Забытый чародей 4. Лабиринт воспоминаний

Размер шрифта: - +

Часть 3

Ольгин телефон объявил о собственной недоступности. Мобильник Глеба Вениаминовича тоже, хотя сыщик заверял, что круглосуточно на связи. Я перелистала записную книжку в мобилке в поисках номера Алексея Даниловича. Но, посмотрев на его имя несколько секунд, передумала звонить. Два первых абонента, получив смс-ки о пропущенном звонке, обязательно свяжутся. Дома среди знакомых вещей и хмурых родственников мысли о потусторонних вещах перестали казаться срочными. Я занялась лечением питомицы и домашними делами, не думая ни о сегодняшнем происшествии, ни о завтрашнем рабочем дне.

Однако спокойного и среднестатистического вечера не получилось.

- Ты такой же бесхребетный гад, как папаша! - раздался с кухни Яськин ультразвук.

- А ты - зануда! Не удивительно, что никто замуж не берет! - припечатал Ярик.

Уронив ворох белья, не донеся до стиральной машины, я ринулась на звук разборок, не понимая, что за новый катаклизм приключился. Близнецы и раньше ругались, но прежде на личности не переходили и по больным местам не ударяли. Вбежав на кухню, я застала брата и сестру, стоящих напротив друг друга с порозовевшими щеками. Ох, хорошо, что маман ушла по магазинам, чтобы развеяться!

- Что происходит? - грозно потребовала я ответа.

- У него спроси! - огрызнулась Яська.

- Я тебя спрашиваю. Говори!

Сестрёнка сердито засопела и посмотрела на близнеца с отвращением.

- Он рад, что отец возвращается. Подружиться хочет!

По моей голове словно обухом долбанули. Со всей дури.

- Стоп, - я повернулась к Ярику. - Ты же был против.

- Был, - братец сложил руки на груди. - Теперь передумал. Это нормальное желание - познакомиться с родителем.

- С родителем?! - зашипела Яська. - Он нам никто! И звать его никак!

- Тебе, может, и никто! - лицо Ярика перекосилось. - А я без мужского влияния вырос. С четырьмя женщинами. Полоумными на все головы! Мне нужен отец!

- Вот, значит, как?! Полоумными?! - сестренка пошла в наступление, но я её оттолкнула и встала перед братом.

- Вообще-то у твоего отца есть другой сын! Тот, которого он не бросает и воспитывает!

Ярик смерил меня злым взглядом и покинул поле боя. Не только кухню, но и квартиру. Мы с ошарашенной сестрёнкой услышали, как хлопнула входная дверь. Так, что посуда над мойкой задрожала.

- Весь в папочку, - процедила Ярослава. - Проще сбежать.

Братец не объявлялся до позднего вечера. Вернулся, когда остальные спали, а я сидела у себя за ноутбуком, переписываясь в соцсети со знакомыми из других городов. Ярик не рискнул наведываться на кухню и подъедать запасы, осторожно пробрался в зал и свалился спать.

Мне тоже следовало отправляться на боковую. Понедельник предстоял нервный. Прежде чем выключить ноутбук, я пробежала глазами местный новостной топ. Ничего глобального в городе, по-прежнему, не случилось. В рейтинге умудрилась остаться информация о празднике в зоопарке в честь именин белого медвежонка.

Стоп!

Я протёрла глаза и перечитала строчку. Там действительно значился отпрыск северных мишек. Странно. Почему же мне запомнилось, что выбирать имя планируют тигрёнку?

 

****

Утром братец удрал из дома без завтрака. Я последовала его примеру, только кофе наспех глотнула. Слишком уж хмурыми выглядели маман с Ярославой, в гробовом молчании сидевшие на кухне. Присоединяться к ним не было ни малейшего желания. Родительница не знала о перемене мнения дражайшего сыночка, но её настроение опустилось ниже плинтуса. Сестрёнка разрывалась между желанием сдать близнеца и страхом за собственное здоровье.

Глаз Жозефины-Симоны выглядел значительно лучше. На радостях нахалка попыталась отвертеться от целебных процедур, но я мастерски поставила её на место, пообещав подарить Устинову за непослушание. Кошь смирилась, стойко выдержала все «экзекуции», зато потом, пока я наводила марафет и одевалась, ворчала, не переставая. Припоминала и вчерашнюю поездку под дождём, и попытку похищения её драгоценной особы невидимкой.

- Никакого толку от твоих магов! - высказала она с досадой. - Могли бы и перезвонить. Вот так они нас с тобой ценят.

Признаться, меня саму удивляло молчание Ольги и Глеба Вениаминовича. Сами же просили обращаться, если произойдёт что-то из ряда вон. По дороге до метро я вновь набрала обоих. Сотовый сыщика, как и вчера, находился вне зоны доступа. Телефон дочери чародея отозвался длинными гудками, но ответа не последовало. Я обиделась. Что за игнор? Должны же понимать, что не просто так звоню!

...На работе встретила катастрофа. Моя персональная. Глобальная. Друг за другом позвонили три клиента - сообщить, что недовольны новыми вариантами статей. Велели всё переделать с нуля. Один так громко плевался в трубку, что оборачивались все, кто находился в комнате. Замредактора Галина вызвала меня на разбор полётов. Но что я могла сделать? Только развести руками. Это был не закон подлости, а форменное издевательство небес!

- Статьи не плохие, - заверила я в оправдание.

- Не плохие, - кивнула Галина сосредоточенно. - Но моё мнение заказчикам не указ. Два текста придется перенести на следующий номер. Один попытаемся добить в этот. Передам его Ивушкиной.

- Но...

- Здесь нужен свежий взгляд. А у тебя материал о детсаде. Марш работать! Чтоб к вечеру текст был у меня.

Пришлось подчиниться. Но процесс не желал ладиться. Материал получался однобоким: с мнением родителей пострадавшего мальчика, да скучными комментариями многодетной активистки и заслуженной воспитательницы на пенсии. После пары дюжин звонков одна сотрудница проштрафившегося садика согласилась пообщаться на условиях анонимности. Но потом испугалась своих слов и велела не включать комментарий в статью.

Я села обедать лишь в четвертом часу, не отходя от рабочего места, чтобы не раздражать отсутствием Галину, которая и так каждые пятнадцать минут заглядывала к нам в комнату. Попыталась отвлечься и открыла сайт театра, обещавшего в конце сезона новую мистическую постановку. Надо сходить. Наверняка, спектакль получится нетривиальный. Однако...



Анна Бахтиярова

Отредактировано: 23.05.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться