За моим плечом. ( соавтор Алена Андреева)

Глава 11

Истинный правитель должен заботиться о своем народе.

Это его главная и первоочередная задача.

Даже ценой собственной жизни.

(Секретный трактат правящего рода Кенебриков)

Драконар Рандар.

Щуплое плечо маленькой девчонки рядом со мной сжалось от ужаса. Наверное, стоило её предупредить, но, чем сильнее эмоции, тем сильнее выход энергии.

Мы подошли очень близко к горному червю, существу, хотя и слепому, но обоняния не лишённому. Треугольная морда сначала повернулась к нам, втянула в себя воздух, раздувая венозно-синие тройные губы. Потом, ощутив касание волны, морда повернулась в сторону лодчонки. Это было опасно: там всё, что нужно нам для выживания. Медлить было нельзя.

Меч был большой и грубый, сделать надрез таким дрыном — проще убить сразу: и с кистью можно попрощаться, и заражение крови — запросто. Я видел, как девка смотрит на это подобие оружия с немой истерикой, но бояться надо было не меча. Вздохнул полной грудью, готовясь к трудностям и, преобразовав палец, воткнул острый коготь прямо в её ладонь, которую держал левой рукой.

Трамирани дёрнулась, миг-другой, пока несколько капель потекут по коже и шлепнутся в воду… Так глупо… Умирают ли драконы от электричества? Драконы смертны, как и все живые существа, поэтому, я знал, на что иду. Кому нужен правитель без силы, кому нужен правитель-изгнанник, способный только убивать… Кому нужен правитель, предавший свою команду и отправивший на смерть, ради спасения своей жизни? Никому. Драконы всегда были отважной и благородной расой, избранной эль-тами и людьми, чтобы править и защищать. В какой момент истории что-то разладилось? Неизвестно. Так сложно править народом непокорным, ненавидящим тебя, так сложно унять свой гнев, так сложно обрести себя и свою цель вне трудных испытаний, в просторном древнем дворце. Наверное, теперь я смог бы стать хорошим правителем, если бы не…

Острый коготь вошёл в ладонь, как в растаявшее масло, её рука дрогнула. Пальцы дёрнулись, осознавая неожиданную боль. Сложно быть хорошим правителем, когда даже члены твоей команды тебе не доверяют… Не просто команда. Из-за глупых стечений обстоятельств я назвал её своей, просто из желания позлить эль-та, просто из злобы и игры… Но сейчас Альрис — последний человек, который ему близок в этой жизни — она держит его за руку. Горячая пульсирующая гуща коснулась его ладони. Трамирани подняла на него свои зелёные глаза, уже загорающиеся голубыми отблесками и… Сжала руку сильнее. Кровь уже заполнила всё пространство меж двух ладоней и готова была капнуть в воду. Ещё несколько мгновений жизни. Спасибо, глупая девчонка, за то, что ты доверилась, за то, что ты в меня поверила, что ты рядом. Вода приняла свою кровавую жертву.

Альрис Трамирани.

Если горный червь — такая гнусная гадость, что его не может одолеть самостоятельно целый поселок рудокопов, вооружённых мечами, копьями, топорами и кирками, то и нам толку с ржавого меча нет. Осознание пришло поздно. Нужна молния. Тело червя, спокойно грызущего горную породу, как залежавшийся овощ, наверняка, не будет мягче скалы. Морда, словно разрезанная на три равных части, сочилась стекающей водой, а может, желудочным соком… Нужна молния. Почему в прошлый раз вышло, а в этот нет? Друзья плывут на деревянной лодочке, если ими не заинтересуется каменный червяк, то они не пострадают. А мы? Нужна молния. Кровь? Я расцарапала ногу в прошлый раз.

Поводила пальцами по дну, но ничего колючего не было. В этот момент в ладонь ткнуло что-то острое. Я не успела вскрикнуть.

Когда профессор Халисар читал нам лекции по истории Дрантарии, он упоминал, с мечтательным выражением лица, что однажды особо жестокого дракона решили привлечь к ответственности и убили. Мятежный Воздушный дом просил помощи домов Воды и Огня. Только земельные были против. Все сомневались, что втроем стихии могут справиться с великим, но они создали разряд молнии. Профессор тряс тонким жилистым пальцем и, брызгая слюной на близлежащих студентов, фанатично утверждал, что скоро раса правителей падёт. После первого кентара его сместили и направили в лечебницу. Как не вовремя вспомнился мне данный факт. Почему наследник не плывёт в лодке вместе со всеми?

Ах, да! Я же глупая девчонка, не способная ни на что серьёзное самостоятельно, кроме как влипать в неприятности. Он же у нас самый главный и ответственный! Шрабс бы его побрал!

Глянула ещё раз на это чудо природы. Рука нещадно болела. Сколько у нас времени? Что можно сделать?

Будь у меня выбор, сохранила бы я ему жизнь? Глупый вопрос, я вообще не хочу ничьей смерти, разве что вот этого червяка… Но, если бы можно было спасти дракона, заплатив какую-то цену, то насколько высока цена? Я сама удивилась, насколько выбор оказался очевиден. Шаг. Ещё шаг. Бесконечно тянущийся момент, и быстрые мысли мечутся в голове.

У меня есть выбор! Есть. Я его уже сделала, только, что я должна отдать? Свою жизнь? Чего стоит жизнь глупой девчонки, в сравнении с жизнью наследника. Тьфу! Но я готова. Что-то внутри отвечает, что плата не та. И, правда, чего ему делать без пресловутой вспышки и как найти храм. Что-то другое.

Однажды я спросила свою мать, что самое важное в женщине. Она села на зелёный, цветущий под её спиной, стул и, задумавшись, назвала несколько самых важных с её точки зрения качеств. Женщина должна внимательно и с интересом слушать, должна видеть в своём мужчине хорошее и искренне восхищаться этим. Настоящая женщина может вдохновить на подвиг, но никогда не будет делать это ради забавы. Она создаёт в доме такую атмосферу, что мужчина может расслабиться. Ещё она может готовить, да так, чтоб домашние стонали от удовольствия. Настоящая женщина наслаждается жизнью, даря наслаждение сама, она принимает своего человека со всеми его достоинствами и недостатками. Она может быть благодарной даже за сущую мелочь. А самое главное, она умеет слушаться и следовать за своим мужчиной с доверием. Она умеет служить, сохраняя себя и своё достоинство. Много ли из перечисленного я успела проявить? Совершенно ничего. Назвав меня невестой, поглядит ли он на меня когда-нибудь как на свою? Навряд ли. Но я хочу, чтобы моя ладонь была в его ладони.