Зайка, ну погоди!

14.Глава четырнадцатая-Плавают разными стилями, тонут одним.

— Приветик всем! Как же я рада вас видеть! Ещё чуть-чуть — и я бы начала разговаривать с потолком. Постельный режим — пытка для нормального человека, — пожаловалась я, едва мама с Дмитрием переступили порог.

— Здравствуй, солнышко, — мама с улыбкой шепнула и крепко-крепко меня обняла. — А на Земле ты, помнится, не жаловалась. Иногда даже градусник грела, лишь бы в школу не тащиться!

— На Земле у меня был телевизор, интернет и три гаджета. А тут — книги, трава под окном и молчаливый лекарь, который даже в коридор не выпускает. — Я надула губы и драматично закатила глаза. — Всё как в санатории, только без процедур.

— Терпи. Лекарь сказал, ты восстанавливаешься с космической скоростью, — вмешался Дима. — Завтра уже переезжаешь в общежитие стихийников. Так что советую заранее озаботиться формой и учебниками, пока весь поток не приехал.

— Надеюсь, найду всё за день. А если вдруг — к кому бежать?

— К Алексу, — с плохо скрываемым весельем сказал он. — Я, скажем так, подстраховался и уговорил ректора назначить тебе няньку на первый день. Чтобы не попала в портал не туда или не приняла мыльный корень за закусочку.

Вот сейчас бы и обидеться, но я взрослая… вроде бы.

— В академии пока почти пусто — преподаватели в отпусках, ректор на выездной коллегии. Так что без очередей всё оформите, заселитесь… А Алекс тебе ещё и экскурсию устроит.

— Может, я лучше найду привидение и с ним всё обойду? — буркнула я. — Тихо, ненавязчиво, и без глазастых нянек.

— Всё нормально, Мила, — мама улыбнулась. — Мы с ним поговорили. Он не держит зла за ту историю с яйцами.

Ага. Сейчас. Он, наверное, уже в подвале строит карту мести и вырезает мой силуэт из воска.

— Ну ладно. Завтра с этим разберусь. А сейчас… — я сделала невинное лицо. — Ма, как у тебя прошли первые занятия? Задания сложные? Есть у кого списывать?

Надо как-то остаться с ней наедине. Может, заманить Диму за пирожками?

— Камилл, ты не проголодалась? — о, вот он, телепат! — Мы с утра не ели. Пойду у домовых чего-нибудь попрошу.

Либо это удача, либо у меня на лбу высветилось: "Поговорить с мамой. Срочно. Без свидетелей."

— Конечно проголодалась! И принеси побольше, а то тут кормят, как будто мы крыльями питаемся, — сладко соврала я, зная, что едой тут можно три свадьбы накрыть.

Как только дверь за ним закрылась, я резко подалась вперёд:

— Мам, слушай… я тут думала. Раз у нас с тобою есть магия, значит, наши корни — отсюда. Если у меня такая сила, то отец был не простым магом. Ты не помнишь… он творил при тебе что-нибудь магическое? Ну, летающие оладьи, светящиеся пальцы, случайные взрывы?

Мама на миг задумалась, взгляд её уткнулся в витраж, на котором мерцала птица с золотыми глазами.

— Знаешь… да. Мой наставник говорил: одарённый ребёнок может родиться только у двух магов. Получается, Павел действительно был магом. Но… он ничего при мне не показывал. Был обычным. Немного мрачноватым. Наверное, этим и зацепил — в толпе солнечных пляжников он выглядел так, словно знал, где здесь вход в подземелье.

Ого. Интригующе.

— Ты мне никогда о нём не рассказывала. Мы хоть похожи? Он кто — брюнет, шатен, блондин? Что-то запомнилось… кроме мрачности и подземелий?

Она закусила губу, потом тихо сказала:

— Не хотелось о нём говорить. Он… исчез. Тогда я решила, что он просто бросил меня. Но теперь… думаю: может, вернулся на Лиетию. Может, не знал, что я беременна. Может, вообще — выполнял задание. Телефон оставил будто бы по инструкции. Дима говорил, маги перед отправкой на Землю проходят обучение. Их учат, как не спалиться. Там, кстати, была целая глава про… взаимодействие с земными девушками.

"Инструктаж по соблазнению аборигенок". Класс.

— Как вернёмся домой — поищем эту инструкцию. Вдруг что-то новое узнаю или пойму.А то я всю жизнь думала, что просто нарвалась на бабника.

— Он был высокий, с карими глазами. У тебя, кстати, такие же. Загорелый, подтянутый. — Мама улыбнулась. — Мы были тогда на Мальдивах. И он… спас мне жизнь.

— Что?! — Я чуть не свалилась с подушек. — В смысле?!

— Я же не умею плавать. Как топорик — строго ко дну. А там под водой всё было так красиво… Я загляделась, зазевалась… А потом — темно, паника, глоток воды, ещё один… и вдруг кто-то хватает меня за талию и тащит вверх. Это был он. Павел.

— Романтика, спасатель, герой, — я театрально вздохнула. — И что потом?

— Потом я уснула. Он отвёз меня к себе — я даже не успела сказать, где живу. А дальше…

— А дальше ты проснулась и врезала ему?

— Почти. Я проснулась в чужой постели, в темноте, рядом кто-то дышит… Я подумала, что маньяк, и скинула его с кровати со словами, которые тут лучше не повторять.

— А ему, интересно, не больно было? Не покалечила? — прищурилась я.

— Обошлось. Хотя… он весь был в синяках и шрамах. Сказал — после аварии. Один, помню, на предплечье был — такой, в форме полумесяца. Не особо глубокий, но странный. Я тогда не придала значения.

— Ага… романтика. — Я хмыкнула. — Спас, приютил, получил по носу — классический отпуск на Мальдивах.