Заброшенное кладбище

Глава 2

Как часто поступок, свершённый давно,

На многое в жизни влияет;

И вроде бы мелочь, но он всё равно

Как ядом тебя отравляет.

Увы, не воротится время назад,

А заново путь не начнёшь ты,

Но всех поражений, удач твоих ряд

И будет носить имя – опыт.

Моя тёзка и однофамилица, умершая в тот день, когда я родилась?

Меня всю передёрнуло. Я быстро развернулась, перемахнула через заборчик и поспешила обратно к выходу. Ноги застревали в сугробах, я спотыкалась, в голове мысли тоже путались одна с другой.

«Это только совпадение, – говорила я сама себе. – Подумаешь, на свете сотни Изабелл и столько же людей по фамилии Конрой. Ничего особенного. Будь там Изабелла, например, Стивенс, умершая в мой день рождения, я бы и внимания не обратила».

Но там была похоронена не Изабелла Стивенс. Когда я уже вышла на центральный пятачок, то заметила торопящегося навстречу доктора – он шёл со стороны средней дорожки. Пойди я по ней – и избежала бы такого тягостного открытия. Не знаю почему, только оно оставило в моей душе именно неприятный осадок. Лишний раз напомнило о смерти. О том, как близко я находилась к ней всего пару  дней назад.

Арендт с удивлением посмотрел на меня, но пока мы направлялись к карете лишь сказал:

– Извини, что так долго. Ты не замёрзла?

Когда я отрицательно покачала головой, он продолжил:

– Снегом занесло дорожки, быстро добраться не получилось. Сюда приходит мало людей, и я вообще не уверен, что тут есть сторож, который бы следил за порядком. Это же старое, заброшенное кладбище, здесь уже лет двадцать никого не хоронят.

«Вовсе нет, шестнадцать лет назад на нём погребли некую Изабеллу Конрой», – вдруг произнёс мой внутренний голос.

От неожиданности я вздрогнула. Или я схожу с ума, или нужно хорошенько отдохнуть! В тревоге я нащупала сквозь накидку мешочек с волшебными кубиками, который часто носила с собой на шее – один из немногих предметов, оставшихся на память от родителей. Убедившись, что он на месте, мне стало легче.

– Просто вышла размяться, – промямлила я.

– Вот и ладненько, – бодро заявил мой спутник и открыл дверь кареты. – Ещё десять минут, и мы уже будем дома, в тепле.

Экипаж тронулся, а я сидела и не знала, что сделать, чтобы хоть как-то отвлечься и побороть свою нервозность. Только мысли упорно возвращались к тому надгробию с вишнёвым деревом. Наверное, несмотря на плохое освещение, доктор заметил моё состояние, но тактично решил не вмешиваться. Так мы и ехали пару минут молча, пока я не спросила:

– Вы часто приезжаете туда?

– Нет, четыре раза в год – в день рождения и смерти родителей. Это Ханна распоряжается, чтобы за могилами ухаживали.

– А сколько людей там похоронено? – непонятно с чего ляпнула я.

– Право, затрудняюсь ответить на заданный вопрос, – вымолвил доктор. – Может несколько сотен, может больше.

Несколько сотен. Не очень много для совпадения среди всех существующих имён и фамилий. Но хватит, сколько уже можно о нём думать!

Как раз в этот момент карета заехала во внутренний двор средней по размеру усадьбы. Я вышла наружу и чуть не упала – мои ноги отказывались крепко стоять. Словно этого было мало, закружилась голова и потемнело в глазах… Арендт подхватил меня и, опираясь на его сильную руку, я вместе с ним вошла внутрь дома.

Первым навстречу в гостиную, примыкавшую к входу, выбежал Берти – любимец доктора, старый серый пёс породы веймаранер. Это была дружелюбная собака, которая с радостью доверялась любому человеку, кто уделял ей внимание. Следом вышла высокая сухопарая седоволосая женщина с холодным взглядом. Она с удивлением посмотрела на нас.

– Ханна, Изабелла поживёт здесь несколько дней, – объявил ей Драйзер.

Та едва кивнула, но ничего не сказала. Мне же стало ещё хуже – я с трудом различала окружающую обстановку, в голове стоял звон и показалось, что я сейчас умру.

Не помню каким образом доктор и экономка помогли мне подняться наверх, куда-то привели и уложили на кровать. Так как я была не в состоянии что-либо делать, Ханна сняла с меня верхнюю одежду. Арендт тем временем принёс горькую микстуру и заставил её выпить. Кажется, я спросила, что это, а он вроде бы ответил, что разработанный им напиток с восстанавливающим действием. Едва я выпила средство, как тут же упала в постель и погрузилась в беспамятство.

Я заснула, но мой сон не был спокойным. Глубины подсознания подсовывали интерпретации недавних событий, и я переживала их, будто всё происходило по-настоящему.

Вот я стою одна на приёме у мэра Туманного города. Рядом кружатся весёлые пары, только ко мне никто не подходит с приглашением и от этого неловко. Задев меня подолом развевающегося платья, мимо провальсировала Ребекка с Гарольдом. Они не отрывали взор друг от друга, над чем-то смеялись и выглядели счастливыми. Как я была рада увидеть молодого человека хотя бы во сне! Скоро танец закончится, я подойду к нему и поздороваюсь. Но нет, вальс продолжался, как и моя пытка.