Я превращу твою жизнь в Ад. Книга 2

Глава 4 Соперники

Капельки воды, как снаряды, устремлялись к земле, дождь неминуемо набирал силу. Трое в плащах, прикрытые завесой, следовали по своим делам. Клайм нес чемоданчик, Ридж держал непромокаемый мешок с пожитками: маски, запасная одежда, вещи, что еще предстояло рассовать по тайникам, — у некроманта же в ладони лежал длинный, прочный, но достаточно легкий шест в чехле из кожи с завязками на одном конце.

— Дрянная погода. Самая скверная за все пять лет. — Ридж ругался на погоду всякий раз, когда его ботинки, увязая в грязи, издавали характерный «чавк».

До сбора у академии оставалось еще несколько часов, но из-за туч на улице словно стемнело.

Уныло. Зябко. Грязно. Еще и ночь обещала быть прохладной.

— И почему Конкордия не мучается с нами? Ты милостиво решил ее не тревожить? — возмутился маг воздуха, когда ногу вновь засосало.

Даниэль остановился, просматривая округу. В этой части студенческого района пустовало несколько домов, уже старых и обветшалых — никто не хотел арендовать запущенное жилье.

Опустившись на корточки и вытащив из почти обвалившегося столба забора, бывшего некогда высоким, кусок камня, маг смерти бесстрастно проговорил:

— В следующий раз возьму загадку вместо тебя. Уверен, причитаний будет гораздо меньше.

Даниэль протянул руку за одним из свертков, обмотанных непромокаемой тканью, и уложил его внутрь, закрыв тайник.

— Точно? Она все же девушка… — ничуть не обидевшись, задумчиво протянул Ридж, завязывая мешок.

Клайм придвинулся ближе, прислушиваясь к беседе.

— Не думаю, что ее потревожила бы такая мелочь, как непогода, — намеренно небрежно откликнулся маг энергии.

Даниэль отвернулся, пряча улыбку.

— Хотите сказать, загадка лучше меня? — вкрадчиво переспросил маг воздуха.

— Ну, по мне, так да. — Лефевр насмешливо взглянул на друга. — Гораздо лучше.

— Да-да. Я понял. Вы дурите меня, — насупился Ридж. — Да что это с погодой? И некромант вздумал шутить, не удивлюсь, если снег пойдет.

Маг смерти промолчал, очищая ладони от грязи. Он совсем не испытывал холода, да и чувствовал себя гораздо лучше, чем в любой из дней за прошедшие несколько месяцев.

«Крепкий сон. Это ее заслуга».

Руки Даниэля коснулись кирпичной кладки дома, расположенного сразу за столбом. Красный туман облаком сорвался с пальцев и впитался внутрь.

— Защищай, — пробормотал Даниэль и, уловив ответную пульсацию магии, отвернулся. — Идемте. У нас не так много времени. Ридж, сходи за загадкой, захвати ей плащ. Встретимся у академии.

— Почему я? — без возмущения осведомился маг воздуха.

— Ты больше всех жалуешься, — прозвучал логичный ответ. — Мы с Клаймом пока завершим подготовку.

— Ну ладно. Только сделайте все правильно.

Даниэль с Клаймом переглянулись. Маг воздуха покачал головой, недовольно пробормотав:

— Могли хотя бы вид сделать, что я им нужен.

— Ты нам нужен, — подтвердил Лефевр. Даже эта короткая фраза выдавала его приподнятое настроение.

— Ладно. Твоя красавица в надежных руках.

Ридж развернулся и потопал к просвету между домов. Возможно, парень не являлся достаточно одаренным магом, но у него прекрасно получалось заводить знакомства и привлекать к себе внимание, уводя его от Клайма и Даниэля. Везде, кроме академии, это срабатывало, ведь нельзя оставаться в тени там, где на протяжении пяти лет за тобой наблюдают одни и те же люди.

***

На Западной улице нередко попадались одинаковые дома, стоящие напротив и перемигивающиеся друг с другом пустыми окнами, лишь иногда занавешенными шторами. На покатых крышах высились длинные громоотводы, изящные, с множеством мелких деталей и верхушками-шпилями, способными, казалось, проткнуть облака, если бы они спустились чуть ниже.

Очередная молния расчертила серое небо, а парень, наблюдавший за непогодой, отошел от окна.

— Дождь обложной. Не думаю, что прекратится. — Оберон повернулся к остальным.

Прямо в центре цветастого ковра была развернута карта с планом академии и студенческого городка. По краям, лежало всякое барахло: статуэтка в форме взлетающей со скалы птицы — каждое перышко в ее крыльях было искусно выточено из камня, — кружка, еще испускающая пар от горячего чая, книга с выпадающими потрепанными и пожелтевшими от солнца страницами — она долго пролежала на подоконнике, и яркие летние лучи не пожалели некогда белую бумагу — и маска в форме животного с выступающими клыками и алыми зрачками. Иногда по морде проходила рябь, свойственная магическим артефактам, и тогда тварь утробно рычала, а пасть скалилась, обнажая ряд заостренных зубов и красную глотку.

Рафал вздрагивал каждый раз, когда монстр оживал, и с настороженностью косился на него. Сам парень приобрел себе неплохую маску верховного мага, правой руки короля. Ему, как и правителю, полагалась корона, менее помпезная, но все же корона, делавшая его второй персоной после монарха. Артефакт покрывал лицо мутной рябью, прячущей черты, а на голове появлялся тонкий отливающий синевой обруч, сразу выдающий честолюбие участника Герадовой ночи.



Алекс Анжело

Отредактировано: 05.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться