Я родилась пятидесятилетней (часть вторая)

Размер шрифта: - +

Ревность — остроумнейшая страсть и, тем не менее, всё ещё величайшая глупость

«Почему?» — это вопрос о который до сих пор разбивалась вся логика, вся философия, вся наука.
Эрих Мария Ремарк. Триумфальная арка


 

Эдвард



      Я быстро бежал к дому Беллы, а мои мысли были наполнены тревогой… И почему все в последнее время стремятся в Форкс? Меня бы вполне устроило наличие в нём одной мисс Свон. Я подавил горестный вздох.

      Квон возвращался. Нельзя сказать, что его матери теперь ничего не угрожало, но всё же его переезд в Бостон казался слишком поспешным в прошлый раз. Меня утешало лишь то, что в Форксе этот парень не задержится. Как там сказала Светлана? Приедут на неделю, не больше? Я морально готовил и копил силы, дабы не выдать, как хочу свернуть парню шею.

      Хотя Белла отнеслась к новости спокойнее, чем я рассчитывал. Я вспомнил, как недавно держал в руках девушку и старался выразить ей всю свою поддержку в тот момент. Но мисс Свон, кажется, действительно обрадовалась, что Светлана нашла счастье в этом голубоглазом щенке. Завершив разговор с подругой, Белла задумчиво нахмурилась, а потом мягко улыбнулась:

      — Ни разу за последние шесть лет Света не говорила о парне с такой нежностью…

      Но что-то её беспокоило. Я догадался об этом по маленькой складочке между бровей. В такие моменты я очень жалел, что мой дар телепата с ней бессилен.

      — Наверное, это было предрешено…

      Свои слова Белла прошептала еле слышно, как если бы забывшись, случайно озвучила мысли. Иногда она давала мне такие маленькие подсказки, что безмерно радовали меня, позволяя понять, что творится в этой не по возрасту мудрой головке.

      Я опять подумал, что в её голосе во время разговора звучала почти материнская нежность к девушке, которая была по сути старше её. В этот момент я будто заглянул в будущее вместо Элис, увидел, как эта девочка-женщина взрослеет, распускаясь, как пышный бутон так любимых ею пионов, как маленькие морщинки вокруг её глаз становятся заметнее, исчезнет эта её чуть детская милая припухлость румяных щёк, скулы станут выразительнее, чётче… Я смог представить даже седые волосы на голове любимой, но кое-что в картинках грядущего оставалось неизменным.

      Глаза. Их серьёзное выражение не менялось, будто художник нашёл то самое, неизменное, что должно было стать его характерным символом, который заменял гению подпись.

      Элис оказалась права, впрочем, как и всегда… Белла больше похожа на нас, чем мне казалось вначале. В ней присутствовало что-то от каждого из нас, как когда-то заметил Карлайл. И мисс Свон была полна своих тайн и сюрпризов, которые мне предвещал проницательный Джаспер.

      Вспомнив о брате и сестре, я мысленно скривился. Элис предупредила, что они с Роуз вернутся уже сегодня, так как днём к нам придут гости. Питер и Шарлотта. Друзья Джаспера, которые, в отличие от нас, не придерживались вегетарианского образа жизни. Я боялся, что они почувствуют запах Беллы в нашем доме. Ребята понятия не имели о самоконтроле, а то, что Белла пахнет замечательно, заметили уже все… Мы с Джаспером едва не поругались, когда я предложил ему встретиться со своими друзьями на нейтральной территории. В Сиэтле, например… Меня назвали параноиком и сказали, чтобы я сам погулял с девушкой, пока нормальные вампиры будут развлекаться. Эмметт планировал сыграть с ребятами в американский футбол, но погода серьёзно мешала его планам.

      Ещё один повод для расстройства: солнечный день, во время которого мне придётся прятаться от людей. Мне ужасно не хотелось отпускать Беллу в школу одну. Может быть, она согласится прогулять её со мной?

      Увидев свет в окне спальни Беллы, я понял, что мисс Свон рискует проспать уроки…

      Девушка даже не обернулась, когда я тихо залез через окно.

      — Обычно джентльмены стучат, когда входят к леди, мистер Каллен, — вздохнула девушка, очевидно смирившись с моим присутствием в её комнате ночью.

      — Могу хоть серенаду спеть, — развёл я руками, заглядывая через её плечо на экран компьютера.

      «Легенды о змеях». «Легенды о предсказательницах». «Легенды о яблоке».

      Первые две вкладки Белла быстро закрыла, почувствовав мой интерес, и, не оборачиваясь, ответила на мой мысленный вопрос:

      — Собираю материал для следующей статьи в колонку Белоснежки… Интернет однозначно скуден в некоторых сферах знаний… Так что ты там говорил? Серенада вместо стука? Замечательно, главное, папу не разбудить… Как там у Пушкина? «Я здесь, Инезилья! Я здесь, под окном. Объята Севилья и мраком, и сном…» — продекламировала она серьёзным тоном и с тихим стоном сжала переносицу, зажмурив глаза.

      — Сна как раз кому-то и не хватает…

      — Сказал парень, который не спал последние восемь десятилетий…

      Я поджал губы:

      — Мне он не нужен.

      — Да, я помню, у вас примерно как у дельфинов, по очереди спят полушария, в итоге всегда бодрствуют. Если есть питание, конечно…

      — Дельфинам нужен кислород, поэтому они вынуждены постоянно быть в сознании. А вампирам воздух в принципе не нужен. Мы дышим для того же, для чего близорукий человек надевает очки — так проще и полнее чувствуется жизнь, — я с наслаждением вдохнул терпкий запах девушки, которая задумчиво, медленно барабанила пальчиками по мышке.

      — Человек с двумя степенями по медицине, скажи мне, зачем человеку сон? Даже не так. Почему именно человеку? Зачем он любому живому существу? С эволюционной точки зрения это совершенно лишняя функция, во время действия которой не важно — человек, мышь, даже слон находятся в уязвимом состоянии. Издревле замечено, что сон и покой больного обеспечивает ему быструю поправку. Наркоз позволяет делать сложные и болезненные операции. Без сна ухудшается концентрация, становится хуже память, реакции. После трёх суток без сна люди начинают сходить с ума… Но вы и дельфины просто отбрасываете эти прописные истины. У вас ведь ещё и регенерация выше человеческой! — последнее предложение Белла горестно простонала, жалуясь на очевидную несправедливость бытия.

      — Ну, что это за фигня? — закончила она простодушно.

      Её губы очаровательно надулись, как у маленькой девочки.

      Закончив свой обиженный монолог, мисс Свон уже забыла, что изначально спрашивала меня про сон. Я понял, что Белла очень устала, её движения были вялыми, даже ресницы трепетали медленно и как-то сонно. Белоснежка, которая засыпает, получив очередной кусочек плода познания.

      Осторожно подняв её ослабевшее тело на руки, я донёс девочку до кровати. Мисс Свон не сопротивлялась моей заботе и лишь послушно закрыла глазки, едва её голова коснулась подушки.

      — Спи, моя маленькая любознательная возлюбленная, и пусть тебе приснятся все ответы на твои бесконечные вопросы… — прошептал я, укрывая свою уставшую принцессу и отступая. — А я буду стеречь твой сон.

      Я отступил от кровати, слушая тихое дыхание любимой.

      Белла всегда задаёт самые непростые вопросы…

      Сон… Действительно, какую роль он играет в эволюции?

      Помню, отец рассказывал мне о случае, который произошёл в середине девятнадцатого века. Французский суд приговорил некого мужчину к смерти путём лишения сна за убийство жены. К осуждённому приставили трёх охранников, которые не давали ему заснуть. Кажется, на десятый день после такого испытания убийца попросил казнить его любым другим способом и избавить его от невыносимых мук.

      Ухудшение слуха, зрения, потеря веса, нарушение координации движений, снижение концентрации внимания и галлюцинации, как последствия продолжительной бессонницы, вынуждали людей проводить треть своей короткой жизни в царстве Морфея.

      И они не единственные. Я знал, что слоны спят по два-три часа в сутки, а вот юркие хорьки — почти двадцать. Знал, что та же Мария Манасеина проводила жестокие опыты над собаками, и те, лишённые сна, умирали через две-три недели без явных причин, ведь все органы и ткани выглядели нормально при вскрытии. И подобные опыты проводились не только на собаках. Хотя результат оставался неизменным: даже мухи и тараканы умирали без сна. Единственное, что учёным удалось обнаружить — это значительное увеличение бактерий и вирусов в крови подопытных…

      Вспомнив это, я внимательно вгляделся в спящую девушку. Недавно Белла говорила о вирусе-симбионте, который сделал нас такими… Что я знаю о вирусах?

      Ещё на симпозиуме я обратил внимание на мысли одного биолога из Йеллоустоунского национального парка. Он думал о горячих источниках парка и о том, что в некоторых местах почва раскалена до шестидесяти градусов по Цельсию, но на этой почве неплохо растёт трава. Когда-то ему показалось странным, что она выдерживает такую высокую температуру, ведь нормальное растение не может расти на такой раскалённой почве. Им же было установлено, что в этой траве имеется симбиотический гриб, который живёт внутри клеток травы. Если удалить гриб, то растение выжить при такой температуре не может, но и гриб тоже не может! Дальнейшее исследование показало, что есть третий участник симбиоза — гриб был заражён определённым вирусом. Если убрать вирус, что удалось сделать в эксперименте, то гриб вместе с растением теряли эту термоустойчивость и на раскалённой почве погибали. Получается, вирусы могут входить в состав симбиотических комплексов. И, кроме того, поскольку вирусы способны переносить фрагменты генов или целые гены от одного организма к другому, они участвуют в глобальном процессе кооперации, информационного обмена.

      А потом я вспомнил, что знаменитый фермент — теломераза по своему происхождению, скорее всего, вирусный объект. Помню, как нам рассказывали, что теломераза — это специальный белок, который занимается тем, что достраивает кончики хромосом. Согласно одной из теорий, многоклеточные организмы стареют, потому что при каждом клеточном делении хромосома немножечко укорачивается и возникает опасность, что хромосомы в конце концов так укоротятся, что утратят функциональность, и каким-то образом нужно эти кончики, которые не воспроизводятся при копировании, достраивать. Российский учёный Алексей Оловников предположил, что должен существовать специальный фермент для достройки кончиков хромосом. И этот фермент действительно открыли и назвали теломеразой — фермент, который спасает клетки от необратимого старения. И действует он почти как вирус, изменяя человеческий геном.

      По последним данным, почти половина всего генома человека — это всевозможные мобильные и повторяющиеся элементы, обладающие способностью перемещаться по геному, то есть, грубо говоря, это бывшие вирусы или размножившиеся вирусоподобные объекты. Удивительно, какое огромное влияние оказывали вирусы на эволюцию. И ведь они не всегда вызывали нежелательные патологии…

      С каждой секундой я всё больше и больше с интересом рассматривал данную теорию. Вечная жажда теперь выглядела не как проклятье, а как способ распространения вируса. Неуязвимость, скорость… Теперь это воспринималось мной как защита, как та же термоустойчивость зелёной травки, которой просто не повезло прорасти не в той почве…

      Никогда не думал о своей природе в таком ключе. И теперь я чувствовал, как из-за нескольких слов девушки моя прошлая устойчивая философия рушится, трещит по швам, и мне так хотелось надеяться, что Белла права… Что у меня есть душа.

      Когда я стал вампиром, я считал, что обменял мою душу и смертность на бессонную вечность и жгучую боль превращения. Теперь я был заморожен. Мое тело стало чем-то вроде скалы, а не плотью. Я считал себя камнем, неизменным и прочным. Психологически вампиры тоже застывают. Так, мое внутреннее «Я», мои предпочтения и нелюбовь к чему-то, мои настроения относительно чего-либо и желания — всё замерло на месте.

      Я мог легко накапливать знания, видеть, как меняется мир, но как говорил Эмметт, я остался тем же противным джентльменом, который привык быть гордостью родителей.

      А люди менялись. Легко и просто. Сколько примеров я наблюдал?

      Что может изменить человека? Любая мелочь. Звонок от старого друга может мысленно вернуть человека в юность, и в этом настроении он продержится несколько дней, подарит цветы жене без повода, поведёт детей в аквапарк, а потом уволится с работы и откроет новый бизнес. Книга может вдохновить на внезапное путешествие, кардинальную смену стрижки, имиджа, поможет сказать нет коллеге по работе, который претендует на большее, или наоборот заставит искать активно свою вторую половинку. Программа по телевизору может заставить едва ли набожную даму уйти в монастырь и заняться там виноделием, отдав всё накопленное за жизнь, включая тот самый телевизор в пользу каких-либо фондов…

      Когда же изменение происходило с одним из нас, это было редким и неизменным явлением. И это всегда становилось крупным событием, большим потрясением. Я видел, как это случилось сначала с Карлайлом, а затем, десятилетием позже, с Розали. Любовь изменила моих родных навечно, это никогда не уйдёт, не иссякнет… Больше восьмидесяти лет прошло с того момента, когда Карлайл нашёл Эсме, и он всё ещё смотрел на неё недоверчивыми глазами первой любви. А мама видит в нём идеал, доброго доктора, кто помог ей, когда она упала с дерева, а затем спас её в минуту, когда смерть была как никогда близка. Для них всегда будет так.

      И для меня всегда будет так же. Я всегда буду любить эту умную, нежную человеческую девушку, весь остаток моей бесконечной жизни.

      — Эдвард, — тихо пробормотала Белла, не открывая глаз.

      Я улыбнулся, невероятно счастливый оттого, что просто снюсь ей.
 



Мария Веселая

Отредактировано: 25.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться