Закалённая во льду и пламени

Наследство?

Тёмные полуосвещённые коридоры мрачно взирали на двух девушек, спешно переставлявших ноги по пути на кухню. Сегодня у них было много, очень много дел.

      Ворсяные персидские ковры, конечно, скрывали топот их прелестных ножек, но, тем не менее, любой давний житель особняка издали услышит их поступь. И упаси Боги они повстречаются с кем-то из хозяек в этот момент. Принцессы терпеть не могли одного вида слуг в коридорах, предпочитая делать вид, что всё делается будто по волшебству.

Сегодня был важный день — день приезда гостей.

      Эти знатные мужчины навещали принцесс ровно раз в полгода, но всегда самая младшая из них всего за несколько часов до приезда давних знакомых умудрялась измотать слуг так, что к завтрашнему дню ноги отнимались от усталости, да и ещё придумать какую-нибудь каверзу. Иллис любила удивлять своих нечастых гостей, а потому развлекалась на всю катушку. То кучу денег потратит на совершенно невероятные картины, то интерьер и обстановку в особняке кардинально изменит, то потолки заставит покрасить, то ловушки магические повсюду наставит, да так, что даже ступить некуда будет.

      Однако, стоит отметить, что шторы на окнах всегда полузакрыты. Принцесса неизменно любила полумрак. В общем, в дни, когда прародители навещали взбалмошную принцессу и двух её сестёр, слуги определённо не скучали.

— Она долго выбирала себе наряд. Госпожа сегодня была настроена поразить наших гостей. Ярко-зелёное, сказала она, затемнит её глаза, алое не подходит для приёма гостей, А жёлтое ей по фигуре не подходит, её Высочество его сожгла. Когда она меня отсылала, я увидела, как кронпринцесса придирчиво осматривает тёмно-синее платье со шлейфом. Эльфийское платье, но, несмотря на это, достаточно приличное. К подолу оно приобретает цвет морской волны, а при свете свечей играет с воображением, как будто отражая в себе приглушённый свет. Ах, Агата, это просто волшебство, а не платье. — Путь до кухни длился достаточно долго, а поэтому старшая служанка взяла на себя смелость завязать негромкий разговор с подружкой.

      Младшая улыбнулась, представляя себе эту красоту, доставшуюся вредной придирчивой принцессе и вздыхает, убирая светлую прядь волос с лица. Карие глаза служанки торопливо изучают коридор, но, видимо зык всегда быстрее, а потому, не подумав, девушка говорит:

— Её Высочество всегда слишком придирчива к нарядам. — И звучит это из её уст так критично и осуждающе, что, проходя мимо любой слуга это воспринял бы как личное оскорбление кронпринцессе.

      С минуту служанка изучала лицо собеседницы. Она всё никак не могла понять, почему новое поколение вампиров стало столь рассеяно и легкомысленно. А затем тихо, едва различимо произнесла, оглядываясь по сторонам и с ужасом смотря на пляшущие тени у стены:

— Осторожно, даже у стен есть уши.

      Видавшая виды служанка уже догадывалась, что случится сейчас и насколько её это задержит. Она уже сотню раз пожалела о том, что завела с новенькой этот разговор и уже сочувствовала её. Горничная побледнела. Ей стало дурно. Сердце пропустило удар. Но тени были спокойны. Элизабет, а именно так звали инициатора разговора остановилась. Судя по теням, в этом коридоре прослушки не было. Из соседнего коридора показалась широкоплечая тень. Она стремительно приближалась. Чёрт, неужели здесь был стражник, что он здесь делает? Лёгкие шаги приближались.

— Беги, Агата. И быстро. — На крани слуха прошептала Элизабет, видя как краска совсем спала с лица младшей она затряслась и не смогла от страха сделать ни шага. Вздохнув, Элизабет толкнула девицу в сторону и продолжила свой путь. Сделав пару шагов она поняла, что Агата побежала. И, вот дура, спряталась в комнате за поворотом, предназначенной для хранения предметов уборки. Что есть дура. Стражник, проходящий мимо остановился, прожигая Элизабет взглядом. Та опустила голову пониже и пошла дальше. До стражника оставались считанные шаги и женщина преодолевала их с некоторой робостью. Она боялась его, она была наслышана о нём. Заправив чёрные вьющиеся кудри за уши, она молилась, чтобы её не остановил этот опасный демон. Хмыкнув, мужчина в костюме сделал вид, что задумался, а затем совершенно неожиданно улыбнулся. Женщина уловила его намерения и хотела было уже ускорить шаг, как стражник сделал шаг вперед и схватил её за волосы, сильно сжав пряди в кулаке.

— Ты же знаешь, что я всё-равно найду твою подружку -предательницу, так зачем скрываешь её слова и пытаешься убежать? — Его харизма, которая присуща всем демонам, витала в воздухе и, казалось, образовывала удушающее кольцо, что больно давило на грудь, всё сужаясь. Женщина будто бы видела эту зелёную дымку, исходящую от него. Почувствовав слабость в коленях, женщина перенесла вес тела на другую ногу и «задумалась», белея.

— Отпустите меня немедленно, я личная служанка крон-принцессы! Я как-раз шла сообщать о предательстве Агаты. — Сказала служанка как можно громче. Ей совсем не хотелось разговаривать с этим типом. Совершенно.

      Услышав о статусе своей жертвы мужчина помрачнел лицом, но не разжал пальцы. Его хватка причиняла существенный дискомфорт. Каждый волосок, казалось, натянулся до предела. Решив что-то, стражник резко запрокинул лицо своей жертвы.

— Ты придёшь ко мне сегодня ночью и мы уладим этот небольшой конфликт, ты меня поняла? — Рыкнул стражник, вглядываясь в глаза женщины. В них он видел бесконечное море презрения и ярости. Однако поза её не напряглась. Женщина попыталась кивнуть.

      Служанка могла бы отказаться и действительно отнести донос на Агату, но решила отмучиться в кровати пылкого демона за молодую легкомысленную девушку. Одна ночь и ничего не было. Одна ночь и всё забудется. У неё будет собеседница и верная подруга. Оно того стоит. Верность ничем не купишь, разве что кроме подобного долга жизни. Она спасает жизнь Агаты и у неё есть вечная подруга в самом прямом смысле слова. Почему бы и нет? Глаза его заблестели — он торжествовал Мужчина резко отпустил Элизабет и развернулся, продолжая свой обход, делая вид, что ничего не произошло. Подождав пока он уйдёт, Элизабет пошла за Агатой.