Я превращу твою жизнь в Ад. Книга 2

Глава 2 Отказ

В последнюю пару минут я думала о сущей ерунде — меня интересовала длина волос двойника на портрете в гостиной. Мысленно я сравнивала ее с короткой прической, с которой ходила на земле, и с каждым переглядыванием моя уверенность крепла: надо обрезать волосы.

— Ты изменилась, дочь. — Бесцветные нотки в голосе и пристальный взгляд Картуса заставили вновь посмотреть на мужчину.

Отец Конкордии говорил необычно — с паузами, каждое слово будто имело вес и припечатывало собеседника к земле, расставляя по местам, кто хозяин, а кто раб.

Но внешний вид мужчины не выходил за рамки обычного: короткие волосы, собирающиеся у глаз морщины, правильный нос — мужской, с небольшой горбинкой в середине, — острый подбородок, покрытый легкой щетиной.

На удивление, я совсем не робела. После работы целителей, подлечивших меня по возвращении домой, в сознании царила поразительная ясность, лишь поэтому я не клевала носом, хотя ночь за окном рассеивалась, уступая место облачному утру.

— Я ничего не помню. И вас в том числе. — Я не дерзила, лишь констатировала правду.

Надеюсь, он не рассчитывал, что я кинусь к нему с объятиями? Это эгоистично, но я даже рада прохладным отношениям моего двойника с отцом.

— Да, мне докладывали. — Картус кивнул.

Гостиная пустовала, мужчина попросил всех выйти.

Неужели появление магии вынудило его примчаться в Холирал посреди ночи?

— Как это было? — неожиданно спросил он.

— Что?

— Пробуждение силы.

— Не знаю. Наверное, горько. — Я имела в виду не свои воспоминания, а горечь и обиду, которые испытала, когда зеленый огонек прильнул ко мне. — Магия словно ждала меня.

— Превосходно, — пробормотал мужчина себе под нос.

— Что?

— Природники в нашем роду — редкость. Сарманель был последним, но теперь нет. — Мне не понравился алчный огонек, зажегшийся в его глазах. — Великое разочарование стало наградой. Это как раз то, в чем мы нуждались.

— Я была разочарованием? — прямо переспросила я. — Вы же мой отец, как можно говорить подобное?

Голос звучал предельно спокойно и мирно, чтобы не накликать неприятностей.

Картус отвлекся от рассуждений вслух и сложил ладони лодочкой. Покачивая головой, он задумчиво уставился на меня, будто решая, что со мной делать.

— Да, я твой отец, — ни капли теплоты в голосе, — а ты моя дочь, и, возможно, жертва твоей матери была не напрасна.

— Какая жертва?

Мужчина потер руками виски, черты его лица заострились.

— Слишком много вопросов, девочка. — Он закинул ногу на ногу, принимая деловой вид. — Что там с некромантом? Удача сыграла нам на руку, когда он пришел под ту башню. Ты обратила его внимание на себя.

Его дочь погибла… Боже, как же мерзко!

— Думаю, он меня защищает. От Ивонны и остальных. — Слова дались тяжело. Частичная правда лучше — это был совет Горидаса, который я использовала против него же. Ни о воспоминаниях, ни о том, что Даниэль знал мое настоящее имя, советнику я не рассказала.

Откровенно говоря, я сомневалась в каждом своем поступке. Сердце жаждало некроманта, но разум вносил свою лепту и твердил: «Обожди, не торопись». Конечно, поступки Даниэля сообщали о многом. Но прошло сколько? Всего сутки? За эти сутки мое отношение к нему переменилось кардинальным образом. Это вовсе не означало, что я собираюсь замкнуться в себе, вновь рьяно утверждать, что я Конкордия, но приглядеться, чуточку обдумать отношения между нами будет умнее всего.

— Защищает? — Мужчина недоверчиво хмыкнул. — Этот щенок определенно что-то задумал. Все не может быть так легко.

Меня передернуло от сказанного, но Картус не заметил.

— Конкордия. — Мужчина протянул руку к моему лицу, а я отпрянула. Картус не растерялся, ничуть не обидевшись на мое поведение. — Лефевр знает тайну, связанную с Райалинами. Старик не распространяется о том, что стоит на кону, но, судя по безуспешным попыткам подкупить некроманта, это нечто важное. Маги смерти, вечно с этими ублюдками проблемы. — Последняя фраза прозвучала подобно ругательству.

Я давно поняла, что Даниэль прекрасно знал, почему на него открыли охоту. Он говорил об этом Ивонне, когда та пыталась его соблазнить. Теперь та сцена казалась абсурдной, а действия сестры Конкордии — глупыми. Мы знакомы с Лефевром всего неделю, и я уже понимаю, что дешевые трюки с ним бесполезны.

— Что некромант говорил тебе? — Картус тяжело уставился на меня.

— Ничего, — выдавила я и, чуть подумав, добавила: — Мы лишь обсуждали Герадову ночь.

Теперь я была почти послушной. Человек передо мной — не ровесник, с которым я могу язвить и ругаться. Здесь нет права на ошибку.



Алекс Анжело

Отредактировано: 05.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться