Я тебе не верю

Глава 24

Следующие несколько дней прошли в напряженном ожидании. Пройти освидетельствование у Королевских Целителей оказалось гораздо проще и легче, чем ждать ответ на прошение королю. Я вообще не надеялась, что король уделит внимание чему-то кроме развлечений в сезон дождей. Но когда на пятый день после подачи прошения в доме Тирибьен появился нотариус Нотан Присс, сердце учащенно забилось. По важному виду седовласого нотариуса можно было сделать вывод, что новости есть. Вопрос – какие?

Он неторопливо разместился в гостиной, положил на стол пакет с документами и будто бы и впрямь не замечал нетерпения в моих глазах и в маминой позе. Даже дядя нервно побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.

- Графиня Симанж, граф Тирибьен, я только что от короля.

Заметив наши недоуменные взгляды, он кивнул:

- Да, именно. Сам король Нортон занялся этим делом, потому что оно касается непосредственно одного из членов Королевского Совета. И так, по существу дела. Один из наемников, принимавший участие в нападении на семью графа Симанж, и личность которого была установлена - это Гастон Бруаз. Было также установлено, что одно время он возглавлял клан наемных убийц. Но главное – пять лет назад он был казнен через повешение за другое злодеяние. По вашим показаниям, графиня, нападавших было четверо. Двое были убиты вашим супругом, судьбу Гастона мы знаем, а вот кто был четвертым, увы, узнать не получилось. Но, учитывая громкое дело пятилетней давности, когда вместе с Гастоном было казнено еще несколько наемников, есть надежда, что и  четвертый злодей получил по заслугам.

Что касается участия графини Эрве в этом нападении. Обвинения были предъявлены, но заключение Королевских Целителей в отношении Филиции однозначно: женщина потеряла память, она признана душевнобольной. По их предписанию она не может посещать светские мероприятия, и принимать гостей не являющихся близкими родственниками. Её супруг взял на себя все обязательства по уходу и присмотром за графиней. Увы, но вердикт Королевских Целителей не может быть подвергнут сомнению и заключения под стражу Филиции Эрве не последует.

В отношении участия в этом деле графа Эрве и степени его вины тоже все непросто. Видите ли, фигура графа Эрве слишком значительна и известна. Его позиционируют как человека благородного, справедливого и, главное, преданного королю. Если обстоятельства дела станут известны общественности, то может разразиться нешуточный скандал, который коснется и короля. А этого допустить нельзя. Поэтому среди документов, которые я вам привез, находится и указ Его Величества короля Нортона о придании статуса секретности этому делу. Огласка будет расценена как подрыв авторитета Его Величества. И еще, на словах король передал, что он сам определит наказание для графа. Все-таки стирание памяти это не то, чем должен заниматься Королевский советник. Но, я думаю, уже завтра-послезавтра столичные газеты сообщат об отставке Королевского советника графа Сержа Эрве. Это и будет наказанием.

 

- Мам, ты расстроена?- стоило нотариусу откланяться и покинуть дом дяди, я подсела к маме и взяла её за руку. Но мама лишь покачала головой:

- Илария, этого следовало ожидать. Я же знаю, кто такой граф Эрве и выдвинуть против его семьи обвинения не так-то просто. Но так или иначе все преступники понесли наказание, а мы с тобой сделали все, что в наших силах. Рауля, увы, не вернешь…

- И что теперь делать?

- Жить, Илария, жить. Ты только-только стала совершеннолетней и перед тобой целая жизнь. Я уверена, отец не хотел бы, чтобы ты ради его памяти отказывалась от своего счастья. Ты ведь, понимаешь, о чем я?

Я растеряно посмотрела на маму. Откуда она знает? Я ведь так и не спросила о чем она говорила с Леоном.

- Но мама, со стороны это выглядит…

Она взяла меня за ладони и с грустной улыбкой покачала головой:

- Илария, в этой истории и так слишком много боли. Не умножай её. Имя Эрве не клеймо, которое делает человека преступником. И Леон был подростком, когда случилась трагедия. Он ни в чем не виноват. Слушай свое сердце и принимай решение.

 

Но я никак не могла принять решение. Да, мама не против Леона и это, конечно, существенно облегчает ситуацию. Но я уже сказала ему, чего именно я хочу. Я хочу выйти замуж по любви, а не по каким-то другим причинам. Алисия, наблюдая за моими метания по комнате, не выдержала:

- Илария, я тебе удивляюсь. Такое ощущение, что ты нарочно выискиваешь причины, чтобы отказать Леону. Он же нравится тебе! И судя по тому как вы самозабвенно целовались в кабинете, не просто нравится.

Об упоминании той сцены меня в миг бросило в жар от стыда.

- Алисия, вы не понимаете! Вам бы понравилось, если бы мужчина сделал вам предложение лишь потому, что ваша магия его устраивает? Что это выгодный брак по разным причинам. Но не потому, что он любит вас? Ну или хотя бы, близок к этому чувству…

Баронесса отложила в сторону книгу, которую читала и страдальчески вздохнула:

- А с чего ты взяла, что Леон не испытывает к тебе серьезных чувств?

- Да потому что он ни словом не обмолвился об этом!

- Илария, разреши дать тебе совет. Из личного опыта. О чувствах мужчины суди не по словам, а по его поступкам. Иногда один поступок стоит тысячи слов.

 

Я всю ночь думала над словами Алисии. Наверняка, она имела в виду ситуацию с графом Эрве. Но у нас с Леоном все иначе! Как назло из головы не шли его слова Биану: « Если ей нужны заверения в чувствах, она их получит». Ну и как тут возможно вообще чему-то верить? И тут же слова Алисии: «Иногда один поступок стоит тысячи слов». Как же все это непросто…

 

Я ничуть не удивилась появлению Леона на следующий день. Он же предупреждал. Но удивил он прекрасным настроением. Будто это не его отцу грозит отставка, не его мать обследовали Королевские Целители и не ей хотели выдвинуть обвинения. А еще он буквально с порога заявил, что дает мне пять минут на сборы и ждет возле экипажа. Интересно, что он задумал?



Татьяна Бегоулова

Отредактировано: 02.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться