Январь 2016: Молодежная проза

Размер шрифта: - +

Премьера рубрики "На стыке" - Кино и книга

2016 объявили годом Кино, тогда как прошедший 2015 был годом Литературы. Есть в этом определённый символизм. Словно искусство более древнее передало эстафету  сравнительно молодому. И это неспроста. Ведь с самого момента своего становления кинематограф обращался к литературе как неиссякаемому источнику вдохновения …

Вот и мы решили не оригинальничать, а открыть нашу рубрику «На стыке» самой яркой и очевидной состыковкой: поговорить об экранизациях.

Кинематограф и литература — наиболее близкие друг другу сферы искусства. Каждый читающий — мысленно выстраивает у себя в воображении фильм, он сам себе режиссёр, хотя и пользуется сценарием, который он пролистывает в данную минуту. Литературные произведения являются основой экранных образов кино с первых дней его существования. Так, одни из первых экранизаций — работы основоположников игрового кинематографа Жоржа Мельеса, Викторена Жассе, Луи Фейада, перенёсших на экран работы Свифта, Дефо, Гёте.

Но для начала давайте определимся с дефинициями.

Экранизация — интерпретация средствами кино произведений другого вида искусства, чаще всего, литературных произведений.

Дайте запомним эту пару  —  «экранизация — интерпретация» — и разберёмся со второй её частью.

Интерпретация (от лат. interpretatio«толкование», «разъяснение») — необходимый элемент процесса художественного творчества и восприятия произведения искусства.

То есть, немного утрируя, интерпретация — это «перевод». А раз уж мы понимаем экранизацию как интерпретацию, то главное в экранизации — передать заложенное в первоисточнике, используя киноязык, киносредства.  И вот тут включаются «трудности перевода». Основная проблема экранизации — противоречие между чистым иллюстрированием литературного первоисточника, буквальным его прочтением и уходом в большую художественную независимость.  Но при этом достоверно «перевести» с одного языка на другой — занятие заведомо тупиковое. В любом случае, останется упущенное, недосказанное или же специально игнорируемое.

При экранизации режиссёр, например, может отказаться от второстепенных сюжетных линий, деталей и эпизодических героев, или, наоборот, ввести в сценарий эпизоды, которых не было в оригинальном произведении, но которые лучше передают, по мнению режиссёра, основную идею произведения средствами кинематографа. Например, в экранизации повести М. А. Булгакова «Собачье сердце» сцена с танцующим во время научного доклада Шариковым введена режиссёром В. Бортко. Идея экранизации может полемизировать с оригинальным произведением, примерами являются такие интерпретации христианских текстов, как «Евангелие от Матфея» (режиссёр Пьер Паоло Пазолини) и «Последнее искушение Христа» (режиссёр Мартин Скорсезе).

Для чего вообще экранизируют книги? Чтобы перенести известное, популярное и любимое произведение в новый формат. Хорошая экранизация дает зрителю возможность еще раз прожить, прочувствовать то, что восхитило и тронуло его в книге. Она «визуализирует» то, что раньше он мог лишь представлять.

Поэтому, прежде чем ругать очередную экранизацию полюбившегося бестселлера, вспомните, что это всего лишь «толкование», видение режиссёра, которое может и, более того, должно отличаться от книги. Как слова всегда будет отличаться от зрительного образа. А спорить о том, что «книга» всегда лучше «экранизации», столь же неблагодарно, как утверждать, что один язык лучше другого.

Взять хотя бы недавнюю премьеру «Он — дракон» по мотивам романа М. и С. Дяченко «Ритуал». На мой взгляд, и то и другое одинаково хорошо и одинаково радует сердце романтика.

К тому же, сколько бы ни спорили о достоинствах книги перед кино, приводя убедительные аргументы и доводы, любой писатель будет втайне мечтать, чтобы его книгу экранизировали.

И для некоторых авторов нашего портала заветная мечта уже стала ближе. Об этом мы и поговорим в нашей новой рубрике «На стыке».

С любовью,

ваша редакция

 

 



Вестник Lit-Era

#19520 в Разное

Отредактировано: 27.01.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться