Ягайна

Размер шрифта: - +

13

Я почувствовала, что у меня зарозовели щеки от двусмысленности его фразы и от тона, которым она была сказана. Поняв это, я тут же себя одернула. Ну вот еще! Буду я смущаться какого-то деревенского зазнайку. Обычно это я – повод для всех робко отвести глаза и покраснеть.

Помнится, как только я приехала в эти места и не знала здешних обычаев, селяне неоднократно крестились или приговаривали «чур меня», когда я являлась к ним на хутор в каком-нибудь экстравагантном по их мнению наряде – в юбке выше щиколоток или – прости-господи – брюках с карманами.

Я, разумеется, очень быстро перестроилась на местную моду, а все привычные для себя вещи спрятала в сундук на дно. Но не потому что переживала, что обо мне подумают или скажут, просто это значительно ускоряло взаимодействие с аборигенами – за время, пока селянка крестилась или лихорадочно закрывала детям глаза и отходила от шока, можно было уже и новости животрепещущие узнать, и дорогу спросить, и амулет заговоренный на что-нибудь вкусненькое выменять.

Так что и этого проходимца я стесняться не буду!

- И что же ты собираешься делать, чтоб никто не узнал? - я сложила руки на груди. Жаль, что мой собеседник этого жеста не увидел – над поверхностью воды возвышалась только моя голова.

- Что-нибудь придумаю, - готова поклясться, в его голосе прозвучали мурлыкающие нотки, - а что, есть какие-то идеи?

- Нет, просто люди не хотят, чтоб их видели, только в двух случаях: когда что-то противозаконное хотят сделать либо когда им по нужде нужно, - я очень старалась, чтоб моя улыбка получилась как можно ядовитее, - в первом случае здесь вариантов вообще нет, разве что ты собираешься ограбить жилище какого-нибудь рака-отшельника, во втором же – лучше пойти в лесок, чем тут воду мутить.

После моей тирады улыбка молодого человека стала гораздо кислее. Но он все же ответил:

- Почему же только в двух случаях? Еще люди уединяются для всяческих романтических забав, к примеру…

- О, так ты тут романтикой надумал заниматься? В одиночестве? Странные у тебя предпочтения.

 - Не в одиночестве. Кроме меня тут есть как минимум еще один человек, - глаза парня были лукавыми с хитрым прищуром, я видела, что в них плещется миллион разных эмоций.

- Как минимум этот еще один человек откусит тебе голову, как самка богомола с голодухи, если ты дотронешься до меня хоть краем своих конечностей или даже дурным умыслом, понял? – уж не знаю, откуда во мне взялось столько агрессии вперемешку с наглостью, возможно, бессонная ночь и напряженное утро дали о себе знать, но я и правда в тот момент была готова разорвать незнакомца на тысячу мелких трудно опознаваемых кусочков.

Однако, моя бравада вызвала прямо противоположную реакцию той, которой я старалась добиться. Парень сначала коротко хмыкнул, а потом захохотал во все горло. Он смеялся так заразительно и заливисто, что я и сама улыбнулась. От этого смеха с моих плеч как будто упала тонна груза, а атмосфера, которая, как мне казалось, до этого стремительно превращавшаяся в грозовую, стала легкой и безоблачной.

Отсмеявшись, молодой человек снова посмотрел на меня:

- Извини, если напугал тебя.

- Вот еще, - я вздернула нос.

- Видишь ли, я не мастер знакомиться с девушками, - он замялся, слегка нахмурился, отчего его лицо приобрело по-детски непосредственное выражение, - и выбрал такой дурацкий вариант.

- Действительно, дурацкий, - хоть ситуация уже перестала напоминать конфликтную, мне начало надоедать торчать в воде по шею, и я потихоньку сердилась.

- Меня зовут Костя, - он широко улыбнулся.

- Понятно. Будь добр, Костя, поищи себе другой объект для знакомства, а заодно и другое место для купания, потому что это уже занято. А впрочем, можешь оставаться здесь, но отвернись к лесу передом, ко мне задом, чтоб я могла одеться.

- Ты все-таки обиделась, - констатировал молодой человек и погрустнел.

- Предлагаю тебе поразмышлять об этом, глядя в противоположном направлении, а то мне плавать уже наскучило.

Костя со вздохом отвернулся. Я подождала некоторое время, ожидая, что он, возможно, захочет повернуться или подсмотреть, но нет, он стоял прямо, глядя в даль, не делая ни малейших поползновений посмотреть в мою сторону.

В этот момент я вспомнила про то, почему, собственно, оказалась в этом положении – кипящей аномалии на поверхности реки уже не было видно. Я нырнула – под водой тоже спокойно. Аккуратно проведя рукой в том месте, где еще недавно бурлила вода, я ощутила, что оно ничем не отличается от температуры всего водоема. Опустившись к самому дну, я между камней обнаружила причину аномалии – сапоги.

Я чуть было рот не открыла от удивления, но вовремя вспомнила, что нахожусь под водой. Два обыкновенных кожаных сапога с небольшим каблуком и теснением на голенище, связанные между собой шнурками, как ни в чем не бывало, примостились между камнем и кустом водорослей.

С опаской я дотронулась до одного из них – теплый, можно сказать горячий, но не обжигающий. Я попыталась приподнять сапоги и поняла, что внутрь обуви набилось много песка, что мешало ей всплыть или быть унесенной течением. Небольшое усилие – и я поднялась на поверхность со своей добычей.



Еленка Смитенко

Отредактировано: 05.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться