Заговор Высокомерных

Размер шрифта: - +

Глава XVIII

Мила тихо выругалась, споткнувшись на ступеньках и чуть не сломав каблук. Выкручивать лампочки в подъездах – это, видимо, еще одна традиция нашего народа, наряду с бросанием мусора в окно квартиры или автомобиля, а также хамством в поликлиниках и магазинах. Дернул же ее черт пойти к Доронину! Тот после ареста Лисневской еще пару дней появлялся на работе, а потом исчез и на звонки не отвечал. Владелец газеты заявил, что уволит Кирилла. Но Мила вызвалась разузнать, что с ним, ведь у человека, возможно, что-то стряслось.

Вопреки ожиданиям, Доронин не был пьян и дверь открыл сразу. На первый взгляд, похмельем тоже не мучился и, вроде, здоров.

- А, ты… Привет… - Кирилл провел пятерней по волосам, неловко приглаживая взъерошенную шевелюру.

Он, словно, ожидал увидеть кого-то другого.

- Привет. Можно с тобой поговорить?

Мила прошла в коридор.

- Эээ… Ладно. О чем?

Молодая женщина, не дожидаясь приглашения, уже сняла пальто, разулась и направилась на кухню.

- Чаем угостишь? – спросила она.

Доронин немного замешкался, вешая одежду коллеги в шкаф.

Квартира, конечно, требовала грандиозной уборки, но в целом была еще ничего. Если принять во внимание, что здесь обитает убитый горем холостяк. Даже несколько горшков с цветами на подоконнике имелись.

Наконец в дверях нарисовался и сам хозяин.

- Почему на работе не появляешься? – Мила присела на угловой диван приятного шоколадного оттенка.

Здесь вообще весь интерьер был выполнен в спокойных цветах – шоколадном и молочном.

- Я решил уволиться, - Доронин щелкнул кнопку на электрочайнике, а затем сунул руки в карманы спортивных штанов и оперся плечом о дверной косяк.

- Так сообщи об этом начальству. В чем проблема? А то мне за тебя отдуваться приходится. Там такой завал! Много рекламы пришло. Я не знаю, как это все на полосах распределить, чтобы и литературная часть не пострадала. Учредитель орет, что корреспонденты не справляются. Новенького мальчика послали к директору конфетной фабрики. Предполагалась большая имиджевая статья об их новой продукции. Так этот умник умудрился запороть интервью.

- Мил… Ты прямо говори, чего пришла, - ни то с ленцой, ни то с усталостью в голосе перебил ее Кирилл.

Она помолчала, собираясь с духом.

- Пришла спросить, почему мой муж твоей Лисневской продукты и прокладки в тюрьму должен носить, а ты умыл руки и сидишь тут страдаешь.

Доронин отвел взгляд. Замешательство на его лице сменилось смущением.

- Я не могу к ней попасть, - вздохнул он. - И поговорить по телефону, объясниться нельзя. Она там бог весть, что про меня думает.

- Почему ты не добьешься свидания с ней?

- Потому что мне есть, что терять, - уязвленный упреком, завелся Кирилл. - Отец меня всего лишит. Дашке-то что? Он с ней и так хочет развестись. А если узнает, что мы с ней крутим...

«Да, Доронин, а ты, оказывается, трус», - разочарованно подумала Мила.

- Так ты из-за отца тут прячешься?

- Я не прячусь. Мне просто надо подумать, все взвесить. Он откуда-то про шуры-муры Даши с кондитером узнал. Так бесился, что точно бы этого Оливье убил в припадке ярости, если б тот уже не был мертв.

- А Олег говорит, что он ей адвоката нанял…

Что-то подсказывало Миле, что Доронин не только опасается отца. Разве такая уж проблема для человека со связями заплатить, кому следует, и получить возможность свидания с заключенной СИЗО? Кирилл словно боялся встречи с самой Дарьей. И мучился от этого. Грызла совесть? Чувствовал себя виноватым перед ней?

- Ну да, нанял, а потом уже узнал все. Не удивлюсь, если это гребанное видео как-то к нему попало.

Мужчина отвлекся, разливая по чашкам с растворимым кофе кипяток.

- Извини, чая нет. Только эта бурда, - бросил он.

- Значит, адвокат больше защищать Лисневскую не будет? – Мила принялась помешивать кофе маленькой ложечкой с гравировкой в виде имени «Кирилл».

- Будет. Не знаю, зачем это все отцу. Но он вроде как чего-то от Дашки хочет добиться. Может, чтоб от своей части имущества в его пользу отказалась? – принялся рассуждать он. - Знаешь, мне кажется, что ее кто-то специально подставил. Но зачем? И интрижка с кондитером… Ну вообще не в ее характере. Если б не видео, я бы никогда не поверил.

- Люди на многое способны, - пожала плечами Мила. – Иногда мы уверены, что знаем человека, как свои пять пальцев, а он такое выкидывает - на голову не натянешь…

- Нет, Дарья не такая. Путь она взбалмошная, иногда может быть лицемеркой. Но она не шлюха и не дура. Спать с кем-то, рискуя своим положением, она бы не стала.

Тут он запнулся, очевидно, поняв, что является живым опровержением собственных слов.

- Убить бы точно не смогла, - заключил Доронин уверенно.

Тут Милу будто током ударило. Неожиданная мысль поразила как обухом по голове. Она спешно достала телефон, нашла в нем нужное фото и показала Кириллу.

- Посоветоваться с тобой хочу. Я решила написать материал об антиквариате. Вышла уже на одного коллекционера. Он готов дать интервью. Тема – вывоз ценностей за границу, нелегальная продажа антиквариата и обложение его при законном ввозе в нашу страну непомерными налогами.

Похоже, весь ее монолог редактор пропустил мимо ушей, уставившись в экран мобильного. На нем высветился запечатленный Милой и уже хорошо известный читателю орден. 

- Не знаю, - пробурчал Кирилл. – Может не стоит лезть в это?

Журналистка не была уверена, что он имел в виду статью про антиквариат, а не что-то другое...

 

В это время Дарья сидела по-турецки на своей кровати и листала взятый в местной библиотеке, уже видавший виды, глянцевый журнал. С грустью вспоминала те огромные охапки роз, которые она получала восьмого марта, и которые некуда было ставить. В этом году ее не поздравит никто. Разве что сокамерница Маха... Та тоже что-то увлеченно читала, шелестя конвертами. Письма? Заметив, что Дарья бросила в ее сторону взгляд, Мария оживилась.



Елена Тюрина

Отредактировано: 29.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться