Я тебе не верю

Глава 13.1

Мы сидели в полном молчании. Мне самой было не по себе, но даже и представить трудно, что сейчас творится в душе Леона. Да и Филипп был очень подавлен.

Теперь я хотя бы понимала, почему Филиция так ненавидит меня. Ей трудно принять тот факт, что сам Хорен выбрал смерть. Да и как в это поверить, если как графиня говорит, они любили друг друга и собирались пожениться. Но я не верю, что мой отец мог убить. Пусть я его совсем не помню, но он не мог убить. Да и граф Эрве признаёт это.

- Теперь все встало на свои места. Оказывается, все гораздо проще, чем мне представлялось.

Голос Филиппа прозвучал глухо и отстраненно, словно он говорил сам с собой.

- О чем ты, Филипп?

- О матери. Она всегда слишком опекала Леона. Все его достижения воспринимала как личные. Леон был всегда самый лучший, самый талантливый, самый способный. А меня она попросту не замечала. Ну да, есть у нее еще один сын, но зачем обращать на него внимание, когда рядом Леон. Мне казалось, стоит достигнуть того же, что и Леон и она, наконец, заметит и оценит. Но ей всегда были безразличны мои успехи. Я думал, что дело во мне, что я недостаточно стараюсь. А оказалось, что дело в том, кто отец Леона. А знаешь, что самое забавное? Леон всегда считал Хорена глупцом и трусом. Он говорил, что выбрать смерть проще, чем признать поражение и жить с этим. Знал бы он тогда чей  сын на самом деле.

Я промолчала. Да и что тут скажешь? Я лишь поняла, что боль во взгляде младшего Эрве – это боль ребенка, которому не хватало любви матери. Любви и внимания. Возможно и его стычки с братом вызваны ревностью. И тут я не могла понять Филицию. Как можно любить до безумия одного и совершенно быть равнодушной к другому? Ведь оба твои сыновья. И какая разница кто их отец?

- Мне очень жаль, Филипп. И я не знаю, что сказать.

Он вздрогнул и вскинул голову:

- Вот только не надо меня жалеть! Я даже рад, что матушку прорвало и она раскрыла истинную причину. Жаль только, что на статусе Леона это никак не скажется. Он по-любому наследует титул графа Эрве.

Да уж, отношения между братьями далеки от идеальных.

- Филипп, скажи, а что происходит между тобой и Леоном? Что вы все время выясняете?

Я не была уверена, что младший Эрве мне ответит. Но их взаимная неприязнь меня дико раздражала: как можно так не любить родного брата?

Но Филиппу, видимо, тоже нужно было выговориться.

- Он всегда относился ко мне с пренебрежением. Насмехался над моими потугами доказать матери, что я ничуть не хуже. Указывал на мои промахи и недочеты. Да и сейчас считает меня слабаком.

В словах Филиппа было столько злости, что мне даже показалось, что характер он унаследовал от своей матушки. И хоть я не могла судить насколько он прав в оценке Леона, но мне стало неприятно.

- Филипп, тебя послушать, так Леон просто монстр. А может, он так проявлял заботу? Ты уверен, что он именно смеялся над тобой? У вас разница пять лет. Чего вам делить?

Ну кроме любви матери, подумала я уже про себя.

- Заботу? Илария, ты еще не поняла кто твой жених? Леон вообще не способен проявлять заботу о ком-либо, кроме как о себе. Мне даже жаль, что тебе придется стать его супругой. Ему бы стерву какую-нибудь, а не такую безобидную овечку.

Вот и поговорили, называется. Меня еще и овечкой обозвали. Сама виновата, нечего лезть с душеспасительными разговорами. Хотела правду? Получи.

Мне просто невыносимо захотелось уединения. Снять уже это платье и что-нибудь съесть. Время завтрака давно прошло, а у меня с утра и маковой росинки во рту не было.

- Филипп, а есть какой-нибудь запасной вход? Или пока они из холла не уйдут, придётся тут сидеть? Я устала, если честно.

Мы пошли к террасе и я очень надеялась, что смогу все-таки попасть к себе в комнату. Филипп первый зашел в гостиную и прислушался. Потом поманил меня рукой.

- Кажется, тихо.

В холле действительно никого не было. Я быстро поднялась на второй этаж и проскользнула в свою комнату. Благодаря расторопности моей горничной я быстро освободилась от платья и смогла перекусить. В особняке царила просто убийственная тишина. Я сейчас была полностью согласна с Филиппом: дом напоминает склеп. Склеп с кучей скелетов и тайнами прошлого, которые создают мрачную атмосферу. Не выдержав этой атмосферы, я распахнула балкон и вышла наружу. Хоть свежим воздухом подышать.

Балкон по правую сторону от меня принадлежал баронессе и был сейчас пуст. Даже балконная дверь была закрыта. А вот с левой стороны от меня находилась комната Леона. И сейчас в ней происходил любопытный разговор. Балконная дверь была словно специально распахнута, и я воспользовалась этим обстоятельством. Как можно сильнее перегнувшись через перила я навострила слух. Судя по голосам, Леон разговаривал с отцом.

- Что с ней?

- Я напоил её снотворным, она уснула. Думаю, надо увезти её загород. Побуду там с ней, пока она не успокоится. Присмотри за Филиппом, пока меня не будет в Руане.

- Отец. Я хочу, чтобы ты знал. Мне не важно, что сказала мама. Для меня ты был и остаешься отцом. А Хорен…он сделал свой выбор двадцать шесть лет назад.

- Леон, он не знал о тебе. Это абсолютно точно. О том, что беременна, Филиция и сама-то узнала через несколько дней после смерти Хорена. Пришла к моим родителям в слезах… Допустить скандал мы не могли. Да еще и была надежда, что ребенок Хорена унаследует его редкую магию. Выход был только один – я женился на Филиции.



Татьяна Бегоулова

Отредактировано: 02.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться