Заметки травницы

Утро

 — Никак не возьму в толк: почему твой вид зовут именно драконами-оборотнями? — произнесла Биара одним ранним утром. Она сидела в глубоком кресле, что они приобрели на недавней ярмарке у мебельщика-ремесленника, с книгой в одной руке и глиняной кружкой во второй.

Хоть Хьюго и был ранней пташкой, он никогда не понимал стремления девушки встать пораньше только ради того, чтоб почитать до полудня, после которого наступает время заниматься делами более насущными. Ему приходилось вставать рано из-за охоты: в это время звери более беспечные, а риск наткнуться на случайного прохожего в лесах меньше: местные встревожатся, узнав, что неподалеку от них шастает дракон. Он не любил лишний раз подвергаться неосторожному риску.

 — И тебе доброе утро, милая, — недовольно проворчал Хьюго, направившись к небольшой кухне.

Отчего-то именно этим утром его раздражило то, как Биара мало того, что проснулась раньше него, так еще и сумела прокрасться мимо столь незаметно, что он даже ничего не заметил. Хьюго казалось, что девушка видела в этом для себя некий вызов, а может даже игру: уйти так тихо, чтоб он ничего не смог заподозрить – даже учитывая его слух и чутье, превосходящие возможности обычного человека. Он ничего не говорил ей, однако не самым лучшим утром вроде этого, его могли подобные повадки немного раздражать.

 — Вижу, решила прочесть о «моем виде»? Поделись — глядишь, еще узнаю нечто новое о себе.

 — Сам подумай, — произнесла Биара, игнорируя его дурное расположение духа — еще одна ее повадка, что временами крепко так действовала на нервы – в не самые лучшие дни, разумеется. Право, что сегодня было за неудачное утро? — Ведь, по сути, вы и оборотнями-то не являетесь. А значит, это наименование в корне неверно. У оборотней трансформируется их физическая оболочка, а у вас – нет. Вы меняете облик при помощи определенной магии, недоступной остальным, а значит, для вас должно существовать другое определение. Следуя логике «драконов-оборотней», кивьяны бы звались… ммм… — она задумалась на некоторое время, — людьми-оборотнями? Постой, как вообще зовется то, во что они превращают свое тело?

 — Кивьянами[1]? – отозвался Хьюго, наливая себя травяную настойку – единственное, что этим утром могло его порадовать, так это небольшой котелок, в котором Биара любила заваривать настой, смешивая разнообразные душистые травы и ягоды.

Она сказала, что нечто подобное пили в доме у ее отца: засушенные листья мяты, мелиссы и еще каких-то трав, которые он не запомнил. Биара же, со своей стороны, «усовершенствовала» рецепт, став экспериментировать и готовить подобные настойки не только с обычными травами, но и с пряностями, ягодами, а иногда даже и цветами. Сегодняшняя настойка была с легким привкусом буреягоды и странным оттенком лепестков роз – он бы никогда не додумался использовать розу в приготовлении еды или напитков.

 — Вот видишь, даже у кивьянов есть свое собственное название, — не сдавалась Биара.

 — Не скажу, чтоб им это особо помогло, — отозвался Хьюго.
 — По крайней мере, их не зовут «драконами-оборотнями», — поддразнила его девушка, захлопнув книгу. – Кто тебя укусил этим утром, что ты такой недовольный?

 — Может, мне попросту неприятны твои рассуждения о «моем виде» в таком вот ключе, — отозвался Хьюго, усаживаясь напротив – на деревянном табурете, который он смастерил собственноручно.

 — Брось, нечего строить обиды на пустом месте, будто излишне впечатлительная леди, — хохотнула Биара. — Я лишь рассуждаю, и ничего оскорбительного в этом нет. Кроме того, я знаю – ты любишь со мной спорить, — она хитро улыбнулась. Хьюго было нечего возразить – она всегда сражала его своей непосредственной искренностью, а у всех ее рассуждений никогда не было цели намеренно кого-то задеть.

 — Ладно, признаю, «дракон-оборотень» звучит отвратительно, — наконец сдался он, окончательно оттаяв. – Однако не я придумал название, а значит и не мне его менять. Так что смирись – тебе все еще придется жить бок-о-бок с отвратительно-звучащим «драконом-оборотнем» и краснеть каждый раз, как ты будешь меня представлять остальным.

 — Кто сказал, что я намерена тебя представлять кому-либо? – хихикнула Биара, вновь укрывшись за толстой книгой.

 — Никакого инстинкта самосохранения, — притворно вздохнул Хьюго, поднимаясь в поисках лука – солнце поднялось уже высоко, а значит, была пора идти на охоту.


[1] Кивьяны – это вид существ, которых осталось невероятно мало на землях Дауэрта по причине их истребления и жуткой неприязни, которую они вызывают у остальных. Это существа, что обладают человеческой внешностью, однако способны видоизменять свое тело, заново переплетая суставы, мышцы, двигая кости – в итоге, они становятся похожи на страшных существ, состоящих из красных мышц, обтягивающих белые кости, отростки и шипы. Существует гипотеза, что кивьяны способны на такое лишь благодаря особенной жидкости, что находится в их организме наравне с кровью и другими важными органами. Мол, она позволяет быстро сращивать между собой ткани, благодаря чему кивьяны способны создать из своего тела такого вот монстра, едва ли не вывернув себя наизнанку. Говорят еще, что подобные метаморфозы сопровождаются у них невероятной болью.
Истреблению кивьянов поспособствовали также те, кто желал заполучить их «золотую кровь» — полупрозрачную жидкость, что помогает им не умереть в своем втором облике и срастить все мышцы обратно. Пока что подобные исследования не увенчались успехом, ибо «эссенция» оказалась смертельно токсичной для остальных видов. Впоследствии, через сотню лет, ученый из Академии Девяти Звезд сможет наконец при помощи нее вывести действенное лекарство, ускоряющее регенерацию тканей у людей и им подобных. Подобное лекарство будет невероятно труднодоступным – именно им будет впоследствии пользоваться Хьюго, сопровождая Наю и залечивая ее ранения. Те самые «баночки-скляночки», как она впоследствии наречет их для себя.



A. Achell

Отредактировано: 14.09.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться