Янтарь на снегу

Глава 10

Майло рассматривал девушку, сидящую перед дознавателем Ортисом, которому было решено доверить проведение даже не допроса, а скорее ‒ беседы частного характера. Умом все прекрасно понимали, что Гинтаре Браггитас вряд ли одурманила половину обитателей замка, заманила тетку в свою комнату, и хладнокровно зарезала. Глупее ситуации не придумать. Но стоявший за всем этим не прогадал в одном ‒ теперь репутация девушки, которая и так являлась отщепенкой в обществе, окончательно изгажена. Если бастардство можно было хоть как-то переварить, ведь и король тоже являлся незаконнорожденным, то убийство тетки подать, как нечто из разряда новомодной тенденции не получится. Расчет был грубый, но верный. Только вряд ли такие хлопоты затевались просто, чтобы испортить девушке жизнь при дворе.

Во-первых ‒ это удар по репутации, одной из названных невест. А значит, кто-то явно рассчитывал, что таким образом уберет конкурентку. Уж не Дардас тут постарался? Очень даже может быть.

Во-вторых, убрали Ренату ‒ ненужного свидетеля. С появлением Гинтаре в столице ее посчитали опасной. Впрочем, анатомистами было доказано, что на момент, когда в шею леди Лаускалите воткнули нож, она была мертва, но людям рты не заткнуть ‒ челядь быстро разнесла новость о мести бастардки, которую убитая изводила в детстве.

Во-третьих, стоявший за всем этим утёр ему ‒ самому верному соратнику короля ‒ нос. Это же надо, во все питье насыпать этой гадости, еще и дозу рассчитали так, чтобы никто не умер. Хотя эльфийский сон убивает медленно, очень медленно.

И еще, если кто-то боится появления дочери Инге при дворе, значит ли это, что существует то, чего сам Вардас не знал о девушке. Это нравилось меньше всего.

Инге…

Счастливые минуты детства всегда ассоциировались с последней зимой в Вардаритасе. С Гердой и… с ней.

Наверное, по-своему в детстве он был влюблен в нее. Только из-за нее мечтал стать воином и спасти подругу сестры от воображаемого дракона. Ирония заключалась в том, что он и правда стал воином, но Инге спасти не смог от всех драконов мира, как не сумел спасти и Герду. Никто не смог. Рана от воспоминаний была слишком свежа и болезненна, чтобы просто от всего отмахнуться. Он пытался вывезти Инге из Латгелии несколько раз, в первый раз она не смогла из-за своего положения, а во второй просто не успел. А девочку найти не получилось. Теперь было понятно, что это были козни Ренаты ‒ вот где была злобная ненасытная тварь. Только тварь эта утащила массу тайн за собой в навь. Такой, как она, была заказана дорога в Клусас.

Гинтаре расспрашивали не только о событиях прошедшей ночи, но и о том, как она оказалась в Обители служителей Пречистой Живы. Девушка, сперва сидящая с отрешенным видом, ожидавшая, видимо, более жесткого допроса, расслабилась и стала отвечать на вопросы спокойно и обстоятельно. Она больше не была похожа на то лохматое и растрепанное чудище, которое кубарем вылетело из портала и сшибло его с ног. Но и в красавицу тоже не превратилась, как по мановению волшебных чар замка.

Или же все-таки…

Глядя на Гинтаре Майло сожалел, что опоздал тогда ‒ много лет назад. Если бы он только смог забрать Инге с ребенком и вывезти из королевства, ее жизнь и жизнь ее дочери сложилась бы по-другому. Пусть Майло уже давно не молод, юношеская наивность умерла со смертью близких ему людей, однако, все равно продолжал верить в то, что спасение Инге многое изменило бы не только в его жизни. И кто знает, возможно нынче они с Гинтаре встретились бы при других обстоятельствах, тогда, все сложилось бы иначе.

Майло одернул себя от глупых мыслей, которые навязчиво лезли в голову.

Другой жизни не было, нет и не будет. Все сгорело в том самом пламени из его кошмаров. Пора научиться принимать жизнь такой, какая она есть.

Поиск душегуба в родовом гнезде Брагитас зашел в тупик, пора было возвращаться в столицу, где были более важные дела, которые не требовали отлагательства.

В покоях, куда пришел лорд Вардас было просторно и светло, не смотря на позднее время. Сквозь широкие окна с цветными ромбами стекла лился мягкий свет, обволакивая всё предметы почти мистическим свечением.

‒ Извини, что без стука, ‒ обратился он к молодому человеку, сидящему за массивным дубовым столом.

‒ Глупости, ‒ отмахнулся юноша не поднимая головы от бумаг. ‒ Я сам хотел тебя видеть, но дел набралось столько, что я даже запамятовал отправить тебе посыльного с просьбой явиться незамедлительно.

‒ Что ж, будем ссылаться на то, что нам в любом случае надо было встретиться, ‒ улыбнулся канцлер, присаживаясь напротив племянника. ‒ Какие новости?

‒ Это я хотел спросить у тебя, ‒ улыбнулся в ответ молодой король. ‒ Каково иметь дело с капризными девицами из Высших Домов нашего государства?

‒ Не думаю, что тебе интересно слушать, как я собираю по всему королевству, да и за пределами оного, невест для тебя.

‒ Почему же, хотелось бы посмотреть, как суровый канцлер Латгелии увещевает юных дев на скорое замужество. ‒ Король отложил бумаги. ‒ Да только, на сколько мне известно, дело приняло серьезный оборот.

Вардас вздохнул, обдумывая ответ.

‒ Затягиваются переговоры с двумя князьями из-за приданого, судя по всему. Одна претендентка на престол и вовсе потребовала личного визита… Вашего Величества…