За моим плечом. ( соавтор Алена Андреева)

Глава 15

...Из провала ночи

Всегда рождается день...

(Из скрижалей дома Земли)

Скрипучая дверь впустила в маленькую каюту бледного помощника капитана.

— Ничего личного, ребята, но Вам бы пора выметаться. Кэп давно сошёл на берег и празднует заход в порт. Вы заплатили. Мы доставили.... Килевая качка уже сменялась на бортовую, когда налетел шквал, и нас грозило выкинуть дохлой килькой на камни. Ваши парни молодцы, что остановили бурю, но пора и честь знать.

Обшивка корабля заскрипела о причал, подтверждая слова...

— Но, мы не можем. Они не могут. Куда нам...,— тихим потерянным голосом, не поднимая глаз от раненного, почти прошептала Воста.

Единственный, из оставшихся в строю мужчин, косо взглянул на своё воинство и прошипел:

— Они спасли твое никчемное корыто...

— О, ты ещё обвиняешь нас в неблагодарности! Впрочем, я даже готов дать адресок своей... хм-м-м… тётушки. Не сказать, что у неё хоромы, но такая нищета вполне может рассчитывать на миску похлёбки и тюфяк для ночлега.

Моряк открыто издевался, но, тем не менее, его предложение показалось разумным.

***

Они долго блуждали по грязным пахнущим болезнями и нищетой улочкам. Рандар, взгромоздивший на плечо Шеффарна, пребывающего без сознания, неоднократно предлагал остановиться и спросить место в ближайшем к порту постоялом месте. Один раз они рискнули.

Жизнерадостный трактирщик, узнавший с какого они судна, открыл, было, рот, затем, захлопнув его с шумом, делающим честь любой ветряной мельнице, назвал сумму.

За цену, назначенную им за постой, можно было снять небольшой королевский дворец.

Наконец, они уговорили зеленщика, тащившего с рынка пустую повозку и уложив еле передвигающего ноги обожженного Рафа и не подающего признаков жизни Халлена, медленно продолжили свой путь.

Домик «милой тётушки», вросший в землю задворок порта, встретил их кислыми запахами застарелой мочи и грязи.

Зеленщик, давно проклявший свою жадность, и, готовый сам заплатить вдвое большую сумму, буквально сбросил раненых с повозки и бегом, не слушая девушек, пытавшихся его остановить, не оглядываясь, сбежал.

Тяжело вздохнув, Рандар потянул деревянную ручку и открыл скрипучую дверь.

Их взору открылся тёмный провал грязного полупустого зала с барной стойкой. За ней возвышалась фигура весьма достойной и габаритной мадам, к которой проследовали усталые спутники.

— Рада увидеть у себя в заведении новые лица, — пробасила она. Особой радости никто из прибывших, правда, не услышал, но ноги отказывались передвигаться, а желудки требовали себе работы.

— Нам бы комнату на несколько дней и покушать, — тихо попросила, вошедшая за Рандаром Альрис.

Трактирщица тряхнула подбородками, но Драконар опередил:

— Нас прислал твой наглый племянник, цена была названа, и переплачивать я не стану. У нас двое раненых, и сейчас я скорее разнесу твою лачугу, после чего спокойно усну в тюрьме. Но ты останешься без жилья, я обещаю.

Девушки поражённо молчали, а Восту, собравшуюся, было, спросить, когда это Рандар успел договориться о цене с помощником капитана, практически готова была удушить контролировавшая её Вайри.

Хозяйка уже хотела крикнуть прохлаждавшегося на заднем дворе, рядом с курятником, вышибалу, но заметила у странной компании значок клепсидры, перевитый плющом. Железная эмблема блеснула зеленью, хотя явно была отлита из желтой меди. Зеленый плащ и суровый вид девушки, носившей этот знак, также не вызывали сомнений: перед ней врачевательница!

Женщина поспешно вылезла из-за массивной стойки, махнула рукой растрёпанному оболтусу, прибежавшему на звук разговора и утиравшему жёлтую молодецкую бородёнку от сырого яйца, и схватила врачевательницу за руку.

— Невестка рожает, пойдешь со мной! — Вайри опешила от такой наглости и дёрнулась.

— Мы хотели поесть и отдохнуть, — сообщила она прыткой тётке. — Вероятно, рядом с вашей невесткой уже есть врачеватель.

— Там поешь! — бросила хозяйка, но, видя, разумное сопротивление, остановилась. — Не знаю, в какую передрягу, вы, ребятки, попали. Одни проблемы мне от этого «горе-племянничка»!

Рандар скрестил руки на груди, злобно поминая корабельщика.

— Сейчас Брин поджарит яичницу со шкварками и покажет вам угловую комнату. Но ты, — хозяйка неприятно ткнула пальцем в грудь шатенке, — ты пойдёшь со мной. Тут нет обученных врачевателей, а она третий день мучается, того гляди, тапки откинет.

Вайри, оглядела компанию: жильё было необходимо — Халлен, совсем серый и измученный, всё ещё был без сознания, а Раф, прислонившийся к стене плечом, изо всех сил старался не стонать и не падать. Глаза Рандара говорили о том, что он, не шутя, разнесёт этот трактир, а потом уйдёт и спутников тащить на себе точно больше не станет.

— Пойдёмте. — Сказала земельная, ещё раз украдкой поглядев на Шеффарна. Предчувствие было нехорошим.

— Тут три дома всего. — Подтолкнула тётка

Позвав юркого грязного мальчишку, хозяйка велела показать компании помещение и через час им дали вполне съедобной слипшейся каши, яичницу на прогорклом сале и два ведра тёплой воды, умыть и перевязать Рафа.

Воста спросила, было, о молоке, но ей посоветовали пахнущего помоями пива. Радушия работников хватило ровно до момента ухода хозяйки. Поэтому, не нагнетая атмосферы, поев, путники поднялись наверх и, повалившись на солому, сразу уснули.

***

Ночью Рандар, словно, не осознавая происходящего, по-звериному зарычал, казалось, ему приснился кошмар. Он не верил в своё безумие, при этом не представлял, что существование может быть настолько страшным. Холод и грязь настолько притупили мысли, что он решил: его затягивает пустота и мгла.