За шепотом теней

Размер шрифта: - +

Глава 3

Фундаменталист и к тому же представитель чрезвычайно богатой семьи, нажившей своё состояние на поставках пороха. К слову сказать, торговлю они вели с обоими правительствами и ничуть этого не смущались. Более того, каким-то чудом сохранили своё положение и после победы Севера в войне, не запятнав, так сказать, свою репутацию продажей оружия южанам.

Мартин Григгер планировал превратить особняк в дом Божий — выстроить церковь на его земле, часть здания определить под школу для девочек, часть выделить для жизни вдовам, которых после войны было великое множество, а восстановленный южный флигель оставить под нужды своей семьи. И все дела его спорились до тех самых пор, пока во дворе особняка в торжественной обстановке не был заложен первый камень будущей церкви.

Тогда на церемонию собралось много людей, в том числе меценатов и властителей города. Но едва пастор Григгер приступил к освещению камня, как над особняком сгустились тучи и молния ударила в самое его основание, расколов надвое и едва не убив священника. Поднялась жуткая буря, которая разогнала гостей, часть из которых укрылась в доме. В том числе и дочь генерала-губернатора, Мари, отправившаяся изучать многочисленные покои будущей святой обители вместе со своим возлюбленным Тони. Который, к несчастью, был всего лишь сыном местного коробейника.

Обнаружив отсутствие дочери, губернатор тут же отправил людей на её поиски. Спустя несколько часов удалось найти только Тони, который сидел в одной из спален южного флигеля, уткнувшись носом в угол, и вновь и вновь считал до десяти в обратном порядке. Он считал и когда его допрашивали, и сидя в суде, на скамье подсудимых, и позже, в клинике для умалишённых, до самого своего последнего дня. А вот Мари так больше никто и не видел.

После этого случая Мартин Григгер изменил своё решение о создании обители в Блумберге, слишком уж плохая была бы у неё репутация, а вскоре вовсе переехал в другой город, где успешно продолжил начатое дело.

Шли годы, у особняка сменялись владельцы, и у всех что-то не ладилось. Дом словно прогонял людей, не желая терпеть над собой чью-то власть. Те из владельцев, кто не появлялся на его пороге, а просто вкладывал средства — могли быть хозяевами дома и его предместья десятки лет. Те же, кто пытался обжить красивый особняк, не протягивали там и года — всегда случалось какое-то событие, после которого глава семьи принимал волевое решение покинуть проклятый дом насовсем.

Последним владельцем особняка до Фримэнов, была престарелая Присцилла Эбенгшот. Странная одинокая дама, переехавшая в Блумберг из-за бомбёжек Лондона ещё в начале сороковых. Ей было всего три года, когда она с родителями начала жить в доме, который отписал им дядюшка, известный в Блумсберге меценат и рантье. Эбенгшоты, в отличие от родственника, были совсем не богатыми людьми и выбирать им не приходилось. Впрочем, в смекалистости отцу этого семейства отказать было нельзя. Вероятно, почувствовав неладное, он предпринял самый умный шаг из всех возможных — превратил дом в гостиницу «с привидениями», а сам отстроил небольшой коттедж на въезде в поместье, где и жил с семьей до самой своей смерти.

Дом долгое время был включен в один из самых популярных мистических туров по Северным Штатам. Ночь в гостинице с привидениями стоила прилично, да и постояльцы подписывали бумаги об отказе от претензий на случай чего… вот только отказ от претензий — ничто для полиции, расследующей убийство.

Это случилось в декабре 1980 года. Незадолго до того на экраны вышел фильм «Сияние» режиссера Стенли Кубрика, который живо подстегнул волну интереса к домам с паранормальной активностью. И вот, один экстравагантный Нью-Йоркский делец решил пощекотать нервишки своих друзей и партнёров по бизнесу, организовав празднование Рождества в «одном из самых жутких домов США».

Присцилла Эбенгшот, на тот момент уже похоронившая обоих родителей, была последней, кто видел их всех живыми. В сочельник, обеспокоенная криками и шумом в доме, она вызвала полицию, но в департаменте шерифа, внимательно выслушав её, предположили, что то — просто затянувшееся веселье подвыпивших богатеев. Поэтому патруль отправился к гостинице мисс Эбенгшот только к полудню.

Из двадцати четырех постояльцев рождественской ночи в живых на момент прибытия полиции был только один. Он сидел на крыльце дома, с револьвером в руках и отказался опустить его при приближении сотрудников полиции, сообщая что-то о том, что «те, другие всё ещё в доме, и если он отдаст оружие, то никогда не сможет убежать от них, потому что всё ещё не знает правду», после чего положил дуло себе в рот и спокойно нажал на спусковой крючок.

Даже видавшие виды сотрудники полиции штата, прибывшие в качестве подкрепления из Филадельфии, не могли скрыть своего ужаса от увиденного — дом был буквально залит кровью. Создавалось впечатление, что там орудовала целая банда маньяков-потрошителей, измывавшаяся над своими жертвами всеми доступными способами. В результате всё свели к сумасшествию того самого парня, что застрелился на крыльце — младшего партнёра фирмы, тридцатилетнего белого воротничка, в прошлом с отличием закончившего Йель и намеревавшегося жениться на дочери того дельца, что и затеял эту необычную рождественскую вечеринку.

Предполагалось, что босс не так уж хорошо к нему относился, высмеивал, угрожал разрывом помолвки со своей дочерью, и последней каплей стало некое событие, которое произошло на праздновании. Но кто знает, быть может, так всё и было на самом деле...

После происшествия Присцилла Эбенгшот закрыла свою гостиницу на ремонт, но так и не открыла вновь, вплоть до самой своей смерти в 1998 году. Затем дом долгое время пустовал, перейдя в собственность попечителей исторического наследия штата Пенсильвания. О его громкой истории забыли все, кроме старожил Блумсберга да детворы, по сей день рассказывающей о нём ужасы на ночных посиделках у костра.



Олеся Рияко

Отредактировано: 23.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться