Яма без лестницы. (первые главы)

Глава первая. Волк, который выжил.

"Если волк попадает в капкан, он отгрызает себе лапу, чтобы выжить."

 


Глава 1. 
 

Размытое, имеющее очертания человека пятно издалека походило на лошадь из-за тянувшегося сзади груза. Поле вновь впустило в свои владения фигуру. Несмотря на неблагодарно вытоптанную незнакомцем тропу, оно скрывало его растительностью от лишних глаз. 

В этот день, солнце, надело костюм Лепрекона и стало орошать землю золотом. Теперь с какой-то особенной силой, пытаясь утопить в своем безмерном богатстве. Температура росла. Жара окутывала, поэтому пот взмочил футболку и умыл лицо Нила. Кожа чесалась и горела. Мысли – как и в прошлые походы, которые приходилось устраивать из-за неспособности юного тела притащить все нужное сразу – вновь штурмовали голову. Писк наручных часов отвлек от размышлений и показал, что времени до заката осталось мало. Поэтому, помотав головой, Нил растрепал свисавшую на лоб черную прядь волос и откинул мысли, делавшие рассеянным.

Кашель вырвался из груди, в глазах потемнело. Спешивший скрыться за горизонтом желтый шар решил напоследок прогреть воздух, сделав его удушающим. Отбросив давящие на живот веревки от ноши, Нил украдкой огляделся, присел на груз и стал жадно глотать воздух. С болезненной гримасой  он  уставился в вытоптанный след, боясь, что малейшее движение послужит ветром, способным раздуть пламя боли. 

Через несколько секунд, он подорвался, забыв о болях в голове. Нечто, быстрой стрелой двигалось к парню сквозь поле. Кислорода стало в дефиците. Удушье, словно рыбак, заставило Нила глотать воздух, как выловленную рыбу. Сердце ударяло все чаще, повышая пульс. Огромные потоки крови стали отправляться в мозг. Это, заставило его работать быстрее, опомниться и принять решение. Ступор прошел. Нил метнулся к валявшейся куче вещей и, разорвав полиэтиленовую накидку – вытащил заточенное древко. Тело онемело. Глаза были устремлены вперед в сторону поля, столь быстро делившегося на части. Чем или кем бы это ни было, рука была не готова к удару – онемевшие пальцы разжали кулак. Подобие копья глухо упало наземь. До встречи оставалось мгновение. Понятие время стало бессмысленным, секунда тянулась издевательски медленно. Мягкость в ногах прошла, но  не достаточно чтобы бежать. Способный пятиться он шагнул назад и плюхнулся на землю сбоку от вещей. Его и надвигающееся нечто отделяла пара метров. Защитный механизм сработал не вовремя. Видимо решив, что это поможет – глаза непроизвольно зажмурились. Звук шелеста совсем быстрый говорил о сиюминутном столкновении. Доля секунды. Одна миллиардная мгновения. Обдав ветром запотевшее лицо и развеяв волосы, нечто небольшого размера пробежало и стало удаляться позади, во второй половине поля. Глаза открылись. Тело вновь стало управляемым и способным подняться, конечно, при помощи рук.

-Кабан. Дьявол. - Наконец, увидев небольшого зверька спешившего обратно закричал Нил -

КАБАН –・теперь, к крику добавился безумный смех –・КАБАН. ТРУС. КАБАН. ИСПУГАЛСЯ. КАБАН –・Несвязно, кричал он.

Чувство облегчения и усталости сплелись в приятный контрастный союз. Отдышавшись, Нил перемотал расчлененную ношу клейкой лентой, обернул веревку вокруг тела и побрел вперед.

 

Окутали воспоминания. Дом был близко и рассеянность уже не пугала.

Начало катастрофы, события связанные с ней - жили в памяти в виде вспышек, некоторые из которых затухали, другие же вновь возгорались. Стрессовое состояние отлично подчищало воспоминания.

Первая сирена, ножом упала на город, разрезав сон, пару недель назад. Впоследствии, их было еще несколько, затем, все вокруг стало  немым. Актом безумия, с которым впервые столкнулся Нил –・стало бешенство отца. Филипп иногда напивался, не давал спать, шумел, но никого никогда не трогал.

*** 
 

Матовое стекло двери, служило непробиваемым, защитным барьером, как был уверен сам Нил. 
-Грязная сука, скажи спасибо, что я не выставил тебя на улицу. И это твоя благодарность? Если еще раз повысишь на меня голос и я оторву тебе голову. 
-Не смей угр... - Периодические удары заставляли мать замолчать - Если ты тронешь меня еще хоть пальцем, обещаю, я засажу тебя и ты...
-Ах, вот что, ты меня засадишь? Тварь. Посмотрим, что на это скажет твой сынок.
-Не смей его трогать, сукин ты сын.
-Иди к папочке, щеночек.
Дверь, которая совсем недавно, казалось, служила столь надежной преградой - была выбита. Звук биения стекла, хруст дерева и стоны матери играли зловещую симфонию. Прихожая наполнилась металлическим запахом крови, пота, страха и чего-то еще, темного и неуловимого.  Осколки разбитого стекла, омываемые красными каплями, искажали лица находившиеся возле них.
-Ну, иди сюда, я покажу тебе истинное лицо твоей мамочки - потянулся к пятящемуся назад сыну Филипп.
-Эй, сучка, смотри, твой щенок обмочился - сквозь зубы, становясь еще багровее от радости процедил отец.
-Не трогай его, подонок. Перебирая руками в крови, пытаясь ползти стонала мать.
Филипп не отвечал,  страстно смеясь он подтаскивая Нила за волосы к матери. 
-Сейчас, пару минут и я очищу ваши грязные души. Сегодня во сне мне явился Иисус, он рассказал мне, какая ты шлюха Одри. Я выбью из вас всю дурь - раздирая глотку, Филипп попытался нанести удары.
-Не трогай ее, не трогай, кинувшись на отца вопил Нил - Не трогай ее.
Сильный удар заставил его отскочить к стене и прервать попытки бунта.
- Сейчас, милая, подожди, тебе понравится - закончил Филипп скрывшись за углом перед кухней. Осматривая безумным взглядом сына сквозь окровавленные руки, мать изменилась в лице. Глаза округлились.  Рот, потеряв управление небрежно открывался, выпуская вместо слов струйки крови. Запястье нырнуло в ящик стоявший рядом, вытащив неизвестный инструмент. 
-Нил... - Задыхаясь выдавливала мать - Когда скажу –・беги. Ничего не бойся, я люблю тебя.



Королишин Д

Отредактировано: 13.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться