Зачётный профессор

Размер шрифта: - +

Урок седьмой: Пока гром не грянет, гусь свинье не товарищ

Исходя из собственных наблюдений, Тимур вывел формулу того, что женщинам важнее частота встреч, а не их продолжительность, поэтому можно затянуть одно свидание на целый день и рассказать о себе совершенно всё: при следующей встрече дама скажет «мы лишь второй раз видимся», а если в течение месяца проводить с ней по полчаса-часу, то ей будет казаться, что знакомство уже продолжительное, даже если сумма времени выйдет меньше. Предполагая, что Ника тот тип, который предпочитает давние знакомства и быстро не сдастся, он не стал приглашать её в кино или ещё куда-нибудь, после кафе (к тому же, у него имелись и другие дела). Для первого раза достаточно.
Запомнив в прошлый раз адрес, Тимур сориентировался и, без поправок подвез Веронику к нужному подъезду, всё так же галантно выходя из-за руля и помогая ей выйти. Благо, что она жила в месте, где просматривалось пространство и папарацци и фанаток видно стало бы за версту. Сейчас никого подозрительного не было, и присутствие Баскаева в сопровождении женщины никем не осудится и не обсудится.
- Спасибо за приятно проведенное время, - поблагодарил молодой мужчина у железной двери, целуя руку Нике.
- Взаимно. Ты разносторонний собеседник. Это редкость. – Их глаза встретились, и пользуясь моментом кое-кто стал играть страсть и похоть. Но, поскольку выражения глаз были примерно одинаковыми, трудно сказать, кто не играл.
- Когда мы можем увидеться снова? – Тимур легонько хлопнул себя по лбу. – Я ведь так и не стал счастливым обладателем твоего номера телефона!
- Это легко исправимо, - Ника достала из сумочки свою визитку на жемчужной, чуть шершавой бумаге, где стилем шрифта Monotype Corsiva были выведены её регалии, имя и контактные данные. Выбранное оформление, на вкус женщины видевшееся утонченным, показалось Тимуру флиртующим и лишенным той строгости, которая была во всем остальном. Уж не напускная ли эта суровость? Только остроумие и выдавало в спутнице способность к неделовому общению. – Звони и договоримся, только не слишком поздно.
- Не слишком поздно по времени, или не тянуть слишком со звонком, чтобы не стало поздно? – сыронизировал он. Добавив второе ради красного словца, он искренне считал, что за такими доцентами стаями не вьются, и поздно быть не может, даже если вспомнить о ней в следующий раз через десять лет. Но раз суть была в споре, то тут поджимало его собственное желание выиграть.
- Слишком поздно по времени неприлично в принципе и не нуждается в уточнении, - улыбнулась Ника.
- А как же пожелать сладких снов? – медленно сполз пальцами по пальцам Тимур, выпустив её руку.
- Но ты же не знаешь, во сколько я ложусь спать. - «Часов в десять, дочитав статьи в научной газете!» - усмехнулся про себя фальшивый ухажер. Женщина немного наклонилась к его уху, поскольку он стоял ниже на две ступеньки крыльца. А точнее, ухо было недостигнутой целью, и её губы остановились где-то возле щеки, не касаясь её. – Но мы же не подростки, чтобы желать такое по телефону? Взрослые люди делают сны сладкими, а не желают их.
Сбитый с толку Тимур едва не оступился, услышав подобное. Они вроде пили только кофе, и леди не употребила алкоголь, чтобы её побудили к подобной фразе иные импульсы, кроме собственного, исконно присущего. Скользнувший по коже приглушенный голос, не столь резкий, как на лекциях, заставил поёжиться. Это что ещё за фокус с пошлыми намеками от фригидной старой девы?
- Я…- растерялся он, не зная, очередная это шутка или можно ответить в этом духе? Или за дерзость он получит отворот поворот? Вспомнив о пылких любовниках среди исторических и литературных персонажей, Тимур решил прикрыться честным, благородным пылом. Если что спишет на неудержимые порывы души. – Если бы я только мог посметь подумать… надеяться… что возможно нечто большее, чем звонок по телефону…
- Тимур, - остановила его Вероника, положив руку ему на плечо и, сама похоже решив, что излишне осмелела, перегнула палку для первого свидания, сделала вид, что стряхивала пылинку с пиджака, – я зрелая женщина, которая явно не пробудила с первого взгляда желание на ней жениться. Ты артист, поэтому ни о каких серьёзных отношениях речи тоже быть не может. Глядя на тебя, я не просто не сомневаюсь, а уверена, что ты далек от удовлетворения платоническим общением. Ты здоровый и выглядящий более чем сексуально развитым представителем своего пола, поэтому, скажу прямо, считаю, что ты не только смеешь думать и надеяться, а не ждешь ничего другого кроме как дойти до постели. Разве я не права?
- Ника, ну что ты… - воспротивился он, прекрасно справляясь с ролью благородства, которое готово разуверить в том, что мир поголовно низок, циничен и таков, каким его выставляют другие. Женщина подняла руку, попросив тишины. Тимур замер, не зная, к чему готовиться дальше.
- Я польщена тем, что ты не напрашиваешься ко мне сегодня же «на чай» - да ко мне и некуда, поскольку я живу с родителями, - прозвучало как просьба к принятию мер насчет территории в мозгу Баскаева. – Однако согласись, что цель твоя сосредоточена на физиологии, это и ежу понятно.
- Нет, - покачал головой молодой мужчина, озарившись доброй улыбкой. Искренней. Ему понравилось, насколько сошлась вынужденная бы при таких обстоятельствах ложь с той правдой, которая была на деле. И врать уже не нужно было. Ему не нужен секс. Пари с Костей состояло в том, что следовало пробудить любовь. И до тела Ники Тимуру было мало дела. Как книжному дьяволу, которым обычно считался Костя среди коллег, душа требовалась и старшему. – Я не отрицаю, что ты роскошная и интересная женщина, но ты покорила меня своим интеллектом, и мне важнее то, что у тебя внутри. Я хочу проводить с тобой больше времени и общаться, а что касается секса, конечно, это приятный бонус, если бы до него дошло…
- Дойдет, при правильном приложении сил с твоей стороны, – а это прозвучало как угроза. Тимур не придумал, что изобразить на лице, и на нем застыло нечто безэмоциональное, но одухотворенное. Ника не спускала с него глаз разведчика, допытывающего пленного.
- Хм… гхм. – покряхтел в кулак Тимур, выигрывая время для раздумий. Его брови приподнялись, образовав поперек лба две морщины. – И… как же это «правильно»? Нет-нет, я не концентрирую внимание на том, что этого-то мне и нужно, просто интересно, как это в твоём понимании.
- Не знаю, - вильнула плечами Ника, как другая вильнула бы бедрами, но преподавательницу природа не наградила формами, которыми можно было бы повыбражать. – Подумай, придумай, выкручивайся как-то. Я сама себя под тебя класть не буду, Тимур. Прости за пошлость.
- У меня сейчас создаётся впечатление, что это тебе от меня ничего, кроме секса не надо, - попытался отшутиться мужчина, но Ника приняла его замечание и фактически подтвердила.
- Возможно, я же не успела проникнуться тобой столь глубоко, чтобы захотеть чего-то большего.
- То есть, выходит, что ты изначально согласна на… - всё ещё считая, что перейти на прямолинейный язык – это выйти из образа «ангела», Баскаев не решался называть вещи своими именами, – на постель, но я должен каким-то образом разыграть расклад так, чтобы ты… мм… удовлетворила своё согласие за счет моей настойчивости?
- Естественно, - Ника непроницаемо однократно моргнула, – это же огромный риск – перейти с тобой к интимным отношениям. Ты друг моего студента и всё, что между нами произойдет, может дойти до него. Мужчины сплетники, не меньшие, чем женщины, не пытайся разуверить меня. А мне не нужно косого взгляда с первой парты и потери уважения учащихся. Информация просачивается всюду, если тайну хранит более одного человека. Поэтому надобно, чтобы риск был обоюдоострым. Для этого нужны максимальные затраты с твоей стороны.
Не найдя, где вставить хоть слово, Тимур смотрел на Нику, ожидая, не выкатится ли из её рта ещё какая-нибудь задержавшаяся каверзная тирада. Мда уж, приложила, так приложила. Он медленно, и оттого немного глупо, улыбнулся. Держать полдня эту прозаическую улыбку уже устали не только щеки, но и его внутренний запал.
- Я думал, что когда девушки… - он намерено употреблял эту возрастную категорию, постоянно льстя обвораживаемой. - … откровенны и сразу говорят, чего хотят, то это облегчает дело, но ты умудрилась так всё усложнить, что я совершенно запутался. Я ведь и не говорил тебе, что мне что-то такое нужно, но чувствую, будто навязал тебе резкий перескок на иную ступень отношений. Прошу тебя, Ника, поверь, я не тащу тебя в постель. Давай будем узнавать друг друга, пока не узнаем достаточно хорошо…
- Что ж, если тебе ещё не ясна моя натура, - как-то лукаво и шаловливо повела она взглядом в бок, – то узнавай. Я не претендую на гениальную экстрасенсорику, но думаю, что тебя достаточно узнала для некоторых выводов.
- Ох уж эти девушки! Вечно вы делаете выводы, - добродушно махнул рукой Тимур, – часто преждевременные.
- Ну не вводы же мы должны делать, это не наша прерогатива, – подмигнула Ника, достав ключи и взявшись за ручку двери. Молодой человек окончательно затерялся в джунглях чадящей насмешки над ним и издевки, которые лианами опутали его мозги, лишая работоспособности. Проклятое высокое айкью у дичи! Не положено ему быть выше, чем у охотника, иначе охота обернется пустой обоймой и такой же авоськой, куда надо бы складывать добычу.
- И что же за выводы относительно меня?
- Как сказал Костя– ты святой человек, и по всем твоим словам похоже, что ты высокоморальная личность, однако почему-то тяготишься не к невинной девчонке, своей ровеснице или помладше, а к опытной женщине намного старше себя. Это исключает серьёзность намерений, либо же, бывает и такое, у тебя склонность к уму и интеллекту, типу женщины-покровительницы, которая бы направляла тебя на путь истинный, тогда возможны и весомые планы на будущее. Но я не вижу, чтобы ты походил на поклонника данного типажа. Твои прикосновения выверены с уклоном в близость, ты смотришь в глаза, только когда говоришь комплименты – будто убеждая меня в чем-то, ты говоришь в тональности возбужденно-эротической, а не тем тоном, каким заводил бы беседу человек, жаждущий получить порцию знаний или насладиться диалектическими спорами. Ты хочешь меня соблазнить, но утверждаешь, что секс не первостепенен. Либо ты не понимаешь сам себя, либо ты обманываешь кого-то из нас двоих. И, признаться, меня получается обмануть меньше.
Тимур превратился в статую там, где стоял. Развернутый из обертки праведного образа, как банан из кожуры, он нервно сжал перила, стараясь больше ничем не выдать укол от разоблачения. Как, как, как она это делает?! У него всегда срабатывало, всегда! Ещё ни одна особь не раскусила его сути до того, как он попрощался бы с нею после бурной ночи. Может дело в том, что он не хотел Веронику Витальевну и отсутствие реального вожделения выдало? Нет, это всё её гиперобразованность. Нельзя бабам столько учиться – нельзя! Как их после этого соблазнять? Уму непостижимо.
- Ника, у тебя какое-то предвзятое мнение о мужчинах, - бросил сам себе спасательный круг Тимур. На него взглянул зоркий рентген глаз. Сам того не ведая, он тут же пырнул круг шилом. – Не всем же важнее всего какая-то невинность, есть вещи глубже, а жизненный опыт очаровывает не меньше…
Карие глаза сузились. В них мелькнуло что-то огненно-раненное. Шивон не мог знать, как презирала Ника тех, кто в грош не ставил женскую честь и невинность. Эдаких ценителей «опыта», а проще говоря – разнообразного секса, ей хотелось пользовать и выбрасывать самостоятельно, чтобы поняли, как верно расставлять приоритеты. Она не могла точно сказать, что увидела насквозь Тимура, но он казался ей несколько напыщенным и неискренним. Но она может ошибиться, а потому рубить сгоряча не собиралась. Разве откажется женщина, которой уже нечего терять, от сочного и красивого любовника?
- Захочешь, - конкретизировала она голосом то, что надо было бы от неё хотеть, – звони.
Проникать себе куда-то глубже, чем сантиметров на пятнадцать-двадцать (при неудачном раскладе двенадцать, десять, восемь…), Ника уже никому не позволяла. Годы не те. Тимур коротко кивнул, проявляя понимание и понимая то, что момент упущен и не исправлен. Женщина скрылась в подъезде и он, едва не чертыхнувшись и поджав губы, обернулся к машине. Ночью приедет на съёмки, и что скажет Косте? А ничего! Любая информация – это помощь сопернику, так что фигушки. Пусть сам напорется на эту неуместно похотливую самку. То-то у младшего будет шок, когда он узнает о скрытой стороне училки. Ох уж и училка… как из фантазий школьников, прямо для ролевухи.
Мысль о ролевухе выстрелила куда-то под ребро и оттуда, как залп взболтанного шампанского, ударила в голову. Почему он не думал о том, что Нику можно захотеть? А что, если её раздеть, наверное, она не так уж и плоха, и, судя по всему, далеко не бревно. Хорошо вытраханная женщина привязывается к любовнику, начинает по нему скучать, а там, глядишь, и до любви рукой подать. Это мужикам всё равно, с кем спать, а женщины-то по-любому влюбляются в тех, кто их отменно удовлетворит. Ладно же, Черненко Вероника Витальевна, хочешь постели – будет тебе постель!



AlmaZa

Отредактировано: 21.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться