— Ты вообще нормальная? — Опять срываюсь на крик. — Подобное не для меня. Я….

— Это ты ненормальная. Я как лучше хотела ...

— Пока Оля. — Жму отбой, и со всей силы бросаю телефон на кровать.

Ненавижу ее. Ненавижу Назара. Всех их ....

Телефон снова пищит своей мелодией. На экране высвечивается имя Макса.

— Да. — Ровным тоном отвечаю. Я морально истощена после разговора с «подругой».

— Как ты?

—Не знаю. А ты?

— У меня хорошие новости! — Тон Макса действительно радостный. — Адвокат сказал, что меня можно оправдать и заплатить штраф в размере пяти налоговых минимумов. Мой поступок расценивается, как легкой тяжести, поэтому не волнуйся.

— Как мне не волноваться? Я даже не знаю, как расценивать телесные повреждения «легкая тяжесть». Что с тем Руденко?

— Ничего страшного. В больнице, но дней через пять - семь придет на учебу. Мой папа уже обо всем позаботился. А, кроме того, если мы с ним идем на примирение, то тоже ... . Хотя знаешь, забудь! Я не буду идти с ним на примирение. Он заслуживает всего этого.

— Макс ... Господи ... Лучше иди...

— Нет. Мой папа поможет в содействии расследования преступления совершенного против тебя, Софи.

— А кто твой папа?

Слышу, даже по телефону, как на его губах начинает играть хитрая улыбка.

— Достаточно того, что он не последний человек в правительстве.

—Мне так жаль. Ты вляпался в это из - за меня. Нужно было не рассказывать тебе. Не звонить ...

— Ты что ?! Наоборот, все хорошо. Я рад, что ты позвонила. Это нас сблизило так, как я того хотел. Ты перестала избегать меня, моих взглядов. Софи, я знаю, что возможно ты подумаешь, что мелю глупости, но это время на яхте, нынешние события, все это влияет на меня и показывает, что с обществом нужно бороться, а не принимать его правила. Нужно показывать, что виновные будут наказаны, а невинные останутся таковыми.

— Даже не знаю. Ты же сам идешь путем лжи ...

— Почему? Потому что есть статьи в Уголовном Кодексе , которые в данный момент на моей стороне? Или потому, что папа поможет наказать Руденко за твоё изнасилование?


- Не знаю ... Да.

— Все обоснованно, София. Все на законном основании. И этот урод будет наказан основываясь Законодательством...

— Наверное ты прав. У меня почему-то совсем сил нет. Я говорила с Олей ...

— И?

— И она знала, что так должно было быть. Более того, Назар уже давно заметил меня. По крайней мере она так сказала.

— В самом деле? — Тихий голос раздается пронзительно и печально. — Он заметил мою Софи?

—- У меня этот разговор записан.

— Это хорошо. Хочешь я приду?

— Нет. Спи. Завтра на пары.

—Я хочу увидеть тебя.

— И я, но уже сил нет даже с кровати встать.

—Ладно, спокойной ночи моя Софи. Знай, я всегда защищу тебя.

— И тебе спокойной ночи, Макс.

Положив телефон под подушку забираюсь под одеяло и последнее, о чем думаю, перед тем, как заснуть: «Почему Макс так хочет защищать меня? Что он нашел во мне такого, чего не вижу я? ».



Стефания Лин

Отредактировано: 11.09.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться