Задорная Мандаринка

Глава 27. Чулки раздора

Инна.

То, что надеть чулки было плохой идеей, я остро осознаю после обеда, когда меня отправляют съездить к клиенту, служебная машина занята, а на улице резко ударили морозы. Очень вовремя декабрь решил взять своё!

Бегу на метро, от метро до клиента, а потом обратно, и уже на подходе к зданию башни чувствую, что что-то не так. И чувствую я это не пятой точкой, как бывает обычно, а коленями! Опускаю взгляд и - о, май гад, - в районе коленок болтаются мои дорогие чулки, стремительно опускаясь все ниже и ниже, бесстыдно выглядывая уже из-под пуховика. Ускоряю шаг, стараясь ногами придержать капрон на коже, но когда добегаю до лифта, один из чулков уже пейзажно растекается на сапоге.

В лифте подтягиваю предательские изделия, но силиконовые ленты отказываются крепиться к коже! Черт, что за подстава? Из-за мороза что ли?

Следуя модельной походкой к дамской комнате, не красоты ради, а чтоб ляшки при трении удерживали непослушную ткань, оглядываюсь по сторонам. Не хватало мне ещё свидетелей этого позора! В туалете всерьез размышляю над тем, чтобы вообще их снять, к чертям собачьим, но понимаю, как глупо это будет смотреться с моей иссиня-белой кожей. В голову приходит прекрасная идея - вода! Мочу кожу в районе ляшек, а затем и сами силиконовые ленты и - вуаля - чулки плотно прикреплены к телу. Аллилуйя!

В отдел возвращаюсь победительницей жизни, потому что клиента уже передала в сервисный отдел для заключения договора, а чулки это так, мелкие неприятности на пути к великим целям. Да и они себя уже отработали сегодня. Чего только стоил момент на столе в кабинете скота... От воспоминаний в районе живота начинается какое-то странное движение... бабочки, не вы ли, наконец, вылезли из куколок?

Немного позже в дверном проеме появляется голова нового заместителя директора, в лице нашего бывшего начальника Летунова.

- Разумовская! Пошли, - говорит громко и тут же исчезает за дверью. Быстро хватаю блокнот для записей и следую за начальством. Интересно, что за повод?

- На кой черт тебе блокнот? - удивляется он.

- Марк Андреевич, когда руководитель зовёт, надо быть готовой ко всему! - тут же выпаливаю я.

- Сегодня обойдемся без этого. Давай отойдем, - кивает на злополучный закуток, в котором совсем недавно я зажималась с его другом.

- Оке-ей, - протягиваю в недоумении.

- Послушай, - понижает он голос, едва мы заворачиваем за угол. - У Оли скоро день рождения, хочу приготовить ей сюрприз, но без женской руки я в этих ваших штучках не разберусь.

- А! - доходит до меня смысл этого тет-а-тета. - А что хотите сделать?

Он подходит ближе и говорит ещё тише, опасаясь, что кто-нибудь станет свидетелем этого странного междусобойчика. Как назло, именно в этот момент я чувствую, что с правой ноги снова соскальзывает чулок. Но поправлять его при Летунове категорически не хочется, еще подумает, чего не следует! Поэтому я просто подчиняюсь обстоятельствам, игнорирую скольжение капрона и надеюсь, что Марк Андреевич не заметит моего позора.

- Хочу небольшую вечеринку для нее устроить, так, близкий круг, но чтоб сюрпризом. Банально, знаю, но для нее никто такого раньше не делал, думаю ей понравится. Поможешь?

- Ясен пень! В смысле, конечно, сделаю все, что нужно.

- Только не проболтайся, Разумовская, я тебя прошу. Встретимся в восемь у меня на квартире.

Но не успеваю я ответить, как в наши тайные переговоры врывается третье лицо. Разъяренное, бешенное третье лицо в виде Ильи - мать его - Хромова. И не успеваем мы ему что-либо сказать, как его кулак врезается в лицо собственного друга с громким хрустом.

Вот черт!

- Ты какого... творишь?! - сквозь пальцы, зажимающие нос, хлещет кровь, и слова Марка доносятся приглушенно.

- Это ты что творишь, сука! Уже успел соскучиться в браке, решил за старое взяться? Пошел на второй заход? - гневно выплёвывает Хромов, готовый в любую минуту вновь сорваться.

Я дотягиваюсь до его руки, пытаясь немного усмирить гнев, разгоревшийся на ровном месте, но тот откидывает мою руку.

- Ты тоже хороша! Сначала со мной в кабинете, потом с ним прямо в коридоре… - выразительно смотрит на мой сползший чулок. - Да ты самая настоящая шалава, Инна Александровна. - Безумно улыбается он. - А я - идиот!

Толкает Летунова в плечо и удаляется по коридору к своему кабинету. И правда, идиот!

- И правда, идиот! - зеркально отражает мои мысли истекающий кровью начальник. - Разумовская, от тебя сплошные неприятности! Совсем мужика довела, окончательно двинулся на почве недотраха… Переспали бы уже и все.

Молчу, не зная, что сказать.

- Ладно, иди, сам с ним разберусь. Но вы бы заканчивали эти свои офисные игрища, а то люди страдают, - с высоко запрокинутой головой Марк Андреевич скрывается в кабинете Оли, а я так и стою, пригвожденная к месту, не в силах пошевелиться. Что за сцену ревности скот тут устроил? Ударил друга, обозвал меня последними словами… Не похоже на вечно саркастичного Хромова. Видать и правда, крышу снесло, но я-то тут причем? Я вообще просто стояла, а он уже себе надумал невесть что! Поправляю злополучный чулок и в растерянности иду на рабочее место.

До конца дня Хромов больше не объявляется, с извинениями лужей не растекается, как я рассчитывала, произойдет после разговора с другом и на мою смс "отошёл уже?" тоже не отвечает. Ну и ладно, мне же и лучше, на одну бесконечную проблему меньше! Чтоб он вообще больше не появлялся на моем пути!

Вечер проходит в думах о несносном скоте-блондине, который, наверняка, смакует сейчас собственную фантазию о шалаве-Мандаринке. Обвиняет меня во всех смертных грехах и строит гипотезы, какая я на самом деле обманщица. А я ни такая! И не хочу, чтобы он так обо мне думал! Сама не понимаю, почему его мнение меня так волнует…

Тянусь к телефону и набираю Хромова, но абонент - не абонент, и от негодования я перехожу к беспокойству за блондина. Вот дурак эмоциональный, натворит ещё каких-нибудь глупостей!



Амалия Март

Отредактировано: 08.12.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться