Я - Тень

Размер шрифта: - +

Глава 7. Пляски марионеток

Мораль говорит: «Не смотри сюда!» И это устраивает обе стороны.

Карл Краус

 

 

Я разрывалась на части, не зная, к чему готовиться – к свадьбе или к похоронам. Мирнивру становилось всё хуже. Он ослабел, и держался лишь на стальной своей воле, да на преданности эскулапов. Распорядители торжеств, хоть и не беспокоили меня лично, зато заваливали предложениями и вопросами через голурум, или с посыльными. Ткань для платья, его фасон (в рамках традиций), мои пожелания относительно списка гостей, составленного и утверждённого советником по церемониям, сама церемония, и мои действия, расписанные посекундно...

А параллельно с этой суетой, советник Айеран – тот тип, с холодными глазами, непрозрачно намекнул, что мне стоит ознакомиться с процедурой Дней Скорби. То есть, с обрядом похорон персоны первой величины. Я не сдержалась, да и послала его куда подальше, пользуясь тем, что структура языка Элергрема не позволяет грубить уж слишком откровенно. Зато в нём куча вариантов поставить собеседника на место, просто используя нужную интонацию. Советник не обиделся, лишь спрятал лицо в полупоклоне, признавая моё право отчитывать его, как мальчишку. Или мою глупость...Мне стало стыдно. Но Марибель ни за что не стала бы извиняться. Не извинилась и я...

 

– Ассен! – раздражённо рявкнула я в золотистую ленту своего тод, чудесного браслетика, элергремской версии смартфона, идентификатора личности, и кредитной карты, едва мои аппартаменты покинул последний посетитель.

Духонь собирала мои волосы в пучок, намереваясь нанести на лицо какую-то маску, по рекомендациям все тех же распорядителей торжеств, и в рамках подготовки к ним... Я буквально из кожи выпрыгивала от раздражения. В овале едва заметно мерцающего экрана, заменявшего здесь зеркало, хмурилась издёрганная девица, в которой я с трудом могла узнать себя.

...Маски, платья, вечеринка для друзей. О том, что у Марибель были друзья я услышала впервые. До сих пор ни один не давал знать о своём существовании...

 

– Госпожа, – возникший перед нами Ассен невозмутимо смотрел мне в лицо, правая половина которого уже напоминала баклажан. Цвет маски был упоительно-фиолетовым.

– Ассен, мне нужно подышать! Если сегодня явится кто-нибудь ещё, я прикажу выбросить его из окна! – я машинально бросила взгляд через комнату. За прозрачной преградой неслись гонимые ветром тучи.

Духонь, обычно мастерски изображающая глухонемую, часто задышала. Ей, видимо, стало смешно. От того, чтобы сорваться в истерику, меня отделял какой-то миг. Мой гойдин этого мига не дал. Он шагнул вперёд, оттирая служанку, которая порскнула в сторону, едва глянув на него, и подал мне салфетку из стопки, исходившей горячим паром.

Я стерла вязкую жижу с лица, посидела, уткнувшись в чистую салфетку, вдыхая тёплый аромат, и поднялась.

– Пошли!

Ассен не двинулся с места, только чуть приподнял бровь, почти иронично.

– Что?! – волна раздражения грозила накатить снова.

– Вы не одеты, госпожа.

Чёрт! Я же сняла платье, чтобы не заляпать маской, и теперь стояла перед ним в распахнутой шёлковой накидке! С самым воинственным видом. Бабетта идёт на войну... Идиотка!

 

Улетать далеко мы теперь не отваживались. Всего лишь спустились вниз, в город. Холодный ветер гулял по проспектам и паркам, гоняя мелкую водяную взвесь. Мне остро, до сведенных скул, захотелось домой, в Питер.

Ассен привёз меня в лериум – что-то вроде очень приличного ресторана, только разбитого на отдельные кабинки. В таких собирается деловой люд, заключаются договора и сделки, иногда уединяются пары. Вообще – культура еды у асталоев на высоте, имеет кучу традиций и церемоний. Но это всё, в основном, на показ. А вот кухня превосходна всегда.

Я предупредила служащего-майми, что у меня, возможно, будет гость, огласила заказ, и нас оставили в покое.

– Я хочу домой, Ассен, – это была почти мольба.

Он покачал головой.

– Не сейчас, Мари! До церемонии бракосочетания шесть дней, Мирнивр плох, – он смотрел мягко, но разжалобить его мне не удалось.

Всё это я знала и сама. Мне хотелось утешения, но где его было искать? В конце-концов гойдин просто использовал меня, чтобы спасти свою госпожу... Согласно Договору, и своим понятиям о чести. Передо мной у него таких обязательств не было. Боль от запоздалого прозрения заставила слезы покатиться по щекам. Быстрые, невольные.

 

Я вскинула подбородок, словно опять нацепила тяжёлую тиару, и она заставляла спину выпрямиться, а шею – высоко нести голову. Говорить больше не хотелось, но при чём тут мои желания? Моё «я» растворялось, дробилось на тысячи маленьких кусочков, в безумной круговерти событий. Жалкие его остатки обрастали бронёй по имени Марибель, и она могла позволить себе не сомневаться в собственных силах. Могла спокойно принимать данность своего положения, и не переживая о том, чем продиктована верность гойдин...

В уютной роскоши лериума, вдыхая ароматы изысканных блюд, не обращая внимания на подсыхающие на щеках слёзы, я окончательно превратилась в Наследницу Владыки Первого мира.

А потом события, внешне не связанные между собой, посыпались лавиной. И только одно объединяло их – центральной фигурой была я. Словно Мирнивра уже не существовало, и охотники сменили свою цель.

 

Вечеринка для «друзей» Марибель должна была проходить в одном из куртуазных домов развлечений Столицы. Мой гойдин, верный своим обязанностям, настоял, чтобы я посетила его до мероприятия. И не зря. Во-первых, Марибель там бывала, и не раз. Во-вторых, я пережила культурный шок в одиночестве, никем не узнанная под грим-маской придворного мага-баэртона.



illinka

Отредактировано: 16.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться