Забытые сказки

Размер шрифта: - +

Стрекоза (новогодняя сказка)

В одном маленьком-маленьком городе, о котором и не слышал никто, жила-была девушка, и звали ее… А, впрочем, неважно, какое имя было напечатано на главной странице ее паспорта. Сама себя она предпочитала называть Сумрак. 

Сумраком как-то давно назвала ее мать, намекая, что дочке пора бы уже перестать быть такой букой и начать уже как-то с людьми общаться. «Социализироваться», - как говорила подруга матери, представлявшаяся всем психологом. Ну, какие-то курсы по психологии она и вправду закончила и с тех пор мнила себя серьезным специалистом. 

Мать волновало, что дочка, любившая черный цвет, грустные книги и мрачную музыку, останется без мужа, а ее оставит без внуков. 

Сумрак кивала, обещала вот-вот пойти в клуб с мифическими подругами из универа, и, как только начала прилично для маленького-маленького города зарабатывать, тут же сняла квартиру и стала общаться с родительницей в основном по телефону. Работала она в сети, делала переводы, писала приличные статьи, а в контакты с людьми из плоти и крови вступала все реже. Аватарки и текст на мониторе ее вполне устраивали. 

Как вы можете догадаться, новогодние праздники она не любила. Все это семейное и дружеское, шумное, брызжущее шампанским и взрывающееся фейерверками было ей неприятно. Единственное исключение она делала для мандаринов. Эти смешные оранжевые шарики напоминали о чем-то теплом, радостном, ярком, чего никогда не случалось в ее жизни. Такое вот странное дежавю. 

Как-то вечером, когда Сумрак шла из магазина, ей пришлось пройти мимо новогоднего базара, стихийно возникшего в небольшом сквере, через который пролегал ее путь. Полные продавщицы в тулупах и валенках громкими голосами расхваливали свои елки и гирлянды, и от их криков почти сразу разболелась голова. Девушка ускорила шаг, стараясь как можно быстрее проскочить мимо палаток, как вдруг ее внимание привлек странный зеленоватый отблеск. Она повернула голову и среди мишуры, снеговиков, елочных шаров и розовых поросят, символов наступающего года, увидела стрекозу. 

Непонятно, как ей вообще удалось ее заметить: изящное тельце и ажурные крылышки стрекозы были сделаны из тонюсенькой проволоки, а вместо глаз были крошечные изумрудного цвета стразы. Их-то отблеск и привлек ее внимание. Одинокая стрекоза среди поросят почему-то напомнила ей ее саму. А еще она вспомнила свою любимую детскую сказку про стрекозу Люсю, которую никто не мог рассмешить. Ей казалось, что у той сказки был неправильный конец, поэтому она не дочитывала ее, а каждый раз придумывала свою версию. 

Девушка взяла почти невесомую фигурку на ладонь и спросила у продавщицы: 
- Сколько? 
-Эта? Да… за тридцать рублей отдам, - продавщица посмотрела на стрекозу так, будто впервые ее видела. - Ты лучше посмотри, какие у меня тут поросята есть. Вот на коньках, а вот повар, нравится? А вот… 
Девушка не стала дослушивать очередное «вот», нашла в кошельке три десятирублевые монеты, положила на прилавок перед продавщицей и почти бегом бросилась в сторону дома, бережно держа стрекозу в руке. Ей казалось, что в сумке она непременно сломается. 

Дома Сумрак повесила стрекозу на старенькую настольную лампу, которую включала каждый вечер, когда садилась почитать. Стрекоза редко вела себя спокойно – все кружилась и сверкала зелеными глазами. Иногда ночью Сумрак казалось, что стрекоза будто бы ожила и улетела куда-то: в доме становилось пусто, как бывает, когда из него навсегда уходит кто-то важный. Но с утра стрекоза всегда была на месте. 
О наступлении Нового года Сумрак напомнили радостные крики «С новым годом, с новым счастьем!», которые слышались из-за стены. Соседи, прослушавшие речь президента и бой курантов, приступили к главному – еде и выпивке. 

«Ой, ну нафиг, пойду лучше погуляю. Там хоть Пугачевой и Баскова не будет», - подумала девушка и отправилась на улицу. 

Улица встретила ее необычной тишиной. Ни прохожих, ни взрывов петард, ни нетрезвых воплей. Сумрак поначалу даже стало как-то не по себе, но темнота в теплом оранжевом свете фонарей казалась почти дружелюбной. А когда она подняла голову, то увидела звезды и, как ей почудилось, услышала их легкий звенящий смех: «Не бойся, девочка, все хорошо!» 

Впервые маленький-маленький город показался девушке красивым и каким-то немного застенчивым. «Хэй, а мы могли бы с тобой подружиться», - подумала она и направилась знакомой дорогой в сторону площади. Там было также безлюдно, и только памятник Ленину перед ДК, окруженный пушистыми ёлочками, как обычно, указывал верный путь. 

Сумрак развеселилась, помахала памятнику и пожелала ему счастливого Нового года. И в этот момент на одной из ёлочек заметила знакомый зеленоватый блеск. Когда она подошла поближе, выяснилось, что ей не померещилось: это была её стрекоза. Девушка осторожно взяла ее в ладонь и почувствовала, как трепещут проволочные крылья. 

Нет, она не превратилась в фею, какими их изображают на картинках, но она ожила. Сумрак даже не удивилась, она сразу знала, что у нее поселилась не простая стрекоза. Не удивилась она и когда стрекоза посмотрела на нее своими глазами изумрудного цвета и заговорила с ней: 
- Каждый год я исполняю одно желание одного человека. Тысячи людей проходит мимо меня, и лишь один замечает. Тот, кому это нужно. Ты заметила меня, принесла в свой дом и отогрела. Теперь подумай и скажи мне, что ты больше всего хочешь. 

И Сумрак загадала свое желание. 

Стрекоза засмеялась, вспорхнула с ее ладони и, несколько раз взмахнув крыльями будто бы на прощание, растворилась в темноте. А Сумрак отправилась домой, потому что поняла, что замерзла. 

Соседи за стеной уже перешли к танцам, с улицы слышался грохот взрывов и песни, но девушку это совершенно не раздражало. Она знала, что ее желание уже начало исполняться. 
 



Нэми Риган

Отредактировано: 23.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться