За что демону ангел, или работу не выбирают. Часть 2.

Размер шрифта: - +

33

Сквозь толстые стёкла послышался хруст гравия и Лика быстро подскочила к окну. Из машины вышел отец. На первом этаже поднялся шум голосов, стукнула входная дверь и вроде их там всего двое – мама и Егор – а топота как в стаде слонов. Вон они выскочили на воздух и облепили отца как пчёлы яркий цветок. Лика улыбнулась, в которых раз благодаря высший разум, что у неё есть такая семья, и снова посмотрела на машину. Он сидел внутри, хмурый, весь какой-то грязный и неразговорчивый. Последнее стало понятно, когда отец обратился к нему, но тот никак не отреагировал, погружённый в свои мысли.

«О чём ты думаешь, Алекс?

Что в твоей голове, Алекс?

Что ты сделал со мной, Алекс?»

Она беззвучно перекатывала его имя в языке, пытаясь понять, почему не может не думать о нём. Она не могла объяснить это с психологической стороны, с биологической, и даже с медицинской. Это не стокгольмский синдром, не буйство гормонов в молодом организме и даже не привязка, нет. Та небольшая толика злости, что диктовал проявлять разум, утихла за ненадобностью. Сейчас у неё не было ни обиды, ни боли, ни растерзанных чувств. Какое-то подозрительно спокойствие, от которого становилось беспокойно прежде всего разуму.

Лика коснулась стекла пальцем, обводя в кружочек маленького Алекса, по-прежнему сидевшего в машине. Он поднял голову и устремил взгляд на её окно. Устыдившись, как будто её застукали за чем-то неприличным, Лика отпрянула от окна и занавеска, колыхнувшись, вернулась на место.

«А что в твоей голове, Лика?»

Она села на пол возле кровати и откинула голову назад. Ну спустится она сейчас, не может же она здесь сидеть вечно, ну поговорят они. О чём? «Извини дорогая, что тебя изнасиловал, так было нужно». «Ничего страшного дорогой, я понимаю». «Дружба?». «Дружба». Лика рассмеялась. Между мужчиной и женщиной не бывает дружбы. А значит придётся его отпустить. Отпустить? В груди внезапно похолодело, словно распахнулись все окна и двери, впуская в дом холодный осенний воздух. Мысль о том, что она его больше не увидит удовольствия не принесла. Она расстроила, заставив мозг лихорадочно искать выход из сложившейся ситуации. Ну нельзя же просто так это простить? Или можно? Лика в раздражении тёрла виски, заставляя себя принять решение. Казалось, будто это нужно сделать именно сейчас. «Откуда такое предположение?», вопрошал мозг. Лика встала и начала кружить по комнате, собираясь с мыслями, пытаясь понять, почему это так важно. Подхватив плед с кресла, она закуталась в него, уповая на то, что тогда не будет отвлекаться на холод.

- Что за детский сад? – раздражённо пробормотала она. – Мы же взрослые люди. Недосказанность – главная проблема. Надо просто поговорить. Надо поговорить. Просто поговорить. О, господи….

Она решительно направилась к двери, распахнула её, прошла по лестничному пролёту и спустилась на пару ступенек, когда на крыльце раздался голос матери:

- Чисто этический вопрос. Оно живое.

- Я видел, что из этого может вырасти, - раздался до боли знакомый голос и Лика моментально затормозила.

Он зашёл в дом и словно, зная куда смотреть, повернул голову и встретился с ней взглядом. В одно мгновение вся решительность испарилась, оставляя место бешенному пульсу, выстукивающему барабанный ритм. Его волосы, когда-то длинные серебристые волосы, неровно срезанными прядями обрамляли осунувшееся всего за несколько часов лицо. Вся одежда была заляпана пятнами крови и имела такой вид, будто в ней переплыли грязный пруд. А глаза притягивали как тогда, на балу, закручивая окружающий мир в мутный тоннель. И только они, серебристые льдинки были видны чётко и ясно и манили к себе с невероятной силой.

Да что же это такое?! Лика моргнула, сорвалась с места и убежала в свою комнату. Закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, тяжело дыша и думая, какая же она всё-таки слабая. Нет, она должна с ним поговорить, должна, чёрт возьми.

Входная дверь снова хлопнула и наступила тишина. Прошло несколько минут, а она всё стояла и не двигалась с места. Послышался звук шагов на лестнице, стук в её дверь.

- Лика, - голос отца принёс облегчение, и она быстро открыла дверь.

- Марку удалось уйти.

- Как? – Лике казалось, будто её отец может решить все проблемы, а тут…

- Алекс собирается за ним. Я не знаю куда, он не говорит.

- Один?

- Да, - отец помолчал немного. – Я всё понимаю, тебе больно, но ты не хочешь с ним попрощаться?

- Попрощаться? – непонимающе повторила Лика.

Он кивнул. Догадка свалилась на голову очень быстро. Лика бросила плед и проскользнув мимо отца, чуть ли не слетела с лестницы, пару раз задев пальцами выступающие деревянные части и наскоро впрыгнув в ботинки, прямо в домашнем коротком платье выскочила на крыльцо. Хруст гравия от шин неприятным звуком прошёлся по сердцу, а глазам предстал лишь исчезающий за поворотом задний бампер внедорожника.

Мысленно поблагодарив учителя по физкультуре, она рванула на дорогу, надеясь, не зная на что. Если он сейчас уедет, она себя не простит. И видимо кто-то услышал её, потому как машина затормозила, и Алекс начал выходить из неё.

- Не уходи….

Она сама не заметила, как крылья, повинуясь душевному порыву, развернулись и свернулись в кокон, когда она кинулась ему на шею. Отпустить? Ни за что в жизни! Ведь она ему небезразлична, он же говорил. Или не говорил, и ей показалось?

- Алекс…

Словно уставший путник, он опустился на колени, не разжимая объятий. Тёплое дыхание обожгло живот невзирая на ткань платья и тот отреагировал странным образом. Так, словно это было приятно. Как будто что-то вспомнил и запросил ещё. Что там мама говорила? «Обнимала за шею Алекса и лезла к нему с поцелуями»? Лика мало что помнила из того события. А может и не было никакого изнасилования? Эта мысль молнией пронеслась в голове. Если её тело так благосклонно отзывается на его близость, значит ей было хорошо? А все её мысли типа «взял силой» простая компиляция предшествующих событий? Сознание порой творит такие вещи, что психиатры потом романы пишут и премии за них получают.



Татьяна Ф.

Отредактировано: 10.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться