Зачарованная деревня

Часть 1. Глава 1. Предостережение

1

А вот и поворот, за которым начинается сказка! Они съехали с шоссе на пыльную дорогу, пролегающую через светлый душистый сосновый лес; за деревьями бежала тонкая речка и запах воды долетал до Али, которая только что не мурлыкала от удовольствия — неужели после стольких лет Рысевка снова рядом?

— И как я мог согласиться?! Только покрасил машину и на тебе — «неделька на свежем воздухе»! — сидящий за рулем лучший друг Али Костик, за добрых пять часов пути еще не устал обвинять ее в коварстве.

— Прекрати пыхтеть, как старый чайник! Мы почти на месте. Ты сразу влюбишься в Рысевку!

Парень театрально надул губы и свел брови; на округлом лице проявились ямочки, которые свели на нет старания Костика образумить Алю, сделав его похожим на разгневанного ребенка.

— Уже влюбился! Осталось дождаться, пока моя красавица застрянет в местной колдобине, вот тогда повеселимся!

Костик не был любителем природы; точнее он мог полюбоваться на цветы, прогулявшись по Ботаническому саду и сделать несколько удачных фотографий в парке или в заповеднике, но «дикая» природа, начинающаяся за кольцевой дорогой, выводила его из себя; грязь, мошкара и другие прелести загородного отдыха были созданы для того, чтобы Костик страдал.

Зануда, да и только! Впервые Аля увидела Костика в институте, когда училась на первом курсе: нечто, облаченное в нелепо яркие обтягивающие джинсы, спускалось по лестнице с огромной кипой папок. «Какая-то белая горячка идет», — подумала она, смотря на толстые ноги, которые важно ступали по ступенькам, словно их владелец направлялся по красной дорожке. Когда их обладатель оказался рядом, Аля разглядела «горячку» воочию: это был совершенно круглый человечек; он не был слишком толст, просто в его фигуре не наблюдалось никаких острых углов: коротко стриженный ежик блестел в свете ламп, напоминая Шалтай-Болтая из Алисы в Стране Чудес; пухленькие ручки, широкая улыбка и немного искривленный нос, странным образом придавали ему сходство с волчонком, но только с плюшевым. Довершало все действо юркие глаза, которые моментально прошлись по ее фигуре и задержались на туфлях (к слову, ходить на них было невозможно, но смотрелись они божественно).

— Обалдеть! — заметил кругляш и прошел мимо, виляя задом.

Через несколько дней они вместе пообедали, обсудив за едой практически всех однокашников, и с тех пор больше не разлучались. Костик даже иногда оставался ночевать у Али (конечно, по-дружески), поэтому со временем в ее комнате поселились его ушастые плющевые тапки и жуткий цветастый халат.

И вот, несмотря на занудство, Костик согласился поехать (хотя уговаривать его пришлось чуть ли не неделю — родители как раз в это время уехали в ежегодный отпуск на юг и Аля начала бомбардировку вкусняшками). Аля была ему безумно благодарна, но старалась не подавать виду — чтобы он совсем не зазнался. Хотя, кто бы еще согласился отправиться в богом забытую деревеньку за поисками… но, обо все по порядку.

В Рысевку Аля приезжала больше десяти лет назад и всего на одно лето; ей очень полюбился дом, а еще больше лес — чудесный, добрый мир, в котором она любила затеряться и помечтать; а ночные посиделки с бабушкой, когда та вспоминала свое детство или рассказывала сказки, навсегда остались в памяти, как самые теплые, спокойные и уютные минуты. Правда тогда же Аля впервые поняла смысл фразы «всему приходит конец» — когда мать со страшным скандалом забрала ее обратно в город. Что стало причиной размолвки и почему мама с тех пор настрого запретила говорить о Рысевке, осталось неясным. Она продолжала молчать даже после смерти бабушки, хотя и страшно горевала по ней. С поминок в деревню больше не возвращались, только отец раз заехал туда и заколотил дом досками.

Так Рысевка и осталась бы детским воспоминанием, если бы не сны, которые преследовали Алю в последнее время: это всегда был лес — знакомый, родной, душистый — и чудовище… Нет, разумом она понимала, что бояться своего самого страшного детского кошмара просто глупо, но когда зверь склонял морду и она чувствовала смрад его дыхания на своей коже… Нет! Это невозможно терпеть!

Но почему кошмары вернулись? Аля думала об этом каждый день, пока, наконец, не решилась ехать в Рысевку; про чудовище рассказывала бабушка и ее так тянет в лес — может, пройди она по знакомым местам и убедившись, что там все по-старому, внезапное наваждение покинет ее? А то уже перед родителями стыдно — каждую ночь просыпается с криком и всех будит… И еще одно… Аля не хотела признаваться в этом даже сама себе, но ей страшно хотелось получить весточку от бабушки — записку или неотправленную открытку — с объяснением, почему все так получилось, почему она так легко ее отпустила? Что произошло в тот день?

И вот, наконец, они в пути! Торжественность момента портил только Костик, который продолжал бурчать под нос нечто похожее на «очень чувствительная неврастеничка», и поминутно оглядывался на всклоченного беспородного пса Али, который довольно развалился на кожаных сидениях.

— У него текут слюни, — мрачно резюмировал Костик.

— Не нуди, как старая дева! Шизя никогда так не делает! Я все подотру…

— Ага, значит все-таки делает! — Костик победно поднял указательный палец, не отрывая глаз от дороги, но по интонации Аля поняла, что прощена.

— Ни-ко-гда! — ответила она и прижалась к плечу Костика.

— Не подлизывайся, тебе все равно придется готовить все выходные.

— Пицца?

— Нет, ты наказана и будешь худеть. Иначе как мы найдем тебе принца?

Аля обидчиво щелкнула свой плоский живот.

— А вот я с удовольствием, — продолжил Костик, — мой пресс нуждается в дополнительной нагрузке.