Забытые

Месть

Весть о ведьме в мгновение ока разлетелась по окрестностям. Ее казнь должна была послужить жестоким примером для неверных. Хозяин поместья нервно переходил из одной комнаты в другую, буквально выплевывая слова:

– Месть князя необратима и коварна! Это должны знать все!

Он уже не думал об умершей дочери. В его безумной голове было лишь место для мыслей о жестокой расправе. Он тихо хохотал, выглядывая из окна своего старого дома.

– Погода на редкость хороша, – с удовольствием покивал он в пустоту.

***

Грязные веревки больно впивались в кожу запястий. Но Майе было уже все равно, она с непонятной тоской оглянулась на особняк, в котором прожила всю свою жизнь. Он так и не смог стать ее родным домом. В нем все было чужое. Однако сейчас, осознавая, что никогда не вернется под его кров – девушка поняла, что будет скучать по его унылым комнатам.

Раны на руках от жестких пут кровоточили. Но сколько Майя не старалась – не удавалось ни на дюйм ослабить узлы.

Ее волокли сквозь гомонящую толпу, которая с неистовой радостью заулюлюкала, едва завидев ведьму. Трудно было поверить, что это те самые люди, за чьей жизнью Майя с завистью наблюдала, когда сбегала из особняка. В деревеньке они казались добрыми и ласковыми. Их тихая уютная жизнь так манила раньше.

Но сейчас…

Лица перекошенные от странного восторга. Фальшивого. Они не хотели ее смерти, даже не верили в ее виновность. Но в них говорила не честность, а подобострастие и готовность идти на что угодно, ради спасения своей шкуры. Подобно стае голодных, побитых собак, они с радостью наблюдали за каждым неловким движением девушки.

Какие люди – таков и мир, с ужасом поняла Майя. И внутри загорелось внезапное желание поскорее покинуть его.

Произвол и жестокость больше не затронут ее...

Но когда вспыхнула первая соломинка – страх опутал сознание, Майя слышала треск нарастающего пламени. Слышала довольные выкрики людей. Огонь еще не воспылал всей своей мощью, но кожа на ногах уже покраснела и покрылась волдырями. Боль пронзала все тело, заставляя все мысли уйти прочь, оставив лишь одну.

Когда же наступит конец?

***

Арий в который раз прокрутил свой безумный план в голове. Сложно было заставить себя переступить через страх. Пойти наперекор всем. Его ладони нервно сжимались в кулаки, голову стягивала непонятная боль волнения. Он никогда бы не отважился на подобную авантюру. Но сейчас в его душе горело ярким пламенем негодование. Арий глубоко вздохнул, соглашаясь с внутренним голосом, велевшим ему нарушить негласные правила.

Отец с маской безразличия на лице наблюдал за жестокой расправой. В его глазах зияла пустота, словно эмоции – не его удел. Но Арий знал: эта невозмутимость – ложная, как и все, что отец делал ради сохранения своего статуса. Власть была самой важной ценностью, куда важнее человечности. И юноша не мог винить старого князя в этом.

Что ж...

Юный княжич чувствовал, как пульс бьет в висках. Кончики пальцев покалывает. Нетерпение и страх рвутся наружу, грозясь выдать намерения Ария.

Губы княжича растянулись в жуткой, почти безумной улыбке. Даже родной отец не ожидает от него такого.

Уже даже ради этого стоит рискнуть...

***

Майя слышала треск пламени и гомон людей будто через туман. Девушка сама не понимала, что кричит от невыносимого жара и пытки. Огонь еще никогда не причинял ей столько страданий. Она почти ничего не видела. Страх обрушился на девушку волной, ей казалось, что она сходит с ума.

Боль заглушала все, но даже она не могла скрыть испуганные вопли народа и крик князя. Все произошло быстро, хоть для нее это тянулось на протяжении веков.

"Рассудок помутился," – подумалось ей.

Иначе невозможно было объяснить то, что чьи-то сильные руки вырвали ее из обманчиво горячих объятий смерти. Сознание не выдержало боли и шока. Оно просто предательски ускользнуло.

***

Кто-то грубо толкает Забытую, сгоняя обрывки сновидений. Или воспоминаний? Кто знает?

Толкнувший бормочет что-то неподобающее себе под нос и скрывается во мраке. Ее передергивает от холода и нахлынувших обрывков событий, что так угодливо предлагает неверная память. Дрожащие руки обхватывают сильнее изуродованные шрамами от сильных ожогов ноги. Как же так вышло, что она осталась одна?

В памяти пролетают картинки таких далеких воспоминаний, Она пытается отыскать среди них ответ на свой вопрос, и вздрагивает всем телом, когда вспоминает.

***

Уставший конь уже начал спотыкаться, когда хозяин решился остановиться. Шума погони не было, будто сама судьба помогала беглецу укрыться. Арий лихорадочным взором осмотрел Майю, так и не пришедшую в себя. Ему вдруг стало страшно. Что, если она не вернется? Что, если ее сознание навеки покинуло слабое тело?

Юный княжич понимал, что без помощи ему не обойтись. Он гневно пнул ствол дерева, стараясь сдержать крик боли, которая, однако, не смогла затмить панику. Он проклинал сам себя, что вдали от отцовского имения оказался настолько бесполезным и ничтожным!

– Лекарь, нужен лекарь, – в забытьи повторял юноша.

Кровь кипела в жилах, он не мог был усидеть на месте, а потому вновь вскочил на загнанного коня, аккуратно удерживая Майю. Только бы не стало слишком поздно.

***

Утекло много воды с тех пор, когда княжичу удалось отыскать знающего человека, согласившегося обучить юношу необходимому. Арий купил за бесценок старую хижину вдалеке от народа, на скалистом побережье, где попытался создать уютный дом для них двоих. Это было сложно, спустя стольких лет жизни в славном особняке отца. Однако он нисколько не жалел о своем глупом, но таком правильном поступке.