Закон о чистоте крови. Книга 1

Размер шрифта: - +

Глава 13

ГЛАВА 13 

— Здравствуйте, здравствуйте, — улыбнулась Гаррини и приблизилась к нам. — Как ты, дочка?  
— Все в порядке, — преувеличенно радостно откликнулась я, не желая без повода волновать ту, что заменила мне мать.  
— Это хорошо, — серьезно кивнула женщина, пристально глядя мне в глаза. После вновь улыбнулась и, развернувшись, направилась к тронному возвышению. Царственно опустилась на роскошное кресло и проговорила: — Как и сказала ранее, с выполнением задания я вас не тороплю. Хотя бы потому, что толку от этого сейчас не будет, лишь понапрасну головы сложите. Потому займитесь собой, детки. Лали, насколько я знаю, ты хочешь в Адамантовую академию, верно?  
— Ну да, — осторожно ответила я. — Хочу попытать счастья на отделении аромагии.  
— Умница, — обласкала меня улыбкой Гаррини и повернулась к остальным. — Мышисса, с учетом того, что ты просила способности высших фейри, тебе тоже стоит задуматься об учебе. Но будь осторожна: таким уникумом точно заинтересуются, а нам этого не нужно. Так же не нужно, чтобы знали, что вы — мои слуги. — Женщина посмотрела на феникса и, загадочно улыбаясь, нараспев произнесла: — Айнир Нурикеш, наследник рода Рубиновой Крови...  
— Госпожа, я прослежу за девушками, — четко и почти по-военному поклонился Айнир.  
— Ну, разумеется, дорогой мой, разумеется, — почти проворковала Гани. — Ты ведь тоже пойдешь учиться в Адамантовую.  
Кешу надо было видеть!  
— Еще раз?!  
— А тебе не кажется, что после всего, что было за последние пять лет, наиболее нужное и важное — как раз учеба? — вскинула бровь богиня. — Особенно в свете того, что интеллект нуждается в тренировке, а для этого как нельзя лучше подходит именно Адамантовая. Покажешь уровень выше среднего, и тебя переведут в старшую группу. 
— Но я там уже учился! 
— И, насколько я знаю, был твердым среднячком и не блистал особыми талантами, кроме изворотливости, — не пощадила самолюбия Кешеньки Земляна. — И если помнишь, то некто, кто отчасти и обеспечил тебе последнюю пятилетку, как раз многого достиг еще в Адамантовой. Потому… надеюсь, дальнейшие разъяснения не требуются? 
— Разумеется, — едва заметно поджав губы, ответил Нурикеш. — Вот только... Леди, а как это будет выглядеть, если я второй раз туда явлюсь? Да еще и с учетом той инструкции, что «нас не должны узнать».  
— Иллюзия. Одно из свойств медальонов слуг, что даруются тем, кто под моим началом, — беспечно пожала плечами женщина и, обведя тонкими пальцами радужный шар в подлокотнике трона, продолжила: — Документы вы уже получили. Они понадобятся всем вам, хоть и по разным причинам.  
Ну да... Нурикеша ждут его «друзья», которые организовали пятилетний «увлекательный» досуг в виде чучелка в лавке старьевщика. А мне и Мышке нужно постараться не попасться Инейрану, а он, как говорила Гаррини в одной из последних бесед, меня активно ищет. А также выясняет, где находятся те, с кем я была дружна. И исчезновение брауни уже не является для него тайной.  
При мыслях об Инее сердце уже привычно кольнуло тупой болью, но я усилием воли отодвинула эмоции на задний план. Не хочу сейчас думать. И потом тоже не хочу, уж слишком все... свежо. Я не готова копаться в этой ране и заниматься анализом ситуации и психологией. Разве что только на тему «Как не попасться нагу». 
— Факультеты и прочее — ваше дело.  
— А как нам объяснить «дружбу» столь интересных и разных личностей? — тихо спросила Мышка.  
— Резонно, — в кои-то веки согласился с ней крылатый.  
Я прямо умилилась такой схожести мыслей!  
— Загляните в документы, которые я передала. Там, в общем-то, есть весь расклад. Ну и… На этом, наверное, все, — задумчиво перебрала пальцами Земляна. — И, наконец, мой последний подарок всем вам!  
— Какой? — Мы даже вперед подались, предвкушая нечто невероятное и чрезвычайно редкое.  
Ожидания оправдались, причем по всем пунктам. Воздух заискрился, и из него медленно соткалось привидение. Знакомое такое... Леди Мириам, заядлая картежница и прабабушка Гаррини.  
— Вот!  
Немой вопрос в наших глазах!  
— Да-да, — ехидно поведала хвостатая старушенция, лукаво щуря глаза. — Я и есть ваш подарочек!  
Интересно, а мысль «За что?!» пришла в голову только мне?  
Мириам повернулась к Нурикешу и выдала:  
— И даже не думай, что я забыла о твоем обещании, проказник!  
— Да будет вам место на кладбище, будет! Не переживайте...  
— А я и не переживаю, — парировала привиденистая дама. — Я контролирую!  
Потрясающая бабка! Вот только нам-то за что такое «потрясение»? Ее бы к врагам... смертным.  
— Леди Мириам будет всячески вам помогать, — покровительственно улыбнулась Гаррини.  
Ага... а также попытается всячески разнообразить наше унылое существование. Я еще думала, что путешествие с Нурикешем — это испытание. Ой, помилуйте, как я была не права! Теперь, когда с нами она, все будет иначе!  
— Ну вот, теперь, когда вы все в сборе, я могу создать портал, и вы пройдете к столице Соединенного Королевства! — торжественно выдала Земляна и поднялась с трона.  
В тот же миг засветились «кувшинки», которые, как оказалось, были совсем не живыми, а искусственными, с невероятным мастерством выточенными из камня. Листьями служил нефрит, а белоснежные, тонкие, иногда кажущиеся полупрозрачными лепестки были сделаны из снежного мрамора. Они наливались призрачным светом, который радужно дрожал на кончиках «лепестков», и медленно плыли к нам по бездне пола. 
Я просто зажмурилась, понимая, что... вот и все. 
Впереди — новая дорога. Будущее. Мое будущее! Которое я буду творить сама. Мой путь, на котором я сама стану спотыкаться, падать... и подниматься. 
Никогда не думала, что такие мысли могут настолько заряжать радостным нетерпением перед неизвестностью. Оказывается, иногда очень полезно побыть в полной зависимости от кого-то. 
Кувшинки кружили все быстрее, и вот уже от каменных источников энергии в нашу сторону протянулись лучи, окутывая сверкающей сферой, и мы провалились сквозь пространство. 
Интересно, а какая она, столица? 

Соединенное Королевство. Священная роща рода Лазурит 

Молодой сид ранним утром прогуливался по священной роще на своем любимом лосе.  
Юный лорд Сиэль пребывал в печали и тоске. И причины тому были нешуточные. Ибо первая любовь, а особенно в нежном возрасте — это, однако, не просто так! 
Это трепет в груди, дрожь в коленях, отказ мозгов и бессонница. Собственно, прогулкой сид был обязан именно последним двум факторам. А вернее, их на диво гармоничному сочетанию. 
Надо заметить, что только сумраком «прелести» рощи, где росли деревья с голубоватой листвой, не заканчивались. Было еще холодно и мокро, так как с неба моросил противный дождик. 
Сиэль крон Лазурит, наследник славного и древнего рода, скорее, считал это все отражением своего внутреннего состояния. Собственно, наверное, лучше для него было бы страдать дома, в обнимку с чем-то горячим или, на худой конец, горячительным. Но юности свойственна глупость. Именно поэтому юноша ехал среди деревьев с самой трагической миной, которую только мог изобразить. 
Еще он честно пытался изобразить стихи, но пока это не очень получалось. Впрочем, Сиэль не сдавался, искренне считая, что поэтический дар не обошел его стороной. 
— Я ее любил... так страстно и так пылко, — пафосно продекламировал начинающий стихоплет и замер, ища в своей пламенной душе рифму. Рифма оказалась подлой, она никак не находилась. 
Вернее, нашлась... но такая, что лучше бы искалась дальше. 
«Я ж ее любил так страстно и так пылко. 
Согласен, что дурак... Так, лось, подай бутылку!»  
Лось даже остановился и, обернувшись, смерил хозяина самым презрительным взглядом. 
— Я все знаю...— печально покачал головой парень и запустил руку в короткие волосы, которые, в угоду последней моде, были разной длины. Сам Сиэль раньше называл эту прелесть не иначе как «мечта бешеного дикобраза», но любовь требовала жертв. И все потому, что у его избранницы был очень придирчивый вкус. 
— Надо придумать что-то потрясающее! — вдохновенно начал парнишка и хмыкнул, приветствуя здравую мысль. — Хотя купить что-то потрясающее было бы проще.  
Он потрепал лося по синей холке и уже решил поворачивать к замку, когда случилось непредвиденное. 
Воздух вокруг него заискрился энергией открывающегося портала. Но ничего предпринять Сиэль не успел, хотя прекрасно знал, чем чревато нахождение в эпицентре телепорта. 
Для начала на него свалилось что-то весьма тяжелое, оказавшееся симпатичной светловолосой девушкой, которая уставилась на него огромными удивленными глазами. Но этим дело не кончилось, и следом, правда уже за спину сида, выпал еще и мужчина. 
Мужик упал на круп «скакуна», отчего королевский лось встал на дыбы, пытаясь скинуть с себя уже трех седоков и награждая всех подряд ударом задними копытами. Сиэлю и неизвестной деве, которая как клещами в него вцепилась, повезло. Копытами им не досталось. А вот насчет падения… Затылок сида, внезапно оказавшегося на земле, взорвался болью, и темные глаза парня закатились. Он лишь увидел напоследок, как светловолосая девчонка натягивает поводья синего лося и тот останавливается. 
Свет в глазах наследника рода Лазурит померк, потому что коварная дева не пожелала падать, оставив эту честь мужчине. 

По-прежнему в священной роще. Лалидари и компания 

Неожиданности начались сразу. Вот сходу. 
Для начала портал нас перенес не на землю, Мы появились в воздухе и на кого-то выпали. И этот кто-то был живым. И сидом, судя по голубоватой коже, темным волосам, и тому, как из-под них торчали острые уши. 
Причем, этот сид изволил прогуливаться верхом.  
Дальше все было как-то очень стремительно. Нурикеш выпал из сверкающего воздуха за сидом, а потом мир встал дыбом! Вернее, на дыбы встала та скотина, на которой катался остроухий. 
Сид последовал на землю следом за фениксом и, встретившись головой с выступавшим корнем дерева, отрубился. 
После мне было не до наблюдений, потому что рогатое огромное нечто, похожее на лося, бодро рвануло вперед. Остановить я его сумела, на удивление, почти сразу и, развернув, поехала к друзьям. 
Айнир лежал поперек тропы, а на его животе, скрестив ножки, сидела малышка брауни и улыбалась, положив ладошки на грудь фениксу. 
— Тебе больно, хороший мой? — воркующе спросила Мышка, отчего у меня упала челюсть. 
— А ты как думаешь?! — рыкнул мужчина, сверкнув злым взглядом. 
— О, я в этом уверена, — томно прошептала златовласка. — Но подтверждение от тебя заставляет меня таять... 
— Ты всегда болтаешь ерунду, когда лечишь? И обязательно при этом на мне сидеть?! 
— Сижу, потому что не собираюсь это делать на земле, — невозмутимо ответила брауни. А вот на первый вопрос она никак не отреагировала. 
— Больно, — простонал феникс, пытаясь выгнуться. 
Но ладошки Мышиссы с неожиданной силой для существа ростом менее полуметра прижали его обратно к земле, отчего Кеша со свистом выдохнул сквозь зубы. 
— Лежи спокойно, — приказала Мышка и, нахмурившись, пробормотала. — Еще бы не больно... Несколько ребер сломано. Не дергайся! Сижу, потому что нужно! Я же не садистка… 
— Сомневаюсь. И я тебе как-нибудь напомню и эти слова, и эту ситуацию, — прохрипел мужчина и, мотнув головой, сказал. — Слезь немедленно. 
— Но я почти долечи... 
— Ты почти зафиксировала их. А я лучше обернусь и так поправлюсь быстрее. 
— Ну, как хочешь, — миг помедлив, брауни слезла с живота распластанного феникса. Мужчина почти сразу окутался алой дымкой, а спустя миг на земле лежал черно-алый попугай. 
Мышисса скривилась, но со вздохом стянула свою плотную кофту и, закутав в нее пернатого, подняла с холодной поверхности. 
Я же тем временем подъехала к ним ближе и сползла с высоченного скакуна, который и правда оказался лосем. Только каким-то странным. Синим. 
— Вот это мы попали, — сипло донеслось от попугая, который переводил взгляд с лося на его бессознательного хозяина и обратно. 
— Что такое? — обеспокоенно спросила я, оглядываясь по сторонам. 
Мы оказались в очень странном месте. Рассветный полумрак. Молочно-белый туман стелился по земле и легким невесомым флером окутывал раскидистые деревья… с голубой листвой. Я перевела взгляд на синего лося. Он смерил меня недовольным взором и отвернулся, а потом и вовсе отщипнул от ближайшей веточки пучок аномальных листиков и начал флегматично жевать. 
— Да все просто, Лали. Мы загремели не куда-нибудь, а в священную рощу рода Лазурит! 
— И как ты это понял? — поинтересовалась Мышка. 
Судя по морде попугая, он только что назвал брауни не самой умной особой. Хотя, пока только мысленно. 
— Оглянись! — едко отозвался пернатый. — Судя по окрасу листвы священных деревьев — это именно Лазурит. Если бы попали на территорию какого-то другого клана, расцветка была бы иная. Да и лось… 
— Синий лось, — грустно кивнула я, глядя на сохатого, который продолжал есть. — А он не отравится? 
— Нет, — неохотно продолжил Нурикеш. — Кстати, это лазурное чудо и его хозяин — теперь наша проблема. Судя по всему, мальчишка — несовершеннолетний наследник Лазуритов. Есть только пять сидов, имеющих право на транспорт такого окраса… и четырех из пяти я знаю лично. Пятый, на момент моего исчезновения, был совсем мелким. Сейчас, впрочем, тоже не особо взрослый. 
— А он вообще живой? 
Наши взгляды скрестились на валяющемся у корней древесных исполинов наследничке. Мышисса подошла ко мне и, подняв руки, передала попугая, а сама осторожно приблизилась к распластанному высокородному телу. Брауни опустилась рядом с сидом на корточки и, положив мягко засветившиеся пальцы на виски парня, закрыла глаза. 
— Жить будет, — наконец вынесла вердикт она, поднявшись, встряхнула руками, и с кончиков пальцев сорвались едва заметные золотые искорки, которые растаяли, не долетев до земли. — Сотрясение мозга плюс какое-то странное отравление. Но это явно не мы. 
— Отравление? — склонил голову набок Нурикеш. — В смысле? 
— Не то чтобы отравление… — замялась девушка. — Скорее, искусственные вещества в организме, которые возбуждающе действуют на нервную систему. На лекарства не похоже. 
— Это, конечно, очень интересно, — нетерпеливо перебила их я. — Но к нам не имеет никакого отношения. Он же не помрет от этого, верно? 
— Ну да, — кивнула Мышка. — Он в таком состоянии, судя по всему, достаточно давно. 
— «Это не имеет к нам никакого отношения»… Дур-р-рочка, да ты жестокая, — насмешливо скосил на меня ярко-зеленый глаз пернатый. 
— Вовсе нет, — спокойно возразила я. — Просто если я верно уловила ход твоих мыслей, то за это очаровательное создание, прилегшее «отдохнуть», нам будет, как говорят у восточных кочевых народов, секир-башка. 
— Восхищен твоей логикой и эрудицией! — это было сказано самым серьезным тоном, но я почему-то было уверена, что феникс опять развлекается и смеется. — Молодец, Лали! Но дело скорее в том, что мы перенеслись в священную рощу, куда даже рядовых сидов и высокие делегации других народов пускают лишь по праздникам и с вооруженным эскортом. Это раз. Два — мы, как ты верно уловила, вырубили наследничка, и сейчас поди докажи, что это случайно получилось. Лазуриты скорые на расправу. Есть такое подозрение, что с нами даже говорить не станут, просто стражи рощи нашпигуют стрелами, не утруждая себя пленением. 
— Ничего себе… 
— И что делать? — поинтересовалась брауни. 
— Бежать, — мрачно отозвался феникс. — Хватать лося и бежать. 
— Хм… Кеша, а ты не находишь, что с таким приметным «скакуном» мы точно далеко не уедем? 
— Как раз это чудо селекции и есть наш последний шанс отсюда смыться, — вздохнул Кешенька и завозился в кофте брауни. — Вытащи меня. Мне уже лучше. Даже обернуться, наверное, смогу, все же разница размеров иногда идет на пользу. Это тело уже почти в порядке, а, стало быть, человеческое тоже не очень сильно повреждено. 
— Я за тебя рада, но сейчас меня как-то больше лось интересует. — Я извлекла пернатого из складок ткани, аккуратно поставила на землю и, сделав пару шагов в сторону, наклонилась, подхватывая вещи феникса. 
— Ну, вот, — над головой раздался уже человеческий голос без присущих попугаю хриплых ноток. — Я был прав. 
Я поднялась и кинула в мужчину его одеждой, на что Айнир кивнул и, отвернувшись, начал одеваться и параллельно рассказывать: 
— Таких лосей выводят специально для высших лордов. Родов сидов много: Агат, Лазурит, Изумруд, Алебастр и так далее. Священные рощи у них названиям соответствуют, так же, как и окрасы «коников». Поэтому я и понял, что мы на территории Лазуритов. — Нурикеш уже натянул штаны и сейчас застегивал ремень. Потом с гримасой потер ребра и наклонился за черной рубашкой, накидывая ее на широкие плечи и поглядывая на интереснейшего рогатого. — Кроме занятной пигментации особенности этих животных в том, что они могут ходить по грани между Межой и реальностью. Там все иначе. Время, расстояние — все по-другому. То есть, если мы его сейчас… позаимствуем, то сможем спокойно сбежать. 
— Это все, конечно, занятно, — потерла я переносицу, — но не снимает уже упомянутой мной проблемы. Что мы с ним потом делать станем?! 
— А эти эксклюзивные лоси… они съедобные? — внесла чрезвычайно креативное предложение Мышисса. 
Лось едва ли не подскочил и с ужасом уставился на маленькую девушку. У меня появились определенные сомнения в том, что это просто бессловесная, хоть и чрезвычайно интересная скотина. Айнир же посмотрел на Мышь так, словно брауни не лося предложила разделать, а его вполне разумного хозяина. 
— Да таких меньше десятка! Как можно… настолько по-пещерному им распорядиться?! 
— Ладно-ладно, — спрятала улыбку Мышка. — Самый простой способ утилизации лося тобой отклонен… Будем думать! 
— Брауни, — с легким презрением и с таким выражением лица, как будто поставил диагноз, бросил феникс. Схватил свои сапоги, сел на ближайший массивный корень, выступающий из земли, и начал обуваться. 
— Молодец, — невозмутимо кивнула Мышка и, похлопав сидящего рядом с ней здоровенного мужчину по колену, с преувеличенной радостью сказала: — Ты догадался! 
— Я вообще сообразительный, — кивнув, мрачно подтвердил Нурикеш и, отойдя от малышки на пару шагов, требовательно посмотрел на меня. — Нам нужно уходить! Когда тут будут патрули — неизвестно, а нарываться нам на них не рекомендуется. 
М-да, и что он опять злится? Как будто я всех задерживаю. 
— Айнир… — осторожно начала я. — В нашей команде самый старший и умудренный опытом — ты. Потому ориентируемся исключительно на тебя. 
— К тому же, как править сохатым, мы с Лалидари не знаем, — подала голос Мышисса, потом приблизилась ко мне, почти сразу уменьшившись, и требовательно протянула ладошки вверх. — Возьми меня на ручки. 
Я лишь улыбнулась и, присев, осторожно подхватила подружку, которая сейчас была росточком сантиментов в пятнадцать. 
— И куда же тебя посадить, чтобы не раздавить… — задумчиво пробормотала я. 
Как ни странно, ответ последовал от Нурикеша. 
— На плечо. Не свалится. 
— С чего ты взял? — едко поинтересовалась Мышка, скрещивая на груди маленькие ручки. 
— Моя держалась, — кратко ответил мужчина и пошел к лосю. 
Мы с Мышиссой переглянулись и я, решившись, подошла ближе и осторожно спросила: 
— Насколько я знаю, фениксы предпочитают брать на службу не брауни, а гремлинов. Почему же ты сделал исключение? Да еще и девочку взял… 
— Дурак был, — спокойно ответил мужчина, поворачиваясь ко мне и пристально оглядывая яркими зелеными глазами. — Это, знаешь ли, случается. Иногда. 
Надо признать, что мы с брауни совершенно не нашлись, что на такое ответить или возразить. Самокритичность — штука хорошая, да и фениксу, наверное, виднее. 
То, что он вообще что-то оборонил про свою прошлую жизнь, уже и так чудо, но вряд ли стоит рассчитывать на продолжение. 
Я помогла Мышке залезть мне на плечо. Неудобство я почувствовали почти сразу: она цеплялась не только за воротник, но и за волосы, а также чуть слышно ворчала. 
Феникс отошел к бессознательному сиду и оттащил его чуть дальше от тропы. Наверное, чтобы сразу не нашли. В ответ на мой укоризненный взгляд Айнир только отмахнулся: 
— Ничего с ним не случится, разве что замерзнет немного. Хищников тут нет, и нам же на пользу, если он очнется сам, потому что если его найдут стражи, то поднимут тревогу. 
— Переохлаждение крайне отрицательно влияет на общее состояние организма, — грустно поведала Мышка. 
— Переживет, — ответил безжалостный Кеша. Расставив ноги и скрестив на груди сильные руки, властно оглядел лося и ласково ему сказал: — Лосяш, а лосяш… а ты теперь наш. 
Лосяш даже ветки жрать перестал и с о-о-очень удивленной мордой повернулся к нам. 
— Да-да, — решила поддержать я Айнира. 
Ведь уже очевидно, что кое-что лось точно понимает. 
Сохатый помотал головой. 
Вмешалась брауни. 
— Ну, что же… остаются только те самые, никем не одобренные, пещерные методы. Мы не можем оставить свидетеля в живых! — Она демонически расхохоталась и тотчас за это поплатилась, с писком свалившись с насеста. Правда, в последний момент таки успела зацепиться за прядь моих волос. 
Пока я шипела и устраивала мелкую брауни поудобнее и с наименьшим риском для моей шевелюры, отметила, что фразочка Мыши на сохатого никакого впечатления не произвела. 
Странно. 
— Айнир, он же разумный, тогда почему не всегда реагирует? 
В ответ Нурикеш продолжил свою лекцию о занимательных животных. 
— Он очень относительно разумный. Знает, что он лось, и знает, что словосочетание «съесть лося» явно ничего хорошего ему не сулит. А вот словесное кружево ему недоступно, то есть, последнюю фразу твоей подружки он просто не понял. 
— Интересно, — вынуждена была признать я. 
— С хозяином они связаны, — не отрывая взгляда от рогатого уникума, проговорил Нурикеш, медленно приближаясь к «конику». Лосяш, как зачарованный, не отводил темного взгляда от все ярче разгорающихся потусторонней силой глаз феникса. — Но можно кое-что предпринять… например, поставить временный ограничитель на разум животного, низводя его до уровня диких сородичей. У меня получится... опыт немалый. Свой, причем. 
— И не жалко? — тихо спросила я. — Ведь именно это с тобой сделали, верно? 
— Вариантов нет, — почти неслышно отозвался мужчина, кладя ладони на морду животного, и я увидела, как в глазах того мелькнуло отражение огня феникса. 
Потом Айнир тяжело выдохнул и уперся лбом в морду лося, скрывая выражение лица за густым пологом качнувшихся вперед багровых волос, одновременно легонько поглаживая животное по шее, словно… извиняясь? Отстранился почти сразу, повернувшись к нам, и с деланным весельем сказал: 
— Барышни, карета подана! 
Я пристально оглядела мужчину и медленно кивнула, принимая его выбор. Но на рогатой карете мне предстоит прокатиться впервые, а потому… Я улыбнулась и, присев в шутливом реверансе, откликнулась: 
— Боюсь, что я на таком никогда не ездила, и потребуется ваша помощь, милорд. 
— Всегда рад, — галантно поклонился феникс. 
— А вот я не очень, — ворчливо заметила Мышисса. — Лали, у тебя не плечи, а их отсутствие! Узкие, костлявые, тут не умостишься нигде даже! Я же упаду! 
Лицо феникса приняло какое-то совсем нехорошее выражение, он прищурился, одним стремительным броском схватил все еще бурчащую брауни и закинул ее уже себе на плечо со словами: 
— Только вякни что-нибудь! 
Судя по Мышке, она и не собиралась. Она судорожно вцепилась в ткань куртки мужчины и смотрела на него круглыми от удивления глазами. 
— Держись за ворот, — кратко посоветовал ей Нурикеш. — И еще зафиксируй себя силовыми нитями, правда, в пути, скорее, придется рассчитывать на руки. Но у лосей плавный ход, потому не переживай. 
Потом Айнир шагнул ко мне, сомкнул руки на моей талии и закинул на спину «кареты». Под тихий писк Мыши сам так же стремительно вскочил на нашего синенького лосяшика и, подобрав поводья, сказал: 
— Ну… тронулись! 
Я без подсказок обхватила его за талию, прижимаясь как можно ближе, и спустя миг началась скачка! 
Вот так, сходу! Феникс пришпорил «коника» и он, всхрапнув, понесся вперед по тропе. 
Затем мир вокруг нас помутнел, и мы оказались в туманном пространстве. Без верха, низа, права или лева. Да и каких-либо других привычных «точек отчета» я не наблюдала. Лишь туманная бесконечность, которая растворяется во мгле. 
— Вот и грань Межи и нашего мира, — полушепотом сказал феникс и тронул пятками нашего скакуна, от чего лось, до этого замерший, мягко пошел вперед. 
— Межа… — спустя недолгое время, грустно повторила брауни. — Туда ушли все фейри, оставив в этом мире лишь два клана… два рода. Нас и гремлинов. 
Я, оглядывая бесконечную туманную мглу, зябко поежилась и сочла за лучшее переключиться на разговор. Как-то… странно все вокруг. Мрак складывается в непонятные фигуры, которые напоминают то развалины замка, то силуэт пикирующего дракона. Иногда слышатся какие-то шорохи и даже стоны. 
Жуткое место. 
— И чем же вы заслужили такое отношение? — спросила я у Мышки, которая, следуя совету Нурикеша, вцепилась в его воротник, а для надежности ухватилась еще и за прядь багрово-черных волос. 
— Неподчинением, — кратко ответила она и отвернулась в сторону, но я заметила, как на лицо брауни набежала тень. 
Я решила, что допытываться с моей стороны было бы некрасиво, и не стала настаивать. Про исход фейри я слышала и даже читала, но вот о том, почему кланы брауни и гремлинов остались тут, там говорилось весьма смутно. 
Феникс же, видимо, о таком понятии, как такт, знал столько же, сколько я про исход. То есть, весьма смутно. 
— Как будто это большая тайна, — тихо, но почему-то очень обидно рассмеялся мужчина, с иронией скосив глаза на малышку на своем плече. — Просто и те и другие очень ратовали за свою свободу и не желали примкнуть к дворам. И потому когда высшие дивные все же смогли открыть проход на великую Межу, то взяли лишь тех, кто клялся им в верности. А вот свободные фейри… остались тут. Забавно, не правда ли? 
— Что же именно вас забавляет, Айнир Нурикеш?! — свистящим шепотом спросила Мышка. — То, что нас, как отщепенцев, бросили в этом мире, не позволив выйти на Межу, где совершенно иные возможности?! То, что у каждого брауни или гремлина стоит ограничитель силы, потому что самые талантливые из нас ранее могли сравниться с лордами? Или то, что сейчас мы вынуждены прозябать тут, работая на каждого, кто сможет добраться до Камня Клятв в центре поселения?! Мы, которые были равны этим высокомерным, заносчивым… 
— Вот потому вас и оставили, — лениво перебил ее Айнир, не отводя взгляда от туманного пути перед нами. — Слишком много желали. И, судя по тому, что ты сейчас говоришь, о воинственная дева, фейри правильно поступили. Или ты одна из тех, у кого клеймо ограничителя вспыхнуло весьма рано и очень ярко? 
— Не твое дело, — грубовато откликнулась Мышь, сжав губы в тонкую линию. 
— Да не скажи, властолюбивая наша, — покачал головой мужчина. — Мы — одна команда. И, надо признать, очень забавная. Брауни, которая не любит фениксов, а на деле мировоззрением от них ничем не отличается, ибо все тот же комплекс «черного властелина», но только в профиль. И бесполезная малышка-полунага, из-за которой мы только проблем огребем по самое «не могу». 
Ну ничего себе разговорчики! 
— Ну, да, — сухо начала я. — А еще феникс, который не просто терпеть не может брауни, а ненавидит их, и у которого во врагах наверняка все из высшего эшелона власти. Верно, наследник рода Рубиновой Крови? И, кстати, а не к королевскому ли престолу ты так яростно рвался пять лет назад? Насколько я помню, Надир Первый взошел на трон примерно в то время… и ты его знаешь. То есть, если мои выводы верны, твоего «воскрешения» не желает сам король. И все неприятности, которые мы можем, как ты выразился, «огрести» по моей вине — детский лепет рядом с твоими проблемами, Айнир Нурикеш! 
Я перевела дыхание после этой отповеди и насупилась, ожидая ответа и понимая, что молчать точно не стану. Хватит! Хам пернатый. Нам предстоит провести довольно много времени вместе, а потому одергивать лучше сразу. 
Наверное, я ожидала продолжения в том же духе и потому оказалась не готова к тому, что он лишь пожал плечами и ровным, спокойным тоном произнес: 
— Мелкая, бесполезная, но временами сообразительная. Досадно. 
— Гад пернатый, — охарактеризовала я мужчину, утыкаясь лбом в его лопатки и стараясь дышать глубоко и ровно. Машинально отметила, что пахнет наш крылатый весьма приятно, хоть и необычно. Корицей и гвоздикой. 
— Зараза ядовитая, — не остался в долгу Кеша. 
— А вот и не подеретесь! — внесла в свою лепту в разговор Мышисса. 
Последовала пауза, после которой меня начал разбирать немного истерический хохот. Я не выдержала первая и тотчас услышала, как рассмеялась Мышка, а за ней и феникс. 
— М-да, вот и поговорили, — покачал головой Нурикеш. 
Так мы и ехали… 
Не знаю, почему, но после этой вспышки агрессия словно ушла и мы стали терпимее друг к другу. Мы только что сделали первый шаг. Посмотрим, куда нас выведет эта дорожка… 
— Девочки, вы бы поспали, — тихо сказал феникс и пояснил: — Мы выйдем около небольшого города, в предместье столицы, но вдали от трактов и постоялых дворов. По лесу придется идти десяток миль. 
— Сколько?! — охнула я, обалдевая от радужных перспектив. — А поменьше никак?! 
— Никак, — отрезал Нурикеш, но продолжил уже более мягким тоном: — Дело в том, что «тропу» в этом пространстве можно уловить, а стало быть, искать нас будут неподалеку от места выхода. А от той точки, куда мы идем, примерно одинаковое расстояние аж до пяти постоялых дворов. Так что у нас будет фора. 
— Ясно, — вздохнула брауни и, немного помолчав, нерешительно спросила: — А что будет с лосяшем? 
Лось сбился с шага и, повернув голову, с опаской взглянул на брауни, а потом, как мне показалось, с мольбой — на феникса. 
— Просто отпустим. 
Я немного подумала и предложила: 
— А что если им как-то более умно распорядиться? 
— Например? — хором спросили Мышка и Кеша. Какое удивительное единодушие! 
— Подарить, — потупилась я. — Кому-то неприятному, если он живет не очень далеко. Ведь, как я поняла, у этого неприятного будут большие проблемы, коли лосик у него обнаружится? 
— Лалидари, да ты меня интригуешь, — тихо рассмеялся Нурикеш и хмыкнул: — И откуда такие криминальные наклонности? Хотя, о чем это я… воспитание имеет значение! Вас, леди, воспитывала мадам Гаррини… а в ее случае еще и наследственность воистину потрясающая. 
Я вспомнила призрака леди Мириам и, вздрогнув, была вынуждена согласиться. 
— Но мысли толковые, — продолжил феникс. — Правда, придется немного подкорректировать путь… но терпимо. 
— Кстати, а как ты тут ориентируешься? — Я повертела головой, но, разумеется, не углядела ни ориентиров, ни указателей. 
— Зрение перестраиваю, — коротко ответил мужчина. — Тебя в академии научат. 
— Ясно, — осознав, что вот прямо сейчас «новое и неизвестное» мне не грозит, я решила воспользоваться советом Нурикеша и подремать. 
Положила голову на сидящего впереди феникса, покрепче обхватила его за талию, сцепляя руки в замок, и смежила веки, погружаясь в сон под мерное покачивание лося. 
Очнулась я резко, словно кто-то одернул. Внезапно температура упала сразу на несколько градусов. Не катастрофа, конечно, но зябко. 
— Мы близко. 
И правда, близко. Туман становился все более легким и невесомым, а тьма… наоборот, какой-то все более реальной и материальной. Правда, почти сразу она превращалась в рассветный сумрак, в котором можно было увидеть очертания леса с одной стороны и бескрайний луг — с другой. Еще я углядела какое-то строение, освещенное уличными фонарями. 
Я мимолетно поразилась такому нерациональному расходу энергии, нужной, чтобы эти фонари работали, а потом размышления прервал тихий стук копыт лосяша о дорогу, весьма прилично укатанную. 
Я обернулась, успев заметить, как сворачивается туман грани между нашим миром и тем, где жил дивный народ. Межа… Ее называли по-разному. И даже легендарные Холмы — это лишь дорога туда. 
Мы спешились, и я, спрыгивая с высоченного синего уникума, чувствительно отбила себе пятки: координация после длительной прогулки верхом и сна была не очень хорошая, вот и не спружинила. 
Нурикеш последовал моему примеру и, перекинув поводья через рогатую голову грустной животины, взял лося под узцы. Сохатый окинул нашу компанию страдальческим взглядом, и я в очередной раз поразилась выразительности его… м-да, и мимикой-то не назовешь. 
— Лали, сними меня, — попросила Мышка, грустно поглядывая вниз. — Он высоченный, мне страшно. 
— Он надежный, и с плечами повышенной комфортабельности, — рассмеялась я, но ладони протянула, и в них сразу спрыгнула наша златокудрая куколка. 
За свою фразу я удостоилась укоризненного взгляда брауни и смешка Нурикеша: 
— Ты так говоришь, чтобы только самой ее не таскать! 
— Да что ее таскать-то? — Я красноречиво указала пальцем на девушку, которая сейчас без проблем умещалась на одной моей ладони. 
— Да-да… 
Спорить мы, разумеется, не стали, еще и потому, что феникс махнул рукой в сторону небольшого особняка, на который я обратила внимание, и сказал: 
— Хозяин тут…И это поистине великолепно. И делает маленькую месть слаще. 
Я прищурилась, пытаясь хоть что-то разглядеть в утренней серости, и кивнула, увидев, что на одном из шпилей развевается флаг. Их поднимали только если господин был дома. 
— А такую ли маленькую месть? — вопросительно вскинула бровь я, машинально поглаживая лосика по гладкому боку. — Насколько я помню твои же слова, тому, кто свистнул славного скакуна наследника сидов из славного рода Лазурит, очень сильно не поздоровится. 
Айнир досадливо скривился и сказал: 
— Если этим домом по-прежнему владеет тот, кто его получил пять лет назад… то, поверь, ему ничего, кроме неприятностей, не будет. Ну, почти… 
Ну и ладно… О том, что будет, если дом успели перепродать, я предпочла не уточнять. Зачем мне лишние нервы? 
Потом все случилось весьма быстро. Попросив нас никуда не уходить, феникс оставил меня и Мышку под ближайшим развесистым кустом, а сам ушел вручать «подарок». 
Лося было немного жаль. Как же не повезло ему с нами встретиться. Он, наверное, думал так же, потому что плелся за пернатым очень неохотно. 
Вернулся Айнир быстро, и почти сразу мы двинулись куда-то на восток, где уже начинал разгораться пожар рассвета, который совсем скоро зальет верхушки деревьев золотым светом, высушит росу на траве… Начнется новый день на этой земле. 



Александра Черчень, Анна Минаева

Отредактировано: 02.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться