Заложники

Размер шрифта: - +

79

Лейральда ей удалось увидеть только мельком. В вечер перед отъездом, когда Рона устала и вымоталась настолько, что уже не было сил оплакивать любимую комнату и старый мохнатый плед, кто-то поймал её за руку в коридоре и утянул в тёмный закуток.

- Лейральд.

- Привет, - сказал он, прежде чем поцеловать её долгим, нежным поцелуем.

- А я думала – это вы уедете, - не умея скрыть детской обиды в голосе, сообщила Рона, - а уезжаю я, – и разревелась.

Проходящие мимо слуги наверняка поминали богов и в очередной раз собирались на поклон к Учителю Ормельну – чтобы изгнал из замка бедокурящее привидение.

- Я найду тебя, - тихо и уверенно пообещал Лейральд, гладя вздрагивающие плечи, - в мире нет больше таких сумасшедших, безумных, шальных и прекрасных принцесс.

- Я не принцесса, - зло выдавила Рона сквозь слёзы, надеясь, что он расслышит её голос из складок собственной куртки.

 

Утро отъезда выдалось ясным и прохладным. Эйлас стоял, белый как полотно, сожалея, что отказался от успокоительной порции капель, навязчиво предложенной ему доктором. Рядом, отчасти прячась от неприятной для него толпы, отчасти – готовясь в случае чего поддержать под локоть – замер юный друид.

Обязательные в таких случаях подружки утирали традиционные слёзы – Рона готова была поспорить, что у половины из них в платочках для этой цели лук. Учителя, серьёзные и обстоятельные напутствовали уже бывшую ученицу советами.

Ингар подошёл, чтобы придержать ей стремя. Эшта танцевала и хорохорилась – не в восторге от перспективы путешествовать в такой крупной компании, но о другой лошади Рона и слышать не захотела. Менестрель церемонно преклонил колено.

- Отлично. Всегда мечтала, - сквозь зубы пробормотала Рона, но Ингар расслышал.

- Вот, возьми, - и протянул ей что-то зажатое в кулаке.

- Давай, - согласилась она, - только быстро, пока тебя или меня кто-нибудь не приревновал.

Ингар фыркнул, но всё-таки переложил в протянутую ладонь тяжелый серебряный кулон в виде сложного затянутого узла.

- Носи всегда при себе – тогда с небольшой помощью мага мы будем знать, что с тобой всё в порядке, - сказал он и сложил ладони надлежащим образом, намереваясь подсадить её в седло.

Рона, привыкшая вспрыгивать на лошадь без посторонней помощи – и смутно представлявшая, как этой помощью воспользоваться, разумеется, оступилась, чуть не сев бедному Ингару на шею.

- Давай быстрее, пока кто-нибудь не приревновал, - не преминул вернуть шпильку менестрель.

Рона, оказавшись в седле, вознамерилась придумать какой-нибудь столь же едкий ответ… но тут появился Ариверн. Рона закусила губу от зависти. Ей доверили покататься на единороге? Окститесь – это была домашняя корова…

Воин был грозен и прекрасен. А горцевавший под ним зверь – явно не прочь пройтись своими заострёнными копытами по паре-тройке вражеских хребтов. Чёрная шерсть на его боках лоснилась стальным отливом, а аккуратно подстриженную чёлку на лбу разделял раздвоенный рог (поговаривали, что когда-то скакун спас хозяину жизнь, приняв на себя удар нацелившегося на всадника копейщика).

- Ингар, встань, - промычала Рона, от души желая чтобы менестрель произвёл на возлюбленного как можно более благоприятное впечатление. Воин оглянулся, увидел их и, кажется, едва сдержался, чтобы не помахать рукой…

В этот момент она заметила в толпе Лейральда – и прощание юных любовников стало ей глубоко безразлично. Рядом с бароном Ангерном, в неизменном лёгком доспехе замер Первый Рыцарь Бессмертного полка. Он снял шлем, и волосы его полоскались по ветру, как знамя будущего поражения всех возможных врагов. Немертвый стоял, глядя только на неё – как будто не было рядом всевластного и ужасающего барона, не было великолепного Верна на чёрном единороге, не было эскорта в парадных начищенных доспехах, не было пары серых арлекинов, подаренных ей на прощанье командиром полка…

Для него была только хрупкая фигурка, закутанная в травянисто-зелёный бархатный плащ. Цвет она выбрала сама, сказав, что он будет напоминать ей стены Тауэр Мерелль. Рыжие волосы пламенем пожара ловили лучи восходящего солнца.

Рона вздохнула, не в силах надышаться родным, привычным воздухом. Отряд неторопливо двинулся в путь.

 

Это был последний раз, когда Первого Рыцаря видели по правую руку от Бессмертного барона. Говорили, что той же ночью, впервые в истории Бессмертного полка, оттуда дезертировал воин. Впрочем, имён не называли; никто не знал, кто именно это был.

 

Конец 1й части.



Фанни Фомина

Отредактировано: 11.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться