Ягайна

Размер шрифта: - +

11

- Ай-ай-ай, - «сокрушалась» я, - как же не стыдно?!

- Стыдно.

- А если б нашу с тобой беседу кто-то подслушивал, тебе, небось, неприятно было бы.

- И все-таки, - не поддался на мою ненавязчивую попытку смены темы Иван, - можете приворожить? Взаправду?

- Могу, - не стала отрицать я.

- Ух ты! – глаза парня зажглись.

- Ничего в этом хорошего нет, - я поморщилась, - вот ты бы хотел, чтоб тебя приворожили?

-Меня? Да кому я нужен? Вон даже Настенька за меня замуж без подвига идти не хочет, - понурился Иван, - я ж ее так люблю, а она… эх!

- Так может она тебя уже приворожила?

- Нет! – уверенно ответил богатырь, - зачем сначала привораживать, а потом условия для замужества ставить?

- Всё очень просто. Ты Насте нравился, но не обращал на нее внимания. Она и решила тебя приворожить. А как приворожила, увидела, что ты ради нее на всё готов, все просьбы и прихоти исполняешь, ей наскучило, передумала или, наоборот, почувствовала свою власть над тобою и играет твоими чувствами, как кошка с мышкой.

Ваня слушал не шевелясь, при этом его лицо с каждым моим словом делалось всё задумчивее и печальнее.

- Вы правда думаете, что она меня приворожила?

Нет, я, разумеется, так не думала, но мне захотелось проучить Ваньку, чтоб в другой раз неповадно подслушивать было.

- Я ничего не думаю, а предлагаю подумать тебе, - я пожала плечами. Как я и говорила, не всегда людям, которые приходят к ведьме, нужна ведьма. Зачастую им просто нужны мозги.

Иван замолчал, уставился в одну точку и последовал моему совету – глубоко задумался.

Сеть плелась споро, и уже через пол часа была полностью готова. А вот с уловом так просто не получилось.

Сначала я пробовала просто закидывать сеть и тащить, затем ныряла к злополучному кипящему предмету и пыталась обернуть его своим импровизированным неводом, поддевала палкой и ругала его на чем белый свет стоит. Но дурацкое неизвестное нечто не реагировала ни на слово, ни на дело, ни на угрозы, ни на проклёны.

Иван рьяно создавал видимость деятельности, пытаясь мне помочь, но больше мешал бестолковыми советами:

- Вы его перекрестите и плюньте через плечо!

Или:

- А вы что не можете какое-то слово волшебное сказать, чтоб оно само вылезло?

Или:

- Может пойдем домой, я уже кушать хочу.

Услышав про еду, Кот тоже оживился и даже попытался под шумок слинять, но я зорко бдила и искореняла дезертирство в зародыше.

Спустя более часа безрезультатных попыток я без сил упала на берегу. Надо мной нависла усатая морда:

- Не проще дождаться ночи и попросить русалок эту штуку вытянуть? – шепотом спросил Кот, пока Иван отвернулся.

- Не проще, - устало выдохнула я, - вдруг до ночи оно всю реку вскипятит.

- Я так не думаю, - муркнул хвостатый, - кипение уже постепенно сходит на нет.

- Что? – меня аж в воздух подкинуло, - почему ты молчал?

Я присмотрелась к пятну – действительно, оно стало ощутимо меньше, чего я в пылу подводного сражения с сетями и течением не заметила.

- Я собирался сказать, но все не было возможности, - мой питомец принял невинный вид, - да и ты выглядела такой увлеченной процессом – не хотелось отвлекать.

- Если б я не так устала, я не знаю, что бы я тебе сделала!

- На то и был расчет, - Кот не скрывал своего злорадства, - я бы еще с удовольствием посмотрел этот спектакль на воде, но мне пора.

- У-у, морда неблагодарная. Остаешься без сливок на неделю!

- Хм, нам не привыкать. И оно того стоило, - фыркнул меховой нахал.

- Значит, еще и без колбасы на месяц!

Кот наверняка припас для меня еще какой-то едкий ответ, но в этот момент к нам подошел Иван:

- Так что будем делать?

- Вы оба сейчас максимально быстро скрываетесь с моих глаз, а то я за себя не отвечаю.

Кота уговаривать не пришлось – он тут же развернулся и, задрав хвост трубой, потрусил по своим делам, наверняка амурным. Ваня же недоуменно засопел, даже не думая уходить.

- Иван, - на сколько могла спокойно сказала я, - у меня сегодня выдался и продолжает выдаваться очень неспокойный день. Я сейчас собираюсь снять с себя всю одежду и просушить её, а пока она будет сохнуть, лежать в тенечке и наслаждаться минутами покоя. Если же какое-то богатырское беспокойное хозяйство будет мешать мне хоть на каком-то этапе всего вышеперечисленного, то оно вернется домой не только без подвига, но и без всего, что плохо болтается.

Если б я была не настолько уставшей, то, наверное, смогла бы насладиться всеми оттенками красного, что отразились на лице юноши. Было в них всё от нежно-розового стыдливого «это же я утром разбудил госпожу ведьму, и она не выспалась» до смущенного ярко-малинового «то есть как снять всю одежду?», от недоумевающего кораллового «почему это вдруг хозяйство беспокойное…» до ошалевшего пурпурного «а что у меня плохо болтается? …ой!»



Еленка Смитенко

Отредактировано: 05.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться