Ядовитые узы, или Два зельевара - гремучая смесь

Размер шрифта: - +

Глава 12 Рин, или Вино и специи

Вира, прости меня. Я впустил эту женщину к себе в дом, но не в свою жизнь. Уляжется суматоха с сеньоритой, и мы с сестрой уедем. Это просто уплата долга, искупление грехов. Ничего... личного.

Как назло, руки все еще помнили тепло изящных пальцев с небольшими аккуратными ногтями - помню, Вира отращивала длинные и красила в красный. Но Дана зельевар, для нее это непростительная роскошь. Девушка - знахарь. Никогда бы не подумал, что такие встречаются. По-настоящему погруженные в науку, а не просто лекарши, способные помочь максимум от зубной боли. Интересно, как она узнала про змею? Спросить? Но кто я такой, чтобы она отвечала. Можно, конечно, надавить - по сути, сейчас она в моих руках, но какой тогда смысл в искуплении.

Пока я все делал правильно - если бы не досадная оплошность с Артишей. Кто ж знал, что Мышь сунется к ней в пасть?

- Вкусно было? - лениво спросил я Артисию, покачивающуюся из горшка на окне. Сон категорически не шел. Стебель кивнул утвердительно, розоватое жерло с двумя рядами острых зубов хищно оскалилось. Я приподнял крышку жестяной миски и подцепил один кубик ровно порезанной свинины. Кинул, особо не прицеливаясь - Артиша извернулась и поймала на лету.

Может, пойти приготовить чего-нибудь? Несмотря на то, что для меня, как для любого уважающего себя зельевара, готовка была плевым делом, времени на него почти не находилось. Кора поднимет крик, что стучу поварешками, ну и гхар с ней. Тягостное ощущение, что все усилия тщетны, и что-то идет неправильно, требовалось заглушить. Даже странно - я впервые за несколько лет делаю все как надо, но неудовлетворенность стала еще сильнее. Наверное, она пройдет, только когда я устрою жизнь сестры.

- Как думаешь, ридгийская пахлава поднимет настроение?

Артиша качнулась из стороны в сторону.

- Нет? Тогда, может, медовые оладьи?

Снова отрицательный жест. Не удивительно - мухоловка признавала только сырое мясо. Привычка разговаривать с Артисией была из разряда дурных, но что делать, если друзьями я так и не обзавелся - да и не хотел. Меня все устраивало. Но одиночество, которым я никогда не тяготился, внезапно стало невыносимым. Почему? Вира, как и прежде, в моем памяти и в моем сердце, откуда же тоска по чему-то новому и неизведанному, когда у меня есть ты? Я и так тебя предал этой гхаровой женитьбой. Надеюсь только, что с твоей мудростью и всепрощением, ты меня поймешь.

Кивнув Артисии, я спустился на кухню и принялся за дело. Скоро на большом чугунном противне румянились оладушки. Не иначе как на запах, кто-то спустился. Шаги были тихими и непривычными - Кора всегда ходила как полководец перед ротой солдат.

Я обернулся. Дана, в сухом платье сестры, которое висело на ней мешком и чуть ли не волочилось по полу, стояла в дверях кухни.

 

Я чуть не выронил деревянную лопатку - слишком непривычно было это зрелище. Вернее, ощущение, которое я испытал - соперница выглядела слишком "своей". Неопасной для меня. Полагаю, что оно обманчиво, как тонкий лед в Арингарде по весне.

- Не спится? Посоветовал бы отдохнуть перед процедурой дознания, - пусть уходит и не нарушает и без того хрупкого спокойствия. Опытным путем я определил - гложущая бездна в груди вырастала, когда Данка появлялась на горизонте.

- Спасибо, что напомнили, Рин.

Рин. Мое имя из ее уст было ударом града по молодым растениям.

- Если Вы полагаете, что Ваш временный статус позволяет фамильярничать, то очень ошибаетесь, - лопатка грозила сломаться под моими пальцами, поэтому я отбросил ее на стол.

- Всего лишь беру пример с Вас, лирон Вейден. Полчаса назад Вы называли меня Данари.

Оладьи за спиной зашипели - оповещая, что их нужно переворачивать. И избавляя от необходимости отвечать. Но повернуться к Данке спиной? Она обязательно отомстит за искусанную руку. Благодаря снадобью моего собственного изобретения ее кожа была свежа, как у младенца, но я хорошо помнил ощущения от укуса - до того, как приручил Артисию.

И пока я раздумывал, как поступить, соперница прошла мимо меня к печи. Подхватив лопатку, совершенно спокойно начала выполнять простые манипуляции.

...Стоя ко мне спиной. Настолько безрассудная? Или совершенно не ждет подвоха?

Я смотрел на нее, в этом несуразном платье, которое так и не смогло скрыть ни тонкой талии, ни... Тьфу!

- Вам бы следовало одеваться приличнее, - прошипел я сквозь зубы, чтобы хоть как-то выплеснуть раздражение, готовое взорваться - безумно раздражало и платье сестры, и то, что проклятая девчонка спокойно и непринужденно нарушила мое жизненное пространство. Раньше бы не посмела, - где Ваши шали?

Она обернулась.

- Сушатся. А за одежду - какой бы она ни была - я безмерно благодарна Вашей благовоспитанной сестре, она спасла меня от переохлаждения. После того, как Вы оставили мокнуть на крыльце, - девица выразительно меня оглядела - будто смотрела прямиком в душу и наживую извлекала то, что осталось от совести. Ну кто ж знал, что искупить грехи будет так сложно. Что она будет так раздражать.

- От переохлаждения я могу помочь не хуже сестры, и вы это знаете, - начало бесить и сравнение с Корой - чего раньше со мной не случалось. Даже если кто-то мерил наши достоинства и не в мою пользу, я лишь посмеивался. Теперь же чувствовал к сестре чуть ли не зависть. К сестре-близнецу. К моей лучшей половине. Похоже, пора напиться. Во мне слишком много самых разных чувств, и им тесно. Или они сведут меня с ума, или я их выведу, точно паразитов, - нагреть настойки? - добавил я самым язвительным тоном, на который был способен.

- Да, пожалуйста.

Что?!

Но Данка смотрела так невинно, что не знай я ее - на что она способна в мести - принял бы за послушницу храма.

- Эти вкусные оладушки все равно придется чем-то запивать, - невозмутимо продолжила нахалка.

Будто я предложил разделить со мной трапезу!



Екатерина Лоринова

Отредактировано: 25.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться