Замок де ла Кастри Том 1

Размер шрифта: - +

(16)

16

Катрин стояла у высокого витражного окна в своих апартаментах и наблюдала за тем, как в порт заходят груженые корабли. Что они везли в их замок на этот раз, она могла лишь гадать. Может, драгоценности и оружие, а может, опасные зелья, которыми занимался ее отец. Все это складировалось в подвальных помещениях, к которым имел доступ только он.

Картина за окном была серой и унылой. В выходные смотреть на гавань было куда приятнее. В такие дни там гуляли нарядные дамы и их мужья. И хотя их роскошный внешний облик дарил Катрин настоящее эстетическое удовольствие, она знала, что лучше всего наблюдать за ними из окна собственной спальни. Катрин прекрасно понимала, что все эти люди терпеть не могли их замок и часто не скрывали того, что их пребывание здесь равносильно настоящей пытке. Никто теперь не задерживался в замке-крепости де ла Кастри дольше, чем того требовали неотложные дела.

Девушка наблюдала за рабочими, которые принимали ящики с кораблей и, передавая их по цепочке, сбрасывали в отверстие водостока, прорубленное в основании южной стены. Парадные двери для приема гостей с моря сейчас были закрыты, так что никто не мог их увидеть. Катрин уже и не помнила, когда в последний раз эти ворота открывались. Ее отец не любил гостей.

Франсуа де ла Кастри, Верховный Правитель, Безумный Герцог, Повелитель Миров. Столько имен и все лишь для ее отца – мужчины, который разрешал ей забираться к нему в кабинет, когда ее мучили ночные кошмары. Она могла вприпрыжку пересечь несколько длинных и запутанных холодных коридоров, освещаемых лишь светом редких факелов, горящих на стенах, только бы забраться в большое кожаное кресло у камина и слушать, как отец тихим голосом рассказывает о делах этого огромного мира, которым он управлял уже много лет. Теперь его все чаще называли тираном, мучителем, сумасшедшим, но для Катрин дороже были те мгновения, когда разум ее отца еще не застилал туман безумия. В те годы она была по-настоящему счастлива. Еще не существовало Нового Правительства, лишь изредка поговаривали о грядущей научной революции, которая перевернет мир и приведет всех к светлому будущему, но мало кто в это верил. Миром управляли Семеро Герцогов, а ее отец имел власть над всем живущим.

Их семья жила в этом замке с незапамятных времен. Он стоял среди скал, окруженный лесом, морем и стенами, которые воздвигались вокруг него поколениями де ла Кастри. За все время своего существования замок–крепость не удавалось взять никому. Но недавно ее отцу перевалило за сто (не так уж и много лет для мужчины из рода де ла Кастри), и Катрин видела, как ослабевала власть в его руках. Она видела, что Герцоги разобщены и заняты спорами друг с другом. Она видела, как зарождается новая власть, подогреваемая исследованиями по разработке революционного оружия. И она видела, что у ее отца нет сил сдержать бурю, готовую вот-вот обрушиться на них.

Сколько лет прошло с тех пор, как кто-нибудь из Герцогов созывал войска под свои знамена? Сорок? Пятьдесят? А когда они в последний раз выезжали за пределы вверенных им территорий? Сколько лет прошло с тех пор, как Франсуа покидал Париж? Катрин могла с уверенностью сказать, что последний раз это было еще до ее рождения, около двадцати лет назад. А когда в последний раз они перевооружали войска? Страшно было подумать...

Но пока что с ее отцом считались. Его продолжали уважать и бояться, несмотря на то, что рассказы о могуществе их семьи давно превратились в легенды, коим не каждый мог поверить. Франсуа чувствовал, что сила их рода угасает. Он сам казался себе слабее, чем его отец, и уж тем более слабее, чем его дед – Эмабль де ла Кастри, прославившийся на весь мир своей справедливостью. К тому же у Франсуа был лишь один ребенок – Катрин, а женщины не могли наследовать замок.

Его жена Жустен Мари-Анж после рождения Катрин страдала бесплодием, а Франсуа не мог оставить ее и взять себе в жены другую, так как Жустен была «женщиной де ла Кастри» – созданием, по преданию, рожденным лишь для брака с Верховным Правителем. Франсуа не мог даже думать о другой, и вина за то, что у них так и не родился мальчик, целиком и полностью ложилась на его плечи. Слишком поздно он очнулся от государственных дел и от бесконечных приказов своего отца. Слишком поздно задумался о будущем. Единственной надеждой оставалось выдать Катрин замуж, что и послужило причиной его постоянных ссор с дочерью в последнее время.

К причалу пристал аккуратный бриг. Матросы заметались по палубе, спуская паруса, длинные сходни протянулись к пирсу. Катрин много раз доводилось видеть современные корабли, которые шли по воде и вовсе без парусов и высоких мачт, но представители аристократических семейств старались упрямо не замечать прогресса, чем, впрочем, нередко вызывали смех у ученых.

К огромному неудовольствию рабочих на пристань, красуясь своим мундиром, сошел высокий отвратительного вида лысый старик с болезненно желтоватой кожей. По всей видимости, он ожидал от окружающих страха и раболепия, но угрюмые матросы толкались и зло косились на него. Прибывший граф мешал разгружать им торговое судно. В иной ситуации Катрин рассмеялась бы, но сейчас появившийся в горле комок не давал ей дышать. С этим убожеством ей предстоит сегодня уехать, а вскоре и выйти за него замуж. Катрин стало совсем дурно, и она чуть распустила корсет черного платья с пышной шелковой юбкой.

Слуги старика прокладывали своему господину дорогу ко вторым парадным дверям, которых, впрочем, никто сегодня не собирался открывать. Если Франсуа де ла Кастри и мог продемонстрировать свою любовь к дочери, то это был один из таких моментов. Так просто он не отдал бы свою красавицу никому на свете.



Крис Мейерс

Отредактировано: 05.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться