Я тебе не верю

Глава 23.1

Первые дни после ритуала были очень тяжелыми для всех нас. И это притом, что те тринадцать лет, которые мама провела в родительском доме, сохранились в её памяти. Это немного облегчало эмоциональное потрясение. Я старалась как можно больше времени проводить с мамой. Рассказывала ей о своей жизни в приюте, а она помогала мне восстановить детские воспоминания. С каждым днем я замечала изменения в маминых манерах, голосе, взгляде. Если во время болезни она была неуверенной, пугливой, иногда по-детски наивной, то сейчас я видела перед собой совсем другую Шарлотту Симанж. И с радостью узнавала её по своим детским воспоминаниям.

Спустя всего неделю, мама потребовала от Андре, чтобы он сопроводил нас с ней в пригород Руана, в монастырь отреченцев. Мы должны узнать у монахинь, где они похоронили несчастных, погибших тринадцать лет назад. То, что мой отец Рауль Симанж тоже погиб, увы, больше не вызывало сомнений. И по моим воспоминаниям и, по словам мамы, нас было всего пять человек. Монахини нашли три тела. Значит, отец погиб.

 

Дорога прошла в молчании. Чем ближе был пригород и то роковое место, тем заметнее нервничала мама. Я старалась сохранять спокойствие, с волнением ожидая встречу с сестрой Бертианой.

Монахиня совсем не изменилась и даже на язык была такой же острой и резкой. Обняв меня, она недовольно проворчала:

- Илария, как от тебя разит магией! Просто ужас!

Выслушав внимательно мою маму, сестра Бертиана вздохнула:

- Что же, я покажу вам эти могилы. Они похоронены на монастырском кладбище. Погода стояла жаркая и душная, времени договариваться с селянами не было. Сами управились.

 

В самом укромном уголке монастырского кладбища мы увидела три могильных холма, немного осыпавшихся от времени. Монахиня показала на средний холм.

- Здесь лежит молодая женщина. Она была в платье гувернантки. Справа возница. А вот слева похоронен мужчина, чье тело мы нашли возле дороги. Он был в богатой одежде. Вероятно это тот, кого вы ищете.

Чуть помолчав, Бертиана ушла. А мы с мамой остались. Она сначала перетирала в пальцах комья засохшей земли, словно свыкаясь с мыслью, что этот могильный холм все, что осталось от её супруга. А потом  упала на этот холм и только по вздрагивающей спине я могла понять, что мама плачет.

Разумом я понимала, что отца больше нет. Но я не хотела отождествлять этот холм земли с отцом. Нет, он всегда будет жить в моем сердце. Уверена, что все эти годы он незримо охранял меня, уберегал от опасности и помог мне отыскать маму.

 

Нотариус Нотан Присс был ошеломлен, когда появился в гостиной графа Тирибьен.

- Графиня, я несказанно счастлив видеть вас! Вот уж удивили, так удивили! Чего я на своем веку не повидал, но ваше счастливое возращение просто гром среди ясного неба!

Седой мужчина в большом волнении схватил мамину руку и прижался губами к её пальцам.

- Несказанно, несказанно рад!

- Я тоже рада видеть вас, господин Присс. Познакомьтесь с моей дочерью графиней Иларией Жани Симанж. Вы видели её маленькой девочкой, а теперь это уже взрослая девица на выданье.

Мама с легкой улыбкой кивнула в мою сторону. Я согласно этикету приветствовала господина нотариуса, который тут же рассыпался в любезностях. Мне же мама накануне пояснила, что именно нотариус Нотан Присс раньше вел все дела рода Симанж и он, как никто другой, предан нашей семье.

- Господин Присс, я прошу вас помочь мне составить прошение на имя короля о рассмотрении дела о нападении на семью графа Симанж. Мой супруг был убит наемниками тринадцать лет назад.

Мама вкратце рассказала нотариусу трагедию нашей семьи. Старик хмурил брови, задумчиво теребил запонки на манжетах рубашки и долго собирался с мыслями. Мама не торопила. Она была спокойна, словно речь шла о каком-то пустяке и недоразумении. Я просто поражалась её выдержке. Потому что меня саму едва ли не колотило. И от волнения, и от воспоминаний, и от осознания, что некий предел преодолен и пути назад не будет. Семья Симанж никогда не породнится с родом Эрве.

Наконец, нотариус вынес свой вердикт:

- Это дело непростое, графиня. Но в любом случае вам придется пройти освидетельствование у Королевских целителей, чтобы они вынесли решение, действительно ли вы на данный момент времени являетесь душевно здоровой и находитесь в здравом уме. Сами понимаете, что ваш рассказ может повлечь много расспросов и сомнений. И только после этого мы с вами сможем составить прошение. Впрочем, если истицей выступит ваша дочь, то приступить можно прямо сейчас.

Мама даже не стала раздумывать:

- Нет, я не буду впутывать дочь. Она была пятилетним ребенком и я не хочу, чтобы её имя трепали в газетах. Я пройду освидетельствование и все, что нужно.

 

Как ни странно, но слёз не было. Хотя в груди все ныло, словно из сердца пытались вырвать кусок. Через несколько дней мама подаст прошение, дело о нападении на нашу семью начнут расследовать, по Руану поползут слухи. И каков бы не был финал, мы с Леоном окажемся по разные стороны баррикад. Король вынужден будет отменить свой приказ. Разве не этого я так хотела? Радуйся, Илария. Виновные будут наказаны, свадьба будет отменена. Ты же этого хотела!

 Я распахнула окно. Холодное дыхание сезона дождей обожгло лицо. Все эти дни Леон не давал о себе знать. Словно понимая, что сейчас я наверстываю упущенное и каждую минуту отдаю маме. Что же, мне придется всё самой сказать ему. Хотя, к чему много слов? Леон не глупец, он и так все поймет. Я щелкнула пальцами и в воздухе, прямо из дождевых капель, сформировался бутон розы. Он был почти прозрачный с серебристыми переливами. Он приблизился к моему лицу и я легко коснулась губами лепестков.

- Прости меня, Леон…

Я взмахнула рукой и бутон тут же подхватил поток ветра. Закружил его и унес тому, с кем останется половина моего сердца.



Татьяна Бегоулова

Отредактировано: 02.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться