Закалённая во льду и пламени

Глава III

Глава III

—  Сегодняшнее утро будет великолепным, если вчерашнее не принесло полный крах…— Голос рассказчика был глубоким, обволакивающим, завораживающим. Вот уже несколько недель будильник был настроен на небольшие цитаты из малоизвестных книг. Сегодня же это было высказывание из <b>«Чёрной весны»</b> Генри Миллера.

При желании можно было послушать небольшой отрывок из книги. И это было бы замечательно, будь сегодня очередной выходной. Но папочке захотелось, чтобы его младшая дочь "приспособилась к обществу", ах, как же это невовремя всегда случается. И как же поздно мы ложимся.

Проспав всего восемь часов, Иллис готова была писать жалобу куда угодно, только бы занятия отменили. Однако, её уже удивлял тот факт, что она поспала. Тоуго - волшебник.

Со стоном сожаления прерывая раздражающий бубнёж прикосновением с импульсом силы, девушка протёрла глаза. За окном на хозяйку насмешливо взирал ворон. Он уже давно проснулся, как - никак, время позднее, близится к вечеру уже. А в школу уже в 8. Ах, как же несправедлива жизнь.

Кинув в Хранителя ручкой и, конечно, промахнувшись, Иллис выпила стакан воды и пошла в ванную. Там она на скорую руку умылась, сделала тугую косу из иллюзорных рыжих прямых волос, оделась в домашнее платье и пошла устраивать домочадцам представление.

 На ночь глядя она сплела иллюзию, а сейчас, вот беда, совсем не помнит в чём она заключается. Сейчас и узнаем. Новые иллюзии полагалось хорошенько запоминать, но для совсем уж недотёп существовал специальный флакончик. Туда Иллис иллюзию и поместила на счастье.

Осторожно вытряхнув плетение на кровать, девушка автивировала его и всё помещение заполнила магия. Итак, раз, два, три, поехали! Заняв своё кресло сбоку от кровати, Иллис выпустила иллюзию на свободу.

"Наследница" сидела на широкой трёхместной кровати, уткнувшись головой в колени и слегка покачиваясь из стороны в сторону и немного подрагивая от утреннего холода.

Всё безумно болело, ох, как бы ОНО не обернулось в болезнь. Так называемое ОНО - это взросление для юных демониц, отличающееся от человеческого только отсутствием крови и продолжительностью. А болело всё от ночного марафона - сделай иллюзию до рассвета.

К сожалению, у реальной принцессы взросления не случилось, что наталкивает на определённые мысли. Всё остальное присутствовало в явном достатке у иллюзорной - особенно боли. Сила наливалась в вены и отдавалась в каждой клеточке тела. Длится оно неделю с небольшим, но по истечении недели ещё три месяца можно заниматься чем угодно.  И так длится до совершеннолетия. До двадцати пяти земных лет. С тринадцати до двадцати пяти лет демоницы вынуждены жить на Земле. Тело в период полного насыщения силой ускоренно растёт и в связи с тем, отторгает всё ненужное.

Раздался негромкий стук в дверь.

"Долго шла, кто отвлёк на этот раз?" - Подумала Иллис, откидываясь на спинку кресла, внимательно следя за качеством исполнения.

Губы иллюзии подрагивали в попытках ответить, но язык не слушался "девушку".  Тело била крупная дрожь и "Иллис" не могла привести себя в чувство для ответа, однако  тут "ей" помогли. Голос ворона больно резанул по ушам, медленно приводя в чувство. К сожалению, это прекрасное существо очень часто путалось между иллюзиями и реальностью, так что толка от него было очень мало.

— Кар, кар, кар, кар. - Иллюзия нашла в себе силы кинуть в это надоедающее время от времени существо бокал. Серьёзно, это первое, что попалось иллюзии под руку. К счастью бокал не пострадал. Он был одним из самых любимых бокалов девушки. Это странно, да, но Иллис коллекционировала бокалы. Он упал на диванчик. Птица же обиделась. И поделом ему. Нечего было так орать. Петух недоделанный. Иллис пощёлкала пальцами перед глазами и потрясла головой, скидывая путы сна.

Взрослые демоны  обходят подрастающих адовых цветков стороной, ведь те настолько эмоциональны и непредсказуемы, что могут убить даже взрослого демона, если он не будет внимателен. Всех в этом мире убивает невнимательность.  В этот период, когда сила плещется в венах и отдаёт болью в каждой клеточке, они действительно опасны. Девочки.  Их принято называть «Адовыми цветками».

<i>—Госпожа, вы встали?</i>

Не найдя в себе достаточно сил на ответ, "Илси" потянулась за колокольчиком — вызвать лекаря, пока не поздно для обезболивающего.

В тот момент настоящей Иллис поплохело. Мальчишка, этот помощник знахаря, что приходил ночью - взял слишком большую дозу, ну, ничего, ничего. Она с ним разберётся. Мозг, словно стрела, пронзила новая волна острой боли. Голова разрывалась на части, частички мозга с неистовым звоном отделялись от основной субстанции.

Какие-то картинки мелькали перед глазами. Сёстры, старый дом, совет человеческих старейших… Это было похоже на воспоминание, но девушка никогда не знала этого раньше.  Может, дело и не в дозе, а печать, о которой девушке не так давно рассказали, понемногу открывалась, выдавая воспоминания далёкого детства.

Девушка помнила, как отец настоятельно рекомендовал не снимать морок рыжеволосой девушки и тщательно скрывать свои силы, пользуясь сёстрами при наличии проблем.  

Иллис тихо застонала, схватившись руками за голову, обвивая её ладонями как можно крепче, пытаясь сжать объёме. Попытка заглушить боль, или хотя бы сделать её меньше и незаметнее не обвенчалась успехом. Вероятно, это воспоминания виноваты в болях.

Однако, вскоре воспоминания прекратили доставлять неудобства и девушка встала с пола, на который, как оказалось, так невовремя свалилась, наблюдая за иллюзией. Всё нормально. Приступ ясно дал понять, что происходит что-то, что не должно происходить в принципе.

Она вспоминает то, чего по идее не было:
Плач маленьких сестёр, казалось, только усиливался с каждой секундой. Храм усиливал страдания маленьких демониц. Свои маленькие ручки, похоже тогда она была совсем младенцем, когда это происходило, но разве могут младенцы помнить? Это конечно вопрос - но, не главный.