За ледяной маской

IX - Прощу прощения, но не пойти ли вам к дьяволу

Варвара, игнорируя духоту и жару столицы, смотрела на горку из газет перед дверьми дома. Каждое утро служанка должна была забирать их с порога и подавать отцу перед завтраком.  
Но в этот день леди Кавердиш видела лишь почерневшую бумагу – набранные на печатной машинке буквы слились в пятне – и растасканные собаками волокна и клочки.  
Сколько бы Варвара не стучала в дверь, ей никто не открывал. Будто бы, действительно, все пропали, как и писал партнёр отца.  
В дом княгиня попала лишь после того, как словила десятки изумлённых взглядов. Каждый проходящий косился на сидящую на корточках леди, тянущуюся куда-то под ступеньки.  
Там, между кирпичами, лежал ключ. А ей было не до того, чтобы доставать его как можно незаметнее. 
Когда дверь оказалась открытой, ветер поднял вверх пыль с пола. Дверь захлопнулась, и мелкие, серые снежинки осели.  
Варвара закашлялась. Она помнила, что в доме отца всегда любая плоскость блестела, начищенная воском, и как, будучи совсем маленькой, скользила ни раз каталась на носках, будто коньками по льду. У главной горничной была аллергия на пыль.  
Свет прорывался сквозь шторы, казался не просто золотистым, а золотистым в крапинку. 
Варвара обняла себя за плечи и вдохнула бы глубоко от того, насколько ледяным был воздух по сравнению с улицей, если бы не чихнула.  
Как же странно. Во всех комнатах было грязно и пусто. 
Казалось, в доме остановилась время. Никто не прикрыл тенью столы, рояль, софы и кресла. Будто бы все просто вышли до того же зеленщика, а не насовсем оставил дом.  
То ли вор залез и разнёс по частичкам каждую комнату, то ли прислуга забила карманы столовым серебром, Варвара не знала. Но в буфете не хватало посуды, каминная полка пустовала, картины - и те пропали со стен. 
Проще остановиться на постоялом дворе, а не в своей бывшей комнате, чем нанимать прислугу и отмывать полностью весь дом.  
На пороге письма навалились друг на друга, как морские котики на лежбище в зоологическом саду. Они в течении месяца падали из щели в двери.  
Варвара подобрала конверты, дошла до кабинета отца. Там документы, договоры, чековые книжки лежали на своих местах, оставленные на время.  
Распахнув окно и смахнув пыль со стола, леди Кавердиш принялась рассматривать то, что ей предстояло сделать.  
Слишком много работы. Слишком крупные заказы и значимые люди. Отец не мог просто все бросить. Что-то случилось. Случилось что-то чрезвычайно серьезное.  
Варвара лишь надеялась, что виконт не лежит на столе в всегда холодном отделении больницы с залитым кислотой лицом. Надеялась, что сможет все же понять, что с ним на самом деле. Понять, найти, помочь.  
Происки конкурентов ли, убийца ли в столице – очередной вопрос без ответов. Как же в последнее время их стало много. Перестало быть скучно.  

 Насколько хороши подобные перемены, Варвара не могла решить. Много сложностей следовала за ними. Слишком непривычных ситуаций, в которых положение княгини казалось ей шаткими и опасным. 
Она только разложила документы по стопкам, чтобы начать работу, как в дверь постучали.  
Соседи, вдруг увидевшие из окна владельца дома, так не стучат. Они ударяют по двери громко, часто, желая достучатся туда, куда не может попасть даже Акатош.  
Но этот кто-то внизу дал понять, что сам откроет запертую дверь, если не дождётся. Этот кто-то заставит подняться в страхе даже мертвого.  
Этот кто-то скорее всего Тень.  
Надо было открывать и идти с ним. Варвара сложила стопки друг на друга и взяла в руки. С гулким стуком упал на пол конверт, подняв и смешав пыль.  
«Лорд Януш Кавердиш» - было написано на нем.  
Варвара сглотнула.  
Это ведь просто одно из тех, которыми обменивались её отец и муж, когда договаривались о женитьбе? Только почему руки сами ищут по ящикам стола остальную часть переписки? 

 

Варвара дрожала. Скорее не так. Руки, сжимающие листы бумаги настолько сильно, что побелели, тряслись. Но леди смотрела на них и не могла поверить. Как она не может удержать свои чувство внутри себя? Как она вообще что-то чувствует? И что именно такое мешает ей дышать?  
Внутри, где-то в груди, щекотало. Оно давило на лёгкие. Варвара вдыхала, и этого воздуха хватало лишь на то, чтобы дождаться следующего вдоха, сделанного усилием мысли, а не по воле самого организма.  
Надо было постучать. Князь её уже, наверняка, ждёт. Леди Кавердиш хотела бы забыть его взгляд, внимательный, изучающий, запоминающий. Сколько знаний храниться в его голове? Сколько знаний он получает ежедневно, просто рассматривая людей?  
Вероятнее всего, он сразу поймёт, что с ней что-то не так. Ведь что-то, действительно, не так. Если бы все было в порядке, Варвара не сжимала бы зубы с такой силой, что рисковала их сломать.  
Надо взять себя в руки. Надо. Надо. Надо. Но как?  
Тень, который стоял четверть часа назад на ступенях, теперь прислонился спиной к стенке кареты. Леди Кавердиш не думала о нем. Для неё важнее было то чувство, непривычное, ненормальное, будто она лежит летним днём под пуховым одеялом – под ним невозможно дышать.  
Тень решил за Варвару. Он подошёл к двери, открыл её и проговорил: «Идите, миледи. Он вас уже ждёт».  
Как бы сильно леди Кавердиш не желала развернуться и уйти до порта, взять билет на ближайший корабль и уехать из этого города, из этой страны, она переступила порог. Она нарушила свои собственные обещания. Чем она лучше отца?  
Тот по какой-то причине не мог ответить по договору. Причина Варвары же крылась, как она думала в последние дни, лишь в том, что она не совладала с собой. Все эти тринадцать лет получалось, а в последний месяц так нет.  
Глупо -глупо-глупо. Нет. Это не про неё. Варвара не знала, в чем причина, но не могла принять то, что поступала так необоснованно, так по-детски.  
Князь стоял на первой ступени. Сколько уже раз леди Кавердиш видела перед глазами это надменно-спокойное выражение. Почему-то именно эта маска постоянно вспоминалась ей, не раздражение, не интерес, не сочувствие и даже не осознание вины. 
Именно это выражение, которое ничего не показывало, за которым могло скрываться тысяча чувств, стало тем, что всплывало в мыслях Варвары при упоминании князя.  
Леди Кавердиш смотрела на это лицо вживую. Нет, оно вовсе не такое, как в её памяти. Скулы заострились, глаза стали цвета стали, губы поджаты. Так выглядел князь тем вечером.  
Варвара знала, что это значит, и невольно отступила на шаг назад.  
- Ну, здравствуй, милая жена, - произнёс лорд, и голос его заполнил парадную, отразившись от каждой поверхности, - однако, я разочарован тем, что вижу тебя в этот час в своём доме. 
Он настукивал пальцами на перилах какой-то мотив и выглядел расслаблено, как кот на поляне. Где-то рядом с этой поляной ходил голубь. Животное видело его, не отводило от него взгляда, но продолжало лежать, ожидая той минуты, когда птица подойдёт ближе.  
Варвара сделала книксен и ничего не ответила. Ей касалось, что её коленки дрожат, как деревья при штормовом ветре.  
- Я думал, что выбрал в жены взрослого человека. Но ты стоишь здесь вместо того, чтобы встречать врача в поместье. Ты собственноручно подписала договор, согласилась с моими условиями. И вместо того, чтобы выполнять их, приехала в Столицу. И дело вовсе не в том, что ты, покинув поместье, подвергла моего будущего наследника опасности, а в том, что даже не предупредила об этом меня. Почему за весь месяц я не получил от тебя ни одного письма? Почему я узнаю о том, что моя жена пересекла главные ворота Столицы не от неё самой, а от Теней? Какого демона ты творишь, женщина? 
- Прощу прощение, сэр. Я признаю, что виновата… - начала Варвара, но лорд Кавердиш перебил ее. 
- Молчи, мне не нужны твои извинения, - прорычал он несмотря на то, что ни в одном сказанном им слове не было буквы «р».  
Леди опустила голову и закусила губу. Она слышала шаги, но не могла смотреть прямо.  



Дарья Олькова

Отредактировано: 22.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться