Я Вам любви не обещаю

Размер шрифта: - +

Глава 5

Князь Уваров из Петербурга вернулся один. После отъезда Бахметева минула седмица, и тревоги Веры по поводу обещания Георгия Алексеевича поквитаться с ней немного улеглись. За это время у неё с княжной Анной сложился определённый распорядок дня: утром совместный завтрак, потом занятия, включающие в себя письмо, арифметику и иностранные языки, а затем по выбору воспитанницы либо прогулка в парке, либо совместные чтения. Иногда, ежели погода позволяла прогулку совмещали с чтением. Тогда Анна выбирала книгу и вместе с гувернанткой оправлялась к старому пруду в самый укромный уголок парка, в который редко кто заглядывал. Вечером Вера, как правило, докладывала княгине о том, чем занималась днём со своей воспитанницей. Казалось, что княгиня вполне ею довольна, во всяком случае, никаких замечаний она не высказывала.

День, на который пришлись именины княгини, разительно отличался от всех остальных. С самого утра прислуга сновала по парку, расставляя столы и стулья на берегу искусственного пруда. К назначенному часу стали съезжаться гости. Ольга Михайловна принимала поздравления, расположившись в удобном кресле за накрытым к празднику столом. Княгиня была дивно хороша в этот день. Платье насыщенного синего цвета подчёркивало молочную белизну кожи и бездонную глубину голубых глаз. Она беспрестанно поправляла нитку крупного жемчуга – подарок супруга к именинам, привлекая внимание к точёной шейке.

Приглашённых было немного, лишь самые ближайшие соседи и родственники. Приехала и старая княгиня Уварова вместе с дальним родственником Николая Васильевича, пользующимся особым расположением пожилой дамы и повсюду, сопровождавшим её. Это был невзрачный человек лет около тридцати пяти небрежно и даже где-то немного неряшливо одетый. По всему было видно, что Ольга Михайловна не больно-то жаловала кузена супруга, но вынуждена была мириться с его присутствием из-за своей belle-mère (свекровь).

Пётр Родионович, поздравив хозяйку, со скучающим видом прогуливался вдоль накрытых столов в ожидании приглашения садиться. Вера несколько раз ощущала на себе его тяжёлый задумчивый взгляд. Внимание сего господина было настолько ей неприятно, что, несмотря на жаркий июльский день, холодком повеяло по спине.

Старшая сестра Ольги Михайловны Татьяна явилась вместе с дочерями, двумя барышнями на выданье и сыном, бледным юношей шестнадцати лет отроду. Супруг Татьяна Михайловны отставной генерал Епифанов не смог почтить свои присутствием сие благородное собрание, поскольку слёг с приступом подагры. Вместе с женой он передавал именнинице свои поздравления и пожелания, а также извинения по поводу своего отсутствия.

Вера могла лишь издали наблюдать за всеми, но даже от неё не укрылось, что княгиня была вся в нетерпеливом ожидании. Она то и дело посматривала на подъездную аллею и отвлекалась от беседы. Когда же, наконец, явился тот, кого она так ждала, Ольга Михайловна успокоилась и приняла вид радушной хозяйки. С появлением Бахметева не только лицо княгини вспыхнуло радостной улыбкой, заметно оживились и барышни, её племянницы. Теперь, когда все были в сборе, Ольга Михайловна пригласила всех к столу.

Аннет не дозволялось присутствовать на подобных собраниях, и потому она вместе с гувернанткой отправилась в столь полюбившийся им обеими уголок парка на берег старого пруда. Вера читала княжне вслух столь обожаемую ею самой книгу об удивительных приключениях Робинзона Крузо, моряка из Йорка. Анна поначалу внимательно слушала, но потом отвлеклась. Как и любому ребёнку её возраста, княжне было трудно усидеть на месте слишком долго. Заметив, что воспитанница её уже не слушает, Вера вздохнула и, перевернув страничку, продолжила чтение. Анна разглядела в траве муравьёв. Ей показалось забавным возводить на их пути препятствия в виде стебельков, листочков и камешков, но вскоре и это занятие ей наскучило. Девочке пришло в голову пойти на лодочный причал, посмотреть на карпов. Склонившись над водной гладью, она потрогала рукой воду, возмутив гладкую поверхность. Порывом ветра с головы девочки сдуло шляпку, и она закачалась на воде. Аннет попыталась дотянуться до неё, но достать шляпку не удалось. Тогда княжна решила, что возможно ей удастся задуманное, коли она воспользуется прутиком или палкой. Поднявшись с колен, Аннет направилась к зарослям ивняка, что были на противоположной стороне пруда. Добравшись до своей цели, Анна заметила в зарослях травы большую коричнево-зелёную жабу. Княжна потянулась за ней, но та прыгнула в сторону. Позабыв и о шляпке, и о гувернантке, Аннет последовала за заинтересовавшей её находкой.

Подняв голову, Вера оглядела берег пруда в поисках своей воспитанницы, но Анны и след простыл, только её белая шляпка качалась на воде. Сердце испуганно сжалось. Отбросив книгу и, подобрав юбки, Вера опрометью бросилась к пруду.

- Mademoiselle Аннет! – позвала она, взволнованно спускаясь по небольшому уклону. – Анна Николавна!

Ответом ей была тишина. Не помня себя от страха, девушка шагнула на деревянный настил и склонилась над водой.

Бахметев за праздничным столом чувствовал себя неуютно. Девицы, тихо хихикая, поочередно выстреливали в него кокетливыми взглядами, Ольга злилась и ревновала. Её поведение становилось всё более несдержанным, а её намёки на особое расположение к графу, всё более оскорбительными для князя. Георгий Алексеевич, ощущая, как возрастает напряжение в их маленькой компании, под надуманным предлогом поднялся из-за стола. Бахметеву вздумалось пройтись, дабы дать возможность Ольге остыть и успокоиться. Не будь за столом гостей, Ольга непременно бы последовала за ним, устроила бы сцену, а так она вынуждена была остаться и только молча проводила его раздражённым взглядом. Шагая по парковым дорожкам, Бахметев, сам того не сознавая свернул в сторону старого пруда, туда, где он впервые увидел новую гувернантку Уваровых.

И на этот раз Верочка была там. Бахметев увидел её, как только обогнул живую изгородь, отделявшую пруд от остальной части парка. Склонившись над водой, девушка что-то высматривала в пруду.

- Анна Николавна! Анна! – громко позвала она.

Страх, явственно ощущавшийся в голосе Веры, передался и Бахметеву. Георгий Алексеевич широкими шагами устремился к пруду, но стоило ему только сойти с места, как маленькая княжна, выбравшись из зарослей тальника на противоположном берегу пруда, помахала рукой гувернантке и громко крикнула:

- Mademoiselle Вера, я здесь.

Вера облегчённо перевела дух и повернулась, намереваясь сойти с ненадёжных мостков. В тот же миг, ржавый гвоздь выскочил из изрядно прогнившей доски, на которой стояла Верочка, и девушка, взмахнув руками, рухнула в пруд. Пруд был не очень глубоким, но и Верочка была росточка небольшого, к тому же она совершенно не умела плавать, а быстро намокшие юбки тянули её под воду на илистое дно. Она беспомощно колотила по воде руками и кашляла, когда вода проникала в горло, через нос и рот. В груди всё горело огнём, паника охватила её, когда воды сомкнулись над головой.

Бахметев оценил ситуацию в мгновение ока. Пока он будет звать на помощь, эта глупая курица гувернантка наверняка успеет наглотаться воды и пойдёт ко дну. На бегу расстегнув ремень и сбросив на землю парадный белоснежный мундир, Бахметев с разбегу бросился в пруд. В мутной воде ему с трудом удалось нащупать ставшую тяжёлой шёлковую юбку. Ухватившись за неё, Георгий Алексеевич вынырнул на поверхность и потянул за собой Веру. Девица всё же успела наглотаться мутной воды, и потому Бахметев, не особо церемонясь, перебросил её обмякшее тело через плечо и зашагал к берегу. Ему прошлось пройти несколько саженей по пояс в воде, поскольку выбраться из пруда со стороны мостков было решительно невозможно.

Опустив свою ношу на траву, граф опустился подле неё на колени. Легонько похлопал девицу по мертвенно-бледной щеке. Верочка не подавала признаков жизни. Вздохнув, Бахметев зажал двумя пальцами аккуратненький носик и, надавив на подбородок, склонился над девушкой. Вера закашлялась и, открыв глаза, отвесила ему полновесную оплеуху. Выругавшись, граф схватился за щёку и поднялся на ноги. Вера огляделась по сторонам.

На истошный крик Анны прибежал садовник, а следом за ним к берегу пруда устремились гости княгини.

- Боже! Какой скандал! – прошептала Татьяна Михайловна, склонившись к сестре.

Ольга Михайловна смерила, сидящую на траве мокрую гувернантку уничижительным взглядом, не обещавшим девушке ничего хорошего.

- Это моя вина, - заплакала Анна. – Я шляпку уронила, - показала она рукой на головной убор, который успело отнести на середину пруда.

Барышни принялись утешать плачущую княжну, а Пётр Родионович устремился к Верочке, дабы помочь ей подняться. Но Бахметев его опередил. Протянув руку девушке, он рывком поднял её на ноги.

- Вам следует переодеться, mademoiselle, - холодно бросил он, повернувшись к ней спиной.

Тонкая батистовая блузка Веры намокла и облепила полную грудь. Прикрывшись руками, девушка, пылая от стыда, устремилась к дому.

- Вам тоже следует переодеться в сухое, - покачал головой князь. – Страшно подумать, что могло случиться не окажись вы здесь, Георгий Алексеевич. Мой камердинер вам поможет.

Поблагодарив князя, граф отправился к особняку вслед за Верой.

Оставляя за собой мокрые следы, Вера, путаясь в мокрых юбках, поднялась к себе в комнату. Страх, испытанное унижение, смешались в душе, вызвав поток слёз и рыданий. Стянув мокрую одежду, девушка завернулась в халат и рухнула на постель. В двери постучалась горничная княгини Варвара. Девушка принесла стакан горячего молока и уговорила Верочку переодеться и спуститься, потому, как все очень волнуются. Варвара расчесала и заплела в косу мокрые волосы Верочки, помогла ей одеться и, забрав мокрую одежду, удалилась. Успокоившись, Верочка спустилась во двор.

Аннет, размазывая слёзы по щекам, бросилась в её объятья:

- Вера Николавна, простите меня.

- Ну, что вы, Аннет, - погладила она девочку по голове. – В том нет вашей вины. Я испугалась, что вы упали в воду. Хорошо, что всё обошлось.

- Вам стоит быть более внимательной, mademoiselle Вера, - прошипела княгиня, выдернув ладонь из руки мужа, когда князь попытался успокоить её.

- Простите, ваше сиятельство, - опустила глаза Верочка. – Подобного более не повторится. - Надеюсь, - хмуро бросила Ольга Михайловна, и, повернувшись спиной к гувернантке, улыбнулась гостям. – Господа, инцидент исчерпан! Хвала Господу, никто не пострадал. Потому прошу всех вернуться к столу.

Георгию Алексеевичу пришлось переодеться в одежду князя. Камердинер Уварова забрал его перепачканный мундир, дабы всё высушить и почистить. Заметив, какой злобой полыхал взгляд княгини, Бахметев поспешил предложить ей руку и увести к столу.

Праздник продолжился до самого вечера. Когда стемнело, прислуга зажгла в парке фонари. Барышни Епифановы взялись развлекать гостей пением. Старшая из них, Натали, весьма недурственно играла на гитаре, а младшенькая Олеся взялась исполнить романс Булахова «Я тебя с годами не забыла».

Из приоткрытого окна детской Вере хорош был слышен нежный голосок генеральской дочери, повествующий о муках безнадёжной, невозможной любви. Верочка сидела у кровати княжны до тех пор, пока девочка не уснула. Только когда дыхание Анны выровнялось, она осторожно вытащила свою ладошку из детской руки и, подоткнув одеяло, ушла к себе.

Вскоре всё стихло. Гости остались ночевать в усадьбе. Бахметьев не планировал оставаться, но дневное происшествие, вынудило его воспользоваться гостеприимством четы Уваровых. Когда все возвращались из парка, князь Уваров предложил руку своей свояченице генеральше и повел её к дому. Ольга с Бахметевым замыкали шествие. Всю дорогу Ольга шёпотом высказывала графу своё недовольство.

- Что ж мне должно было позволить ей утонуть? – возмутился Бахметев несправедливым упрёкам.

- Жорж, надобно было позвать на помощь. Рядом был садовник, - раздражённо вздохнула княгиня.

- Он бы не поспел, - возразил граф.

- Это возмутительно, - не унималась Ольга. – Ты целовал её!

- Пытался привести в чувство, - усмехнулся Бахметев. – За что и поплатился.

Княгиня недовольно фыркнула:

- Сдаётся мне, ты глаз положил на эту бесстыдницу.

- Право, Оленька. Девица сама невинность и простота, - развёл руками Георгий Алексеевич. – А у меня и в мыслях не было совращать вашу прислугу.

Княгине пришлось умолкнуть, поскольку они подошли к дому, где их ожидал Николай Васильевич.

- Георгий Алексеевич, - обратился к графу Уваров, - позвольте ещё раз вас поблагодарить.

- Ну, что вы, Николай Васильевич. Право, не стоит, - улыбнулся Бахметев.

- Стоит, поверьте моему слову. Вы нынче жизнь человеку спасли. Это дорогого стоит, - искренне отозвался Уваров.

- Всякий бы поступил на моём месте точно также, - смутился Бахметев.

- Но не буду вас более задерживать, - протянул ему руку Уваров. – Доброй ночи, Георгий Алексеевич.

- И вам, - кивнул головой Бахметев.

Расставшись с княжеской четой на крыльце, Бахметев еще некоторое время постоял на террасе, выкурил сигарету и только после этого отправился к себе.

Вера полдня мучилась угрызениями совести. Граф спас ей жизнь, а она вместо благодарности ударила его по лицу. Размышляя над этим, девушка всё же решила разыскать Бахметева и извиниться. Спустившись на галерею, Вера дошла до того самого балкона, где уже виделась с Георгием Алексеевичем седмицу назад. Французское окно было приоткрыто. «Ежели его здесь нет, я вернусь к себе и более не стану пытаться увидеться с ним», - решила Вера.

Вера шагнула на балкон, но он оказался пуст. Девушка вздохнула, но даже самой себе она, пожалуй, не могла с уверенностью сказать рада она тому, что графа здесь нет, или же напротив, разочарована.

- Не меня ли ищите, mademoiselle? – услышала она и обернулась.

Бахметев стоял в проёме, подпирая плечом косяк и сложив руки на груди.

- Вас, - кивнула Вера. – Я хотела бы принести вам свои извинения.

- За что? – вздёрнул бровь Бахметьев.

Вера поставила на скамеечку керосиновый фонарь и вытерла о юбку взмокшие ладошки.

- За то, что ударила вас, - сглотнула она ком в горле.

- Думаю, общение с вами, mademoiselle, всегда будет угрожать мне увечьем, - усмехнулся граф.

- Простите меня, - опустила голову девушка.

- Ну, а как же награда спасителю? – иронично осведомился граф.

- Награда? Но что я могу вам предложить? - чуть слышно прошептала девушка. – У меня ничего нет. Разве только дом в Никольске.

- Мне не надобно так много, - хмыкнул Бахметев. – Одного поцелуя будет вполне довольно.

- Ну, хорошо, - согласилась Вера и, зажмурившись, шагнула к нему.

Георгий Алексеевич всмотрелся в запрокинутое лицо девушки в неярком свете полной луны. Рука его взметнулась и ласково прикоснулась к бледной щеке. Склонившись, Бахметев коснулся губами гладкого лба, поцеловав её так, как целуют ребенка.

- Ступайте, Верочка, - вздохнул он. – Пока мне не пришло в голову попросить у вас что-нибудь ещё.  



Леонова Юлия

Отредактировано: 11.09.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться