Янтарный меч

Размер шрифта: - +

Глава первая

– Держи ведьму. Держи!

Щеку обожгло огнем – по лицу хлестнула ветка. Лес не хотел прятать чужачку, хватал за кожух, дергал за косу.

Коряга как нарочно попалась под ноги. Ярина рухнула, едва сдержав крик. Склон был скользкий, голый, ухватиться не за что, и она покатилась вниз, впиваясь пальцами в мерзлую землю.

Не разбилась чудом! Нелепо распластавшись на дне, Ярина попыталась сообразить, где верх, где низ. Но разлеживаться было некогда. Хруст веток и злые голоса раздались совсем рядом. Ее нагоняли!

– Куда делась?

– Не видать! 

Единственным спасением был мертвый почерневший куст. Разлапистые ветки торчали из склона. Ярина скрючилась под ними, закрыла голову руками и взмолилась Охранителям. Пусть защитят. Ведь она не сделала ничего! Попросила в деревне еды, и только.

На что селяне могли позариться? На кобылку ее старую? На тощую сумку или плохонькие сапоги?

Сердце испуганно бухало в груди.

Деревенские перекликались совсем рядом, но к оврагу не подходили.

– Нету никого! – раздалось сверху. 

Ярина вздрогнула и сильнее вжалась в землю. С чего местные взъелись? За ведьму приняли. Но это ж не Вестария, где чародеи до сих пор хуже нави. Не зря, ох, не зря она избегала сел на пути. Нельзя было в деревне останавливаться, но после долгой скачки она с ног валилась от усталости. Дурища! Понадеялась, что за звонкую монету пустят на ночлег и не станут расспрашивать, куда спешит одинокая девица. Рассчитывалась Ярина мелкими медяшками. Кто, на нее глядя, подумал бы, что в худом кошеле есть чем поживиться? Тем более она наврала про семью, якобы ждущую в Приречье.

– В старой дубраве еще бы поискать.

– А успеем? Ночь скоро.

Крики раздавались все дальше. Ушли. Неужели удалось провести их? Даром, что ломилась через лес напролом, как медведь с болячкой в ухе. Выходит, проклятущая коряга помогла, хоть едва и не угробила.

Ярина потерла болезненно ноющую ногу. Что делать теперь? Кобылка и нехитрый скарб остались поживой для селян. Старая добрая Марька была в летах: на такой лошади не пахать или по дорогам разъезжать – только на живодерню… Все равно жалко. На ее скудные сбережения новую не купишь, торговые обозы здесь не ходят. А пешком до Ольховника не добраться.

Голоса давно стихли, только ветер шевелил обнаженные ветви деревьев. Ярина выползла из своего укрытия и рискнула оглядеться.

Всклокоченные волосы едва дыбом не встали. Понятно, почему местные не заглянули в овраг. Они попросту боялись подойти!

Земля скрипела под пальцами – черная, выжженная. Ни травинки нигде, даже засохшей, только пара мертвых кустов на склоне. Лес обступил со всех сторон, но держался подальше, будто боялся оскверненного места.

А на дне – черная наледь, от которое веяло жутью. Тут без чародейского чутья ясно – дурное место, гиблое.

Колени дрожали, но она упрямо поднялась, кое-как вытирая рукавом разорванной рубахи кровь с лица. Обереги-пуговицы, нашитые матушкой на кожух, отлетели, на штанах зияли дыры, тяжелое некрашеное полотно не выдержало.

Солнце скрылось за верхушками вековых сосен. От деревьев к оврагу уже ползли длинные изломанные тени. Того и гляди, им навстречу вылезет какая-нибудь нежить, а знакомиться с ней Ярина не хотела. Но встать-то дело нехитрое, а попробуй – заберись наверх, когда руки трясутся, а впереди ждет враждебный лес. Но уж лучше протрястись ночь на дереве, чем украсить осиновый сук рядом с деревней.

Ярина карабкалась наверх, то и дело скатываясь на сырое дно. Злые слезы мешали видеть, она размазывала их по лицу и вновь пыталась выбраться.

Упорства ей было не занимать, поэтому прежде чем соседом в ее вынужденном убежище стал сумрак, она вылезла и, не оглядываясь, кинулась в чащу. Оказаться бы как можно дальше от проклятого места!

Жаль, поздно. В спину дохнуло могильным холодом, на краю оврага сгустился мрак и потек за ней.

Не останавливаться.

Лед сковывал сердце. Хотелось упасть наземь, притвориться корягой. Но Ярина откинула навеянные мороком мысли – не встанет же потом. Или встанет и присоединится к развеселой компании упырей. А то и чего похуже.

От страха перехватывало дыхание. Тени надвигались. Безмолвные, хищные. Они примеривались перед прыжком, играли с ней, ждали, когда кончатся ее невеликие силы.

Мруны так не могли. Им не было дела до чувств, они просто хотели есть.  А эти наслаждались ужасом.

Укрыться негде! Дыхание клокотало в груди, Ярина неслась дальше, понимая, что вот-вот упадет замертво. Жаль, нож остался в сумке.

Хотя, не поможет. Сюда бы сказочный меч из янтаря, тогда нежить не посмела бы ее тронуть! Но и нож сгодится: он бы оборвал ее жизнь, не дал тварям поживиться страхом и болью.

Мысли мелькали всполохами. Ярина бежала из последних сил. Вот бы река здесь была, пусть самая чахлая! Но откуда ей взяться в чащобе? Через проточную воду выползем овражные, не перебрались бы.

Когда перед глазами уже мутилось, лес расступился. Спасение пришло внезапно. За высоким частоколом застыла изба: темная, мертвая. Тишины Ярина не боялась, она и селян бы сейчас не испугалась! Лишь бы не достаться хищным теням.

– Помогите! Откройте! – сорвался с губ истошный вопль.

Ворот не было, она замолотила по частоколу изодранными руками.

– Пожалуйста!

По лицу катились слезы. Когда Ярина представляла смерть, то воображала, что встретит Переправщицу с достоинством, уйдет без лишних жалоб. Но за спиной стояла не белокосая дева, готовая увести по Темной дороге, а то, что изменит, уничтожит безвозвратно.

Она не хотела с этим мириться!

Внезапно частокол под ладонями исчез, чтобы возникнуть уже за спиной. Неведомые хозяева избушки сжалились. Только Ярина не успела этого понять – впервые в жизни она потеряла сознание от пережитого страха.



Ольга Ромадина

Отредактировано: 17.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language:
Interface language: