Заложница

Глава 29

Как выяснилось, копаться в себе и в том, что ты чувствуешь - занятие, которое может так глубоко затянуть, что ты отвлекаешься от абсолютно всего. Например, я благополучно пропустила снижение самолёта, посадку, а очнулась лишь, когда люди толпились в проходе, чтобы выйти на трап. Естественно, с Абловым мы больше не встретились, пассажиры первого класса покидают самолёт первыми и в здание аэропорта их доставляют отдельным более комфортабельным транспортом.

Пока на такси добиралась до квартиры, в которой родилась и выросла, чуть голову не сломала, как бы так помягче преподнести маме, что её зять - уголовник, и мы теперь с ней его дружно боимся и ведём себя осторожно и осмотрительно.

Переминаясь с ноги на ногу перед дверью собственного дома, долго не решалась постучать, то заносила кулак, то вновь опускала.

Мама не раз и не два жаловалась, что с мужчинами ей в жизни катастрофически не везло, начиная с моего отца, который, узнав о её беременности, благополучно слинял и навсегда пропал без вести, заканчивая последним её ухажёром, который, обещая небо в алмазах, уговорил её на себя оформить кредит, взял деньги, сказал, что сбегает на минуточку до магазина, купить что-нибудь вкусненькое и бутылку шампанского, а сам не вернулся. И вот когда я встретила Стаса - такого надёжного, доброго и со всех сторон положительного, и он сделал мне предложение, мама радовалась, как в последний раз, в буквальном смысле визжала от счастья и хлопала в ладошки. Тем более будущий зять клятвенно ей пообещал, что дочь её будет носить на руках, заботиться и любить до последнего вздоха. Как теперь мне ей сообщить, что все её мужики, включая и моего папашу, по сравнению со Стасом, белые пушистые зайчики?

Закрытая наглухо дверь неожиданно распахнулась, и я увидела родное и вместе с тем удивлённое лицо мамы и поступила так, как часто делала в раннем детстве, когда кто-нибудь меня обижал. Я тогда бросалась родительнице на грудь, обнимала, рыдала навзрыд и, жалуясь на жизнь, причитала.

— Лера, доченька, ты какими судьбами здесь и что случилось, почему плачешь? — щедро наглаживая меня по спине, мягко, но с тревогой спрашивала мама.

— Я от Стаса ушла и мне теперь жить негде, примешь? — шмыгая носом, в принципе рассказала я всю историю в коротком её изложении.

— Твою же дивизию… — выплюнула родительница, а потом приправила ругательство матом. — Нас точно кто-то сглазил или того хуже, проклял! Может, к гадалке сходить? Мне подруга одну очень настоятельно рекомендовала.

Как только мои уши услышали слова о гадалке, проклятии и сглазе, я сразу вспомнила, кто из нас двоих с мамой всегда в доме был взрослым и рассудительным.

— Мама, умоляю, только скажи, что ещё ни к какой ворожее или колдунье не ходила и не отнесла ей все свои накопления, — с надеждой попросила я.

— Нет, ещё не успела, но как раз к гадалке собиралась. Напрасно ты, дочка, на такие вещи реагируешь негативно. Подруга сказала, мадам Марго не какая-нибудь шарлатанка, а уважаемая, сильная и порядочная во всех отношениях колдунья. Давай вместе к ней сходим, сама убедишься.

— Мама! Ты сама-то себя слышишь? Мадам Марго, — передразнивая, фыркнула я. — Один псевдоним чего стоит. Никуда я тебя не пущу и точка. Пошли лучше домой, чай попьём, поговорим.

Отличительная черта характера мамы состоит в том, что она легко и молниеносно переключается с одной безумной идеи на другую. Ещё пять минут назад она прижимала к груди сумку с деньгами и выходила из квартиры со стойким намереньем вручить их мошеннице, чтобы та взамен щедро украсила её уши лапшой и наплела, что в обозримом будущем маму ждут неслыханная финансовая удача и седовласый представительного вида принц без материальных проблем. А сейчас, выслушав мою историю с участием Стаса и Виктора, по всей видимости, с азартом загорелась новой идеей. Ну неспроста же так родительница, многозначительно вытянув указательный палец вверх, важно произнесла:

— Как удачно сложилось, что этот самый Аблов не женат!

— Мам, ты меня вообще слушала? — вытаращив на родительницу глаза, возмутилась я, да так бурно, что изо рта посыпались остатки не проглоченного куска кекса. — Дочь тебе рассказала, что несколько лет прожила в браке с уголовником и убийцей, а тебя волнует лишь то, что какой-то там Аблов не женат?!

Мало того, что родительница не смутилась, она ещё строго и с претензией на меня посмотрела.

Лера, «прожила» – это глагол прошедшего времени. То есть событие уже произошло. Ты живая, здоровая, этот гад Стасик за тысячу километров отсюда, не надо зацикливаться на былом. Мы можем до мозолей на языках кудахтать о том, какой Стас сукин сын, только я не понимаю зачем? Чтобы что? Доченька, всегда думай лишь о настоящем и будущем, а прошлые невзгоды и ошибки стряхивай с себя, как с зонтика капли после дождя. Я всегда так делала и делаю, поэтому и не нажила лишних морщин. Так что закрываем замшелую тему Стаса и возвращаемся к Виктору. Тем более тебе и самой его обсудить хочется. Сердце матери не обманешь, у тебя глаза блестели, когда ты о нём говорила. У вас с ним что-то было?

— Конечно же нет! — нагло соврала я. — И прекрати намекать, что Аблов мне симпатичен, потому что это не так. А глаза у меня блестели от слёз, потому как Виктор надо мной откровенно измывался, пока не узнал, что я не участвовала в похищении его племянника.