За зимой приходит весна

Размер шрифта: - +

Глава 27

Эвану пришлось задержаться, делая последние фотографии, а затем решая организационные вопросы с герцогиней Кинтайр. Поэтому Эванджелин, ожидавшая его, успела несколько раз запаниковать и успокоиться. Она проматывала в голове речь, которую собиралась сказать Эвану, признаваясь ему в ответном чувстве, затем едва ли не со стоном качала головой, думая о том, какими глупостями она занимается. Речь какая-то, что за ерунда… Но как теперь объяснить все Эвану? Вряд ли он снова заведет разговор первым, после того как она ответила (точнее, не ответила) в аэропорту. Он же не знает, что она просто струсила. Но ей нужно сказать Эвану… Он такой любящий, надежный, страстный – при мысли об этом Иви даже чуть покраснела, подумав о том, какая ночь их ждет сегодня. И Эван заслужил того, чтобы она сказала ему, что любит.

Беда в том, что она совершенно не представляла, как завести этот разговор. А что будет, если Эван обиделся и не ответит ей? Вдруг он разлюбил ее? Нет, девушка затрясла головой: что за ерунда лезет к ней в голову? Это все нервы, мрачно подумала она, решив, что она натуральная истеричка. Промучившись так некоторое время, Эванджелин так ничего и не решила. К тому моменту, как Эван наконец распрощался с герцогиней, бедная девушка уже довела себя чуть ли не до паники. И когда Эван неожиданно подошел к ней, она едва не подпрыгнула на месте.

– Солнышко, ты чего? – улыбнулся Эван. – Моя прекрасная леди замечталась.

– Я… да, – пролепетала Эванджелин. – Немножко задумалась. Поехали? – она заторопилась.

– Поехали, – Эван посмотрел на нее, явно немного сбитый с толку.

Путь домой проходил преимущественно в молчании, но иногда и Эван, и Иви заговаривали ни о чем. Эван вспомнил пару случаев со съемок, Эванджелин рассказала о своем архитектурном проекте. Как сговорившись, оба ни словом не касались темы своих отношений. Эванджелин готовилась к разговору до сих пор, а Эван явно о чем-то догадавшись с любопытством на нее поглядывал. Взволнованная девушка была чудо как хороша. В ее красивом платье-трансформере цвета морской волны она напоминала ему сказочную русалку, иногда он сбивался с мысли и замолкал, думая о том, как он бы снял это платье с нее в спальне. Впрочем, Эван видел и то, что она явно настроилась на какой-то серьезный разговор, а потому спальне придется подождать.

Когда они наконец добрались до квартиры, Эванджелин снова занервничала. Видя это, Эван предложил ей выпить спасительного чая, и они устроились на кухне. Вцепившись в чашку, Эванджелин сделала глоток, попыталась привести мысли в порядок, но поняла, что эта затея безнадежна. Но, не привыкнув отступать, она откашлялась.

– Эван, – начала она, – эмм... спасибо за чай.

– Пожалуйста, – Эван как ни старался, так и не смог скрыть улыбку. – Все как в лучших домах Лондона.

– Ну перестань, – фыркнула Эванджелин. – Сядь лучше, я хочу тебе кое-что сказать.

Но продолжить ей не удалось, из гостиной раздался шум открываемой двери.

Эван с Эванджелин удивленно переглянулись, вскочили на ноги и бросились в холл. На полу, прислонившись спиной к входной двери, сидела Айли. Она закрыла лицо руками, ее трясло от беззвучных рыданий. На ней по-прежнему было алое платье, порядком изгвазданное, туфли на каблуке, в которых она была на вечере, и аляска с меховой оторочкой, в которой она приехала в Лондон из Шотландии. Рядом валялся ее рюкзак.

– Черт, – выругался Эван, бросаясь к сестре. – Айли, что с тобой? Ну же, сестренка, – он обнял ее и крепко прижал к себе. – Иви, воды скорее!

– Ага, – испуганно кивнула Эванджелин и быстро бросилась на кухню, налила в стакан воды и побежала обратно.

Эван тем временем подхватил Айли на руки, внес ее в гостиную и устраивал на диване.

– Ну что такое, сестричка? Что с тобой стряслось? Где Эд?

– С ним все в порядке? – взволнованно спросила Эванджелин, подавая воду.

– Да пошел он! – выдавила девушка сквозь слезы. – Был в порядке, когда я уходила!

– Что? – растерялась Эванджелин. – Айли, что случилось?

– Ну тише, тише, – Эван прижал к себе сестру, знаком попросил Иви отдать ему воду и поднес к губам сестры стакан. – Выпей хотя бы немного, постарайся успокоиться.

Она вцепилась в стакан и судорожно отпила несколько глотков.

– Растопи камин, брат, хочу сжечь это платье, – она присовокупила к просьбе цветистое ругательство. – А потом я хочу выпить виски. И застрелиться. У тебя есть пистолет?

– Нет, – ответил Эван, – а если бы был, я бы тебе не дал. Ну же, не плачь, расскажи, что случилось. Ни о чем не волнуйся, ты не одна. Я всегда помогу, только расскажи.

Айли нервно сглотнула. Она уткнулась в колени и, тяжело вздохнув, произнесла глухо:

– Я… не могу. Он сказал… Нет, Эван, правда. Не могу. Мы поссорились. Он больше не любит меня. Может быть, он никогда не любил меня, – она снова вздохнула и добавила едва слышно. – Наверное, ты был прав. Я ему только для одного была нужна…

Эванджелин ахнула.

– Айли, нет, ты не можешь так говорить! Эдгар любит тебя! Вы поссорились… он, наверно, вспылил, потому и сказал тебе что-то обидное, но я уверена, что он любит тебя.

Айли резко подняла голову и вперила в нее ненавидящий взгляд:

– А ты вообще молчи, – прошипела она, – с тобой-то он так не разговаривает! Расскажи Эвану, как проходили наши вечера, пока его не было! Расскажи, к кому Эдгар обращался за советами и помощью! Да если бы это было разрешено, твой брат бы с удовольствием женился бы на тебе! А ты ему, случайно, взаимностью не отвечаешь? Может, ты поэтому такая холодная в компании моего брата?



Ольга Костылева

Отредактировано: 09.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться