Я тоже заслуживаю любовь

Глава 5

Мэри (Лилия)

Прошли еще несколько долгих, но удивительно насыщенных дней, которые мы провели, исследуя этот новый для меня город. Мы с Марком, словно заново открывая мир, бродили по мощеным улицам, посещали величественные музеи и архитектурные чудеса. Мой брат, с присущей ему обстоятельностью, выступал моим личным гидом и ментором, с терпением объясняя мне тонкости местной этики, социальные нормы и уклад жизни. Вскоре наступил новый этап — мы официально стали студентами по обмену. Меня всегда тянуло к животным, к их безмолвной, но такой ясной потребности в заботе, поэтому я без колебаний выбрала факультет ветеринарной медицины. Марк же, уже углубленно изучавший юриспруденцию, решил, что будет логично поступить на ту же специальность, что и я, чтобы быть ближе и, возможно, в будущем помогать мне с юридическими аспектами моей будущей практики.

Шли месяцы, наполненные лекциями, лабораторными работами и бессонными ночами подготовки к экзаменам. Я успешно завершила обучение и получила заветный диплом ветеринара. Первое время я работала в престижной частной клинике, набираясь бесценного опыта. Вскоре, с солидной финансовой и моральной поддержкой от наших родителей, я решилась на собственный, дерзкий шаг — открыла свою ветеринарную клинику для домашних питомцев. Тем временем Марк стремительно взлетел по карьерной лестнице, став не просто юристом, а одним из самых известных и востребованных адвокатов в стране. Родители же, наконец, воплотили свою давнюю мечту, управляя небольшой, но весьма успешной рекламной компанией. Момент, когда я впервые, совершенно искренне и с полным чувством принадлежности, назвала их «мамой» и «папой», стал для них и для меня настоящим эмоциональным пиком. Их счастье, их сияющие глаза, были для меня лучшей наградой. Я чувствовала себя абсолютно счастливой.

Накопив достаточно средств и обретя стабильность, я купила себе квартиру и переехала, начав новую главу. На мое новоселье Марк преподнес мне самый желанный подарок — очаровательного щенка лабрадора, который быстро стал моим верным компаньоном. Я выбрала уютную двухкомнатную квартиру, где каждая деталь интерьера была продумана мной лично. Предпочтение отдавалось спокойной палитре пастельных тонов, создающих атмосферу умиротворения. В гостиной главенствовал большой угловой диван, рядом с ним — изящный журнальный столик, а на полу мягко раскинулся пушистый махровый ковер, по которому я обожала ходить босиком после долгого дня. Кухню, выполненную в строгом, современном стиле хай-тек, отделяла от гостиной элегантная барная стойка; в центре кухни стоял небольшой обеденный стол. Но моим истинным святилищем стал застекленный балкон. Там, словно в маленьком убежище, стоял удобный мягкий диван, располагался мой старенький, но любимый книжный шкаф и, конечно же, моя верная гитара. В свободные часы нет ничего лучше, чем завернуться в плед с любимой книгой и чашкой густого, согревающего какао, созерцая безмолвное, мерцающее величие ночного города.

Но, несмотря на внешнее благополучие и земной уют, в глубине души жила невыносимая тоска и тяжесть. Сколько бы ненависти я ни питала к тому мужчине из иного мира, мое сердце продолжало болезненно искать своего дракона. Первый год после нашего расставания я жила смутным ощущением его присутствия, словно он тихонько звал меня сквозь барьеры мироздания. А потом это чувство оборвалось — внезапно, резко, будто он навсегда исчез. Меня вырвало из этих мучительных воспоминаний громогласное восклицание и взволнованный вид женщины, которая втолкнула в клинику добермана, тяжело дышавшего на ее руках.

— Прошу вас, помогите! С Люцифером что-то ужасное! Мы гуляли в парке, совсем недалеко от вашей клиники, и ему внезапно стало невыносимо плохо. Он задыхается! Если с ним что-то случится, меня, клянусь, уволят немедленно! — Ее паника была заразительной. Я мгновенно перехватила пса, аккуратно, но быстро доставила его прямо в операционную. Осмотр показал очевидное: он чем-то отравился и сильно подавился. Я действовала быстро, используя все свои навыки, и смогла извлечь инородное тело — оказалось, крупный кусок липкой, разжеванной жвачки. Выйдя к перепуганной женщине, я постаралась говорить максимально спокойно:

— Простите, как мне вас записать? Мне необходимы ваши данные или данные владельца пса. Люцифера придется оставить у нас на несколько дней под наблюдением. Сейчас, слава богу, все в порядке, угрозы жизни нет, но нужна тщательная стабилизация.

— Меня зовут Ирина, Ирина Олеговна. Огромное вам спасибо, вы спасли моего подопечного! Если бы с ним что-нибудь случилось, Андрей Громов меня просто не простил бы, — поспешно ответила она. Я записала ее данные и вежливо попросила передать хозяину, что ему следует зайти попозже, чтобы подписать кое-какие бумаги и обсудить детали дальнейшего ухода.

День оказался невероятно загруженным: поток пациентов не иссякал. К вечеру, когда я уже думала, что смогу выдохнуть, нагрянула пожарная инспекция, но, к счастью, мы прошли проверку без единого замечания. Ближе к концу рабочего дня заскочил Марк, приведя с собой мою радость и утешение — Хлою. Брат задержался лишь на прощание, сославшись на срочную деловую встречу. Мы с Хлоей немного порезвились, а затем я решила проведать Люцифера. Он уже пришел в себя, выглядел немного ошарашенным, но определенно лучше.

Мы обменялись с псом парой добрых слов (он, кстати, очень тепло отзывался о своем хозяине!), когда над приемной раздался тихий звон колокольчика. Я поспешила туда. Передо мной стоял высокий, атлетически сложенный мужчина, красивый блондин, безупречно одетый в дорогой деловой костюм, гладко выбритый и с пронзительным, изучающим взглядом.

— Добрый вечер, могу ли я вам чем-то помочь?